Сломи меня (ЛП)

– Ну, не знаю. Поговаривают, владелец винного магазина, которого они избили, пролежал в больнице больше трех недель.
Я поморщилась. Понятия об этом не имела.
– Это было очень давно. Все совершают ошибки. Вспомни, мой отец тоже когда-то сидел в тюрьме.
– Да, но он никого не покалечил, – Кейтлин взглянула на Джордана, который смотрел на мамочку влюбленными глазками. – Я не возражала бы, расти Джордан рядом с твоим отцом. Но не уверена, что смогла бы доверять тем людям, которые его окружают.
Я выпрямилась. Разговор уже начал меня раздражать. Мне нравилась Кейтлин, но, честно говоря, у нас было мало общего. Она вышла замуж и родила ребенка, а я – нет. Она была убеждена, что мы должны пожениться с Майком, моим бывшим. Якобы для меня лучшего варианта не существовало. И после нашего с ним разрыва Кейтлин не раз на это намекала. Она до сих пор не желала понимать, почему я с ним рассталась.
«Майкл такой замечательный», – постоянно твердила она.
Я не собиралась рассказывать ей всю правду – мне было слишком стыдно. Даже позорно. Поэтому на все ее вопросы я просто пожимала плечами. Через несколько месяцев мне исполнится двадцать пять, и Кейтлин решила, что моя жизнь нуждалась в изменениях. Это немного выводило меня из себя.
– Не думаю, что Брэм способен обидеть ребенка, – уверенно ответила я.
Она пожала плечами, сохраняя непоколебимое выражение лица.
– Саммер, как ты можешь его защищать? Ведь ты совсем его не знаешь. Вы не виделись много лет.
Это было правдой. И я практически то же самое сказала отцу. И, тем не менее, мне казалось, что я знала Брэма. Или, по крайней мере, я так считала. В тот последний день в наших отношениях ощущалось нечто большее, чем просто секс. В то лето между нами были и хорошие мгновения. Брэм никогда не проявлял ни злости, ни жестокости. И его арест никак не вписывался в мои представления о нем. Все становилось еще более запутанным.
– Хорошо, – успокоила я Кейтлин. – Ты права. Думаю, у меня будет возможность узнать его получше – сегодня вечером мы ужинаем с ним у папы дома.
Подруга выпучила глаза.
– О, боже мой, это правда? Как интересно. Потом мне все расскажешь!
Я вернулась к столовому гарнитуру.
– По-моему, рассказывать будет не о чем, – я пожала плечами с деланным равнодушием.
– О, чуть не забыла, – тут же перевела тему Кейтлин. – Тим сообщил мне, что на днях видел Майка.
При упоминании имени моего бывшего я мгновенно напряглась.
– Кейтлин, ну, сколько раз тебе говорить? Мне реально это не интересно.
Она же, не обращая внимания на мои слова, с воодушевлением продолжила:
– Тим столкнулся с ним в кафе. Майк какое-то время встречался с девушкой. Но их отношения, видимо, уже закончились. И сейчас он один.
«Ой, фу. Ну, уж нет».
– Прекрасно.
Кейтлин вздохнула.
– Саммер, как ты можешь? Он симпатичный, и у него хорошая работа. Именно такой мужчина тебе и нужен! Жизнь обретает краски, когда завязываешь отношения. Все становится намного ярче, интереснее и даже в какой-то мере проще. А здесь не так много мужчин, из которых можно выбирать. Неужели лучше провести время с татуированным головорезом?
Я почувствовала, как покраснели щеки. Брэм бывал разным: эгоистичным, дерзким, бабником, бессердечным похитителем невинности, но только не головорезом. И я была твердо убеждена, что лучше быть рядом с Брэмом, чем с Майком.
– Приму к сведению, – постаралась спокойно ответить я.
– Слушай, Тим готов помочь тебе встретиться с Майком. Просто скажи, если согласна, – сладко пропела Кейтлин, направляясь к двери. А я вдруг обрадовалась, что подруга уходит. – Вы были бы просто великолепной парой. На твоем месте я бы даже не раздумывала.
