Зверь (СИ)

— Привет. — тихо произносит Полина и робко улыбается. В её глазах я вижу неподдельную радость, и в груди что-то начинаешь происходить. Не могу даже дать этому название. Но глушу это на корню.
В этот момент дверь открывается и заходит доктор.
— Доброе утро. Как вы себя чувствуете? — суёт Полине градусник.
— В целом неплохо, слабость только одолевает.
— Оно и понятно, у вас было обильно кровотечение, которое мы с трудом остановили. Что же вы не предупреждает врача о том, что у вас аллергия?! — с укором произносит мужчина.
— Если бы я знала, обязательно предупредила.
— Ну что ж, слабость, конечно, ещё будет присутствовать в течение нескольких дней. Обратитесь к своему гинекологу снова, выписку я вам уже подготовил, там все написано. И прежде чем принимать какие-либо препараты, ознакомьтесь для начала с инструкцией, юная леди. — строго даёт рекомендации врач.
— Вы хотите сказать, что я могу быть свободна? — с надеждой спрашивает девушка.
— Ну конечно, ваш мужчина вовремя вас привёз. Держать вас здесь, я не вижу смысла. — доктор посмотрел на меня и произнес. — Вы свою даму берегите, вон она, какая худая, кожа да кости одни. Следите за её питанием. — забирает градусник и удовлетворённо кивает.
Наконец доктор, окинув ещё раз нас строгим взглядом, удалился из палаты.
Набираю охрану и говорю, чтобы принесли одежду. Девчонка смотрит все это время на меня и как будто ждёт каких-то слов, но я храню молчание. Она из кожи вон лезет, лишь бы влезть в мою жизнь, втереться в неё, но я не позволю. Не для этого я так долго ждал. Сначала надо разобраться с…
— Доминик, спасибо. — она прерывает мои мысли и пытается подняться с кровати. Я прекрасно понял, за что она меня благодарит. И наверняка, эта глупышка считает, что раз я остался сегодня с ней, то что-то в наших отношениях поменяется. Я так же вижу, что она ещё очень слаба. Все её силенки ушли на то, чтобы выбраться из-под одеяла.
Стук в дверь. Это должно быть охрана.
Из клиники я вынес её на руках. Попытавшись встать, девчонка начала оседать. Ещё немного, и я бы не успел её подхватить. Самостоятельная она у меня. Про себя ухмыляюсь, меня это несколько забавляет. Она робко и с какой-то неугасающей надеждой посматривает на меня из-под длиннющих ресниц, что мне становится как-то не по себе. Напряжение между нами растёт с каждой секундой.
Домой мы приехали довольно скоро, я слил её с рук на Лизавету Петровну, а сам направился в душ. Во мне все кипело. Я жаждал эту проклятую девку, как никого. И лишь то, что сейчас она не в состоянии удовлетворить мои потребности, остановило меня. Хотелось до одури врезаться в её узкое лоно и долбить до потери чувств. Наваждение какое-то, от которого есть лишь один способ избавиться.
  
День рождение
 
После того, как Елизавета Петровна оставила меня в одиночестве, я долго размышляла о Доминике. О странностях его поведения. О его чувствах ко мне. Да, он остался рядом, провел рядом ночь, хотя мог ведь и вернуться в дом. Первое, что пришло мне в голову, это то, что он изменил свое отношение ко мне и теперь все наладится. Я бредила им и хотела взаимности. Ждала. " Дура!" — сказала я себе, как только он бросил меня на Лизавету Петровну. Женщина суетилась возле меня почти целый день, а мне хотелось побыть в одиночестве. На меня напала какая-то апатия ко всему. Я планировала завтра выйти на учёбу, но сил на уроки не осталось, и я просто уснула.
Очнулась ближе к вечеру. Несмотря на слабость, я чувствовала себя более менее комфортно. Живот резало от голода. Собравшись с силами, накидываю халат и спускаюсь вниз.
За столом сидит не кто иной, как Доминик. Работает. Я начинаю себя ненавидеть за то, что не могу глаз от него отвести. Хорош, ничего не скажешь. Так и притягивает магнитом к себе. "Черт, ну, сколько можно сходить с ума!"
Мужчина поднимает на меня свой тяжёлый взгляд.
— Рад, что тебе уже лучше. Присаживайся.
Он накладывает в тарелку еду и ставит передо мной:
— Помнишь, что сказал врач?
— Спасибо, но я и сама могу о себе позаботиться. — все же не смогла сдержать лёгкий сарказм в голосе.
Проигнорировав мой монолог, Доминик продолжил:
— Завтра с утра тебя отвезут снова к врачу. И чтоб больше без проволочек. Я устал с тобой нянькаться.
Я лишь кивнула, понимая, что он прав и принялась за еду. Доминик же вернулся к ноутбуку и на меня уже не обращал внимания.
Насытившись, отодвигаю тарелку, и в этот момент входит Лизавета Петровна.
— Спасибо, все, как всегда, очень вкусно. А сейчас, мне надо позаниматься. — поднимаюсь из-за стола и быстро направляюсь обратно к себе. Лишь бы не видеть его холодный и безразличный взгляд.
Вечер проходит в спокойной обстановке, я успеваю сделать уроки и даже немного пообщаться с Лизаветой Петровной. Доминик вновь куда-то уехал.
Как-то так и прошли два дня, оставшиеся до выходных. Тихо и спокойно. Его я практически не видела. Встречались за ужином, после чего я спешила вернуться к себе в комнату. Он же, неизменно уезжал каждую ночь. Я старалась не показывать виду, что меня это злит. Знаю, это во мне бурлит ревность. Сам же Доминик, я заметила, не горел желанием сблизиться со мной. Поэтому, я запрятала все свои чувства глубоко-глубоко.
Машке я сказала, что обязательно приду на день рождение её мамы. Подруга как-то даже успокоилась со своими расспросами о моей личной жизни, мы общались на нейтральные темы. Она как будто подсознательно чувствовала моё настроение, и старалась всячески меня отвлечь, созывала на прогулки после учёбы. Признаться, мне не хотелось новых конфликтов с Домиником, поэтому ссылаясь на уроки, я отказывалась. Машка, надо отдать ей должное, не обижалась, и я это ценила.
Суббота. День рождение.
Я выбрала светлое, бежевого цвета платье. Оно неплохо смотрелось на моей фигуре. Длина чуть выше колена, на талии кожаный поясок. Все в полном порядке. Кроме меня. Я не горю желанием идти на день рождение, не хочу улыбаться, не хочу поддерживать радостную атмосферу. Не хочу, но придётся. Я просто не смогу так поступить с этими людьми.
Елизавета Петровна помогла уложить волосы в прическу. Взглянув на себя в зеркало, удивилась в который раз, как же так разительно макияж может менять внешность. Мне понравилось, как я выгляжу. Ещё раз, глянув на себя, я провела по телу ладонями и засобиралась на выход.
Водитель быстро доставил меня к месту. Меня встречала вся семья. Я тут же пожалела, что не хотела приходить. В их компании всегда так весело и задорно. На душе стало так хорошо, и я, откинув мрачные мысли, позволила себе влиться в праздничную обстановку.
Спустя пару часов, мой телефон завибрировал, и я заметно напряглась, что не укрылось от зоркого взгляда моей подруги. Извинившись, я вышла в туалет. Взглянув на экран, ещё больше напряглась. Доминик.
Он никогда не звонил сам. Первая мысль, сразу ответить, но поразмыслив, решила, что именно сегодня я не хочу слышать его холодный голос. Хочу забыть его отчужденность. Нажав на сброс, выдохнула и открыла дверь.
— Полина, что происходит? — передо мной стоит Маша, уперев руки в бока. Настрой у неё боевой.
— Ничего. Я вышла поговорить.
— Я не слышала, чтобы ты разговаривала. — уличает она меня во лжи.
Я тут же краснею. Мне и правда, стыдно, что я обманываю подругу.
— Машуль, ну правда, все не так, как ты себе уже на придумывала! Мы немного повздорили, и я просто не готова сейчас к разговору. — снова вранье.
Машка кивает и берет меня за руку.
— Пошли, сейчас будет торт. Я ждала этого целый вечер. — заговорчески ухмыляется подруга и тянет в комнату.
Я послушно плетусь за ней.
— Как раз вовремя, пора уже пить чай. — с улыбкой произносит именинница.
— Сейчас-сейчас! Мы все организуем, мам! Поможешь? — Машка показывает глазами на кухню.
— Ну конечно. — отвечаю я.
На кухне я завариваю чай, подруга вставляет свечки в торт.