Карнавал лжи
— Обратиться в скалу? — не выдержав, всё же снова спросила Лив.
— Каких-то драконов убивают колдуны…
— …или другие драконы, но остальным…
— …гарантирована вечность, которая рано или поздно…
— …надоедает. И драконы, которые хотят умереть…
— …садятся на какой-нибудь утёс, засыпают там навеки…
— …и вскоре превращаются в скалу, и тогда дух их покидает тело…
— …и отправляется к звёздам. Так ты дашь нам договорить…
— …или нет?
— Молчу, молчу, — мрачно кивнула Лив: про себя отметив, что до вершины, слава Богине, осталось совсем чуть-чуть.
…и когда Кес уже собрался обратиться в скалу, его обнаружил другой волшебник. Вернее, колдун. Казалось бы, бери драконье сердце тёпленьким, но колдун нашёл дракону применение получше, чем оказаться пущенным на опыты. Он предложил Кесу сделку: колдун поможет ему исцелить крылья, если дракон покинет горы, отправится с ним в Долину и станет служить людям. Тот согласился, и колдун помог ему добраться до Адаманта. Там Кеса излечили Мастера — в обмен на клятву верности; а потом Его Величество приказал поселить дракона на территории Школы, и…
— А при чём тут Его Величество? — удивилась Лив.
— Потому что Шейлиреар показал ему Кеса и сказал…
— …что дракон может сослужить хорошую службу короне…
— …только Кес в Кровеснежную ночь даже из пещеры своей не вылез…
— …потому что поклялся служить людям, а не конкретному королю!
— Шейлиреар? А он тут…
Лив запнулась, — когда мысли, щёлкнув кусочками паззла, сложились в уверенную догадку.
— Так этим колдуном… который нашёл умирающего дракона… был Шейлиреар Первый?..
— Он самый!
— И он показал вашего Кеса… покойному королю Ралендону, которого потом сверг… когда ещё служил ему?
Девочки не успели ответить: тропа сделала последний поворот, и все трое замерли на просторной каменистой площадке, с трёх сторон обрывавшейся в пустоту, а с четвёртой прятавшейся во тьму большой пещеры.
Впрочем, ответ и не был нужен.
— Пришли, — хором объявили близняшки.
И сама догадалась бы, фыркнула Лив, вглядываясь в разверзнутую чёрную пасть пещеры. Что скрывается внутри, она понять не могла: не видно было ни зги.
— Ке-ес! — дружно выкрикнули девочки.
«Эс, эс», — охотно подтвердило эхо.
В ожидании ответа Лив оглянулась через плечо, на оставленную внизу Школу и город; вообще любоваться видами ей было не свойственно, но тут она не могла удержаться. Белые дома, серебристая рамочка дубов вдоль стены Школы, а внутри — четыре квадрата: золотисто-красный, светло-цветочный, белоснежный и мятно-зелёный. И посреди всего этого — белое здание с золотым куполом…
И Драконья Скала.
— Его нет дома, — вынесли вердикт близняшки.
— Откуда вы знаете? Может, он не хочет выходить.
— Он любит говорить с нами!
— Что, прямо с вами двумя? — усомнилась Лив.
— Когда мы говорим «мы»…
— …мы подразумеваем «школьники»!
— Потому что все мы — Хранители Даров Кристали, — торжественным хором изрекли девочки, — и все мы — едины!
Звучит, как фраза из учебника, подумала Лив.
Впрочем, сказано было убедительно. Настолько убедительно, что у неё почему-то мурашки заколючились на спине.
— И что, придётся идти обратно? — спросила Лив, скрывая смущение.
— Не думаю, — мурлыкнули сверху в ответ.
Лив вздёрнула голову — и встретила взгляд огромных золотистых глаз с кошачьими щелками зрачков.
— Не меня случайно ищете? — обвив хвост вокруг вершины скалы, участливо поинтересовался дракон.
Когда он открывал пасть, видны становились ряды белых, величиной с детскую руку зубов.
— Привет, Кес, — хором ответили близняшки.
— Кто тут у нас? — дракон заинтересованно вытянул шею. — А, новенькая? Хорррошо…
Да он и правда мурлыкает, поняла потрясённая Лив, во все глаза разглядывая существо из сказок, которые читала ей на ночь мама.
Четыре лапы с зазубренными когтями. Чешуя насыщенно-багровая, как рубин: на хвосте не больше ладони, на груди — не меньше руки. Полупрозрачные перепончатые крылья, сейчас прижатые к телу. Широкая, слегка вытянутая морда, цепочка тёмных шипов, тянувшихся по драконьей спине ото лба до самого хвоста: на голове и продолговатой шее — маленькие и редкие, ближе к хвосту — с Лив размером, венчавшие пресловутый хвост шипастой «шишкой», похожей булаву.
— Отойдите, — промурлыкал Кестрель; близняшки торопливо оттащили Лив к краю площадки, и хозяин Драконьей Скалы почти бесшумно соскользнул вниз. — Пррредставите нас дрруг дрругу?
Вырвавшись из рук провожатых, осмелевшая Лив шагнула вперёд:
— Меня Лив зовут.
Дракон был не таким уж большим, где-то с двухэтажный дом от лап до макушки, и выглядел удивительно изящно. В общем и в целом он напоминал поджарого кота-переростка.
Наверное, именно поэтому Лив поняла, что ни капельки его не боится.
— А как вас зовут, — продолжила она, с любопытством заглядывая в солнечные глаза, прежде чем сделать ещё один шаг, — я знаю.
Может, виной тому были драконьи глаза, завораживавшие жидким золотом, плещущимся вокруг вертикальных зрачков, — но ей казалось, будто что-то толкает её в спину, приказывая подойти ближе. Близняшки взволнованно шептались за её спиной, однако Лив было всё равно: единственное, что сейчас имело значение — чешуя цвета осенней листвы, которой почему-то ей невероятно важно было коснуться.
Хозяин Драконьей Скалы, щурясь, следил за её приближением. Не двигаясь, ничего не говоря. Не робея, Лив беспрепятственно подошла к самой его морде, подняла руку, коснулась кончиками пальцев драконьего носа, сухого и тёплого…
Странный жар пробежал по руке, охватил всё тело — и мир поглотила вспышка золотого света.
Лив не понимала, стоит она, летит или падает куда-то: земля под ногами исчезла, и вокруг не осталось ничего, кроме солнечной пустоты. Она хотела, но не могла пошевелиться, — а сердце колотилось обезумевшей птицей, и в ушах откуда-то колокольным звоном гулко звучал стук другого сердца, ускорявшего удары, будто подлаживаясь под её собственное…