С приближением вечера я уже сомневалась, что хотела этого ужина. Я, не задумываясь, защищала Брэма от Кейтлин, но перед новой встречей с ним мне становилось все беспокойнее и тревожнее. Понятия не имела, что буду делать или говорить, сидя за столом напротив этого знакомого незнакомца. Мне хотелось поболтать с отцом, но я совершенно не представляла, о чем беседовать с Брэмом. Но был ли у меня выбор? Папа попросил меня, так что постараюсь быть вежливой.
Я приехала первой. Брэм задержался в мастерской, ремонтируя машину. Его еще не было дома.
– Спагетти с фрикадельками! – воодушевленно объявил мой отец и, поцеловав меня в щеку, похромал к кастрюле с макаронами. Он до сих пор пользовался костылями. – Мы с Брэмом все эти дни питались едой на вынос, поэтому я решил что-нибудь приготовить. Ты всегда любила спагетти с фрикадельками.
Я улыбнулась. Это было правдой. В детстве папа часто готовил их для меня. И это было единственное блюдо, которое ему удавалось не испортить.
– Как дела у Брэма? – поинтересовалась я.
– Хорошо, можно сказать отлично, – папа взял ложку и помешал макароны. – Мальчик прекрасно разбирается в автомобилях.
– Он не мальчик, папа. Ему двадцать шесть.
– Для меня он еще мальчик, – ответил он, подмигнув мне, – а ты – моя маленькая девочка.
«О, отлично!»
– Тебе помочь чем-нибудь? – поинтересовалась я.
– Нет. Брэм сделал небольшую перестановку на кухне, чтобы мне было проще до всего добираться. И смотри-ка, он достал этот высокий стул с чердака и починил сломанную ножку. Теперь я могу просто опереться на него и разгрузить ногу.
Папа подошел к стойке. Рядом стоял барный стул, высотой до пояса. Папа присел на него, расслабил руки с костылями, и я поняла, что ему действительно удобно.
«Почему я сама не догадалась? Ладно, чудесно». 
– Завтра плановое посещение врача, – напомнила я, ведь отец никогда не следил за днями недели. – Я тебя отвезу.
– Не беспокойся, сладенькая. Брэм заберет меня.
Меня словно ужалили.
– Я и сама могу. Я всегда возила тебя к врачу.
Папа махнул рукой.
– Да, но ты ведь занята. На кого ты оставишь магазин? И потом, мне понадобится помощь в подъеме и спуске по лестнице. А Брэм намного сильнее тебя.
Мои щеки запылали от возмущения. Ему действительно нужна была помощь на лестнице, но, когда я предлагала ее, отец упорно отказывался. И постоянно утверждал, что справится сам. А еще мне было глубоко наплевать на магазин, если речь шла о нуждах папы. Неужели он думал, что магазин для меня важнее?
– Брэм не знает, где находится кабинет врача, – возразила я, но мой протест звучал слабо даже для моих собственных ушей. – А время приема? У него же нет расписания! Он даже не в курсе, когда нужно обновлять рецепты на лекарства.
– Ладно уже, хватит, – начал раздражаться папа. – Мы взрослые мужчины, Саммер, а не пара идиотов. Как-нибудь разберемся.
– Просто...
– Просто что? – неожиданно раздалось за моей спиной.
Я повернулась. Брэм стоял в дверном проеме кухни. Я не слышала, когда он пришел. На нем были те же джинсы, что и несколько дней назад, и темно-зеленая футболка. Мой взор скользнул по его груди, рукам, и вдруг у меня перехватило дыхание.
«О, боже, какой же он мускулистый!»
Это был совсем не тот Брэм, которого я знала. Его бицепсы выпирали из-под рукавов футболки, а мышцы плеч бугрились под тонкой тканью. Спереди ткань натянулась, подчеркивая стальные мускулы груди, а затем сужалась к животу, который выглядел твердым как камень. Как и говорила Кейтлин, у Брэма было очень много татуировок. Они обвивали бицепсы и предплечья.
Брэм небрежно прислонился к дверному косяку и пристально наблюдал за мной своим темно-карим взглядом. Короткая стрижка в корне изменила его внешность. Он выглядел старше и опаснее, чем с мягкими волнистыми волосами. Мужчина был намного выше меня. Его длинные ноги стали мощными, а мышцы бедер выделялись даже через джинсы.
Мой сводный брат превратился в монстра. В чудовище.