Зверь (СИ)

Мужчина покидает спальню. Я ещё не столь глубоко провалилась в сон, и слышу, как закрывается дверь. Но мне уже все равно. Нет даже обиды, за то, что он покинул меня. Я так устала. И морально и физически.
5 минут спустя…
— Тебе необходимо принять таблетки. — его рука убирает мои волосы с лица и нежно поглаживает по голове.
— Ммм…
Мне, наверное, снится сон. Это не может быть мой зверь. Он никогда не был столь ласков по отношению ко мне. "Что происходит с ним, почему он вдруг стал таким заботливым?"
— Лина. — уже более строго произносит он.
Я чувствую, как он начинает злиться. Но мне так не хочется делать никаких лишних движений, я хочу, наконец, покоя. Но он же не станет, это я знаю. Поэтому все же приподнимаюсь на локтях и поднимаю голову. Не хочу открывать глаза, но делаю это. Доминик внимательно следит за мной. Протягивает мне пару таблеток и стакан воды.
— Пей. — командует он.
Я безропотно подчиняюсь и снова падаю на кровать. А потом он меня укрывает. Это так мило с его стороны, что улыбка касается моих губ. А потом я проваливаюсь в сон.
Утро…
Я не слышала будильника. Не помню, как отключала его. Меня разбудила Елизавета Петровна.
— Поличка, пора просыпаться. Опоздаешь в институт ведь.
Слово " институт" меня не просто подняло. Оно заставило меня выскочить из кровати в голом виде, потом вскрикнуть от того, что эта милая женщина увидела меня такой и запрыгнуть обратно в кровать. Лицо горело огнём от стыда. Это же позор на всю мою голову.
Лизавета Петровна тактично хохотнула в кулачок и скрылась со словами:
— Поторопись, завтрак стынет.
Как только за ней закрылась дверь, я вмиг соскакиваю с кровати и несусь в ванную. В темпе провожу все утренние процедуры, одеваюсь в жёлтый сарафан и спускаюсь вниз, не забыв захватить учебники и тетрадки. Так же быстро завтракаю и выхожу. Александр на месте, я в принципе не удивлена. Он отвозит меня на учебу, не преминув напомнить о том, чтобы я вовремя вышла.
Мысли путаются, а в голове полная каша. Оно и понятно, я спала всего ничего. С Машкой мы видимся лишь в середине дня. Она созывает меня перекусить, и я соглашаюсь. Беру себе сырники и черный кофе, подруга с удивлением смотрит на мой выбор, но молчит. Она же взяла себе и первое, и второе, и салат.
— Ну как прошел вечер? — спрашивает она.
— Весь вечер готовилась к зачетам. — произношу я и кладу в рот кусочек сырника. — Ты ведь знаешь, я пропустила много занятий, вот и приходится догонять.
— И как твой мужчина на это смотрит? Разве ему не хочется провести время с тобой?
— Ммм, он много работает, так что нам удается увидеться лишь поздно вечером.
— Не завидую я тебе, подруга. — произносит Машка. — Моей маме на выходных день рождение, она просила передать, что была бы рада увидеть тебя.
— Здорово! — говорю я с улыбкой. — Определитесь со временем, дай знать.
Мне бы очень хотелось верить в то, что Доминик не будет против и отпустит меня. Конечно, я не стала озвучивать вслух свои мысли. Улыбалась Машке и пыталась перевести разговор в более безопасное русло. Перекусив, мы расходимся каждая на свою пару и больше в этот день не видимся. Поэтому сегодня я села в машину к Александру без опоздания. И очень удивилась, обнаружив в ней еще и Доминика.
  
Разговор по душам
 
— Здравствуй. — тихо и, наверное, немного ошеломленно произношу я.
Никак не ожидала его увидеть здесь и сейчас.
" Что, черт возьми, происходит?!"
— Поехали. — говорит он водителю, и мы трогаемся с места.
— Куда мы? — спрашиваю я и краснею от его взгляда.
— Домой.
С облегчением выдыхаю, я рада, что нам не придётся ехать в очередной ресторан или ещё куда-то. Знаю, от этого человека можно ожидать чего угодно, поэтому не расслабляюсь.
— Как продвигается учёба?
— Всё хорошо, спасибо, что позволил вернуться.
— На выходных уедем за границу, так что подготовься заранее к учёбе.
— Но…
— Что опять? — устало, спрашивает Доминик.
— У матери моей подруги в эти выходные день рождение, я бы хотела пойти.
Долгое молчание.
— Это столь важно для тебя?
— Я… Да. — тихо произношу.
— Ну что ж, раз так, то можешь идти. Дело пока терпит. Но эта поездка все же случится. И отказов я уже не потерплю.
Я киваю головой. Он пошёл мне навстречу, я тоже умею быть благодарной. До дома мы едем в молчании. Приехав, он помогает мне выйти, и мы направляем в дом. Как обычно, Елизавета Петровна уже готовила нечто столь аппетитное, что мой голодный желудок начинает бунтовать.
— Добрый вечер, ужин ещё готовится, но я приготовила лёгкий салат…
— Накройте нам через пятнадцать минут в гостиной, Елизавета Петровна.
— Конечно.
После того, как женщина ушла обратно на кухню, Доминик разворачивается ко мне со словами:
— Нам стоит поговорить.
Я напрягаюсь от интонации, с которой он произнёс это, но молча киваю и усаживаюсь на диван. Мужчина скидывает пиджак, и я вижу, как рубашка облепила его мускулистое тело. Сглатываю слюну, образовавшуюся у меня во рту, и вспоминаю нашу ночь.
— На следующих выходных ты поедешь, как я