Карнавал лжи
— В связке человека и дракона второй становится защитником. И принимает все удары на себя, — в ответ на непонимающий взгляд Лив пояснил Арон. — Теперь ты почувствуешь боль, лишь если её причинят Кесу.
— Хорошо хоть не наоборот. Человеческое тело такое слабенькое… и, что самое прискорбное, чрезвычайно легко смертное, — заметил Иллюзионист. — Впрочем, от ран и синяков тебя это не защитит. Но рядом с Кесом твоя регенерация… они будут заживать быстрее. И твоё сердце будет биться, пока бьётся сердце твоего дракона.
Лив только моргнула. Пытаясь понять, что делать со всеми привилегиями, вдруг на неё валившимися.
Шутка ли: личный дракон, почти неуязвимость и почти бессмертие?..
— Если только в течение жизни она не разорвёт связь, что сделать очень легко, — криво улыбнулся Заклинатель. — Полагаю, Зря… святой отец… вы помните единственное условие, необходимое для сохранения подобной связи.
Арон чуть улыбнулся в ответ:
— Что связанный с драконом человек не должен принадлежать другому человеку… в физическом плане? Прекрасно помню. Как и то, что именно это условие в конечном счёте нарушил Ликбер.
— Ликбером руководили объективные причины. Он отправлялся в Бездну, и если бы он остался связанным с драконом, кто знает, что…
— Однако разорвать связь можно и прежде, чем осквернить себя плотской связью с другим человеком, и даже вовсе без этого. Так что давайте не будем спорить о делах давно минувших дней, — тон Арона был чуть усталым, но возражений не допускал. — Лучше и правда решим, что теперь с ними делать.
Шестеро волшебников, звездочёт и амадэй повернулись к девочке.
В поисках поддержки та инстинктивно коснулась ладонью драконьей лапы.
— Ну, теперь из Школы ей никуда. Но лично я очень рад тому, что отныне смогу по полному праву угощать её сладостями, — жизнерадостно и непреклонно заявил Иллюзионист. — Летом будет поступать в Школу, новая группа как раз пойдёт под моё кураторство.
От его улыбки Лив сделалось почти так же тепло, как от прикосновения к жаркой гладкой чешуе. Какой же он всё-таки милый, этот Мастер… в отличие от остальных, заставлявших её робеть. Ну, не слишком, конечно. Так, самую капельку. Так-то она ничего не боится — уж тем более сейчас, когда у неё есть целый дракон! Драконьим всадникам не пристало бояться…
И лишь потом осознала, о чём идёт речь.
— Я… буду учиться… в Школе? — не веря своим ушам, переспросила Лив.
— Мы даже не знаем, есть ли у неё Дар, — не обратив на её слова никакого внимания, досадливо изрёк Заклинатель.
— Знаем, — возразил Странник. — Я чувствую его. Думаю, ты тоже.
— Не говоря уж о том, что доселе с драконами связывались лишь Хранители Дара, — поправив очки, вставил своё веское Библиотекарь. — Вряд ли девочка станет исключением.
Лив лишь стояла, ошеломлённо созерцая Мастеров и белое здание за их спинами, тонущее в солнечных лучах, по-зимнему ясных.
Она будет учиться у них? Здесь? В той самой Школе?
Она — волшебница?..
— Осталось только, мхм, спросить саму Лив, готова ли она ко всему этому…
Бурчание звездочёта заставило Иллюзиониста изумлённо изогнуть бровь.
— Да что тут спрашивать? Лив, скажи, ты хочешь стать волшебницей?
— Да! — выпалила та, не раздумывая.
— Тогда вопрос решён. — Широко улыбнувшись, Мастер Иллюзионист повернулся к Арону. — Теперь осталось решить ваш. — Переглянувшись с коллегами, он кивнул: отвечая на вопрос, не заданный вслух. — Мы дадим ответ вечером. Дождётесь его в Школе.
— Лучше бы их в город отправить, — пробурчал Заклинатель в вялой попытке оставить последнее слово за собой. — Если одна девчонка умудрилась такое натворить…
— Покажи мне на территории Школы ещё парочку драконов, с которыми можно «такое натворить», и я с тобой соглашусь. — Но, подумав, Мастер Иллюзионист кивнул своим мыслям. — Хотя отныне приглядывать за вами будет кто-нибудь постарше. Мало ли…
Вечер второго дня своего пребывания в стольном граде Адаманте Лив встречала на Драконьей Скале. Сидя на тёплом камне площадки рядом с пещерой, прижавшись спиной к боку Кестреля, глядя, как мерцает ночными огнями далёкий город.
«Почему я?» — спросила Лив. Без слов: общаться мысленно оказалось так же просто, как вслух.
За день им так и не удалось поговорить. Заполучив гостей в своё распоряжение, школьники целый день показывали им местные достопримечательности, — попутно пытаясь вызнать побольше о странной новой девочке, завладевшей их Кесом.
Конечно, поесть зимой свежесорванных яблок и вишен Лив была не против, — но всё-таки со своим драконом поговорить ей хотелось больше.
«Я не знаю, — сдержанно ответил Кес, свернувшийся клубком. — Это не я ррешаю, маленькая волшебница».
От лежащего дракона исходил жар; чувствовалось, что где-то там, под бронированной чешуёй, его кровь кипит огнём.
«А тебе вообще… — после всего произошедшего возвращаться к «вы» казалось Лив глупым, — хотелось обладать… своим человеком?»
Дракон фыркнул, и язычок пламени показался из его ноздри.
«Никогда не мечтал всю жизнь быть чьим-то прридатком. Осознавать, что ты прринадлежишь не только себе… Бррр».
«Ну прости, — обиделась Лив. — Я не специально. И вообще мне хуже! Кто-нибудь захочет тебя убить, и я тогда тоже умру».
«Меня убить не так пррросто, как ты думаешь, маленькая волшебница».
«Прекрати меня так называть! У меня имя есть».
Глаза дракона сверкнули янтарным пламенем.
«Люди. Вы такие… глупые. Такие… воспрриимчивые к условностям, — он снова фыркнул. — Имя прреходяще. В дрругой жизни твою душу нарекут по-дрругому, но суть твою уже никто и ничто не изменит. Рразве так плохо быть маленькой волшебницей, маленькая волшебница?»
«Но мы почему-то не зовём друг друга «большая мама» или «маленькая дочка».
«Мать и дочь — тоже явления прреходящие. Одно сменяет дрругое».
Лив только рукой махнула.
«Ты сказал, что в другой жизни мою душу нарекут по-другому?» — подумав, переспросила она.
«Если ты не исполняешь того, что должен был, в этой жизни, ты ррродишься снова. Верра людей врроде тверрдит о том же».
«Я думала, это выдумка. Я же не помню свои прошлые жизни».
«Никто не помнит. И немногие могут вспомнить. Лишь прри опрределённых обстоятельствах… очень особенных, — дракон загадочно помолчал. — Поверрь, ты ррождалась уже много раз. Думаю, тебе судьбой суждено закончить крруг своих жизней вместе со мной. Совсем иначе, чем ты заканчивали все предыдущие жизни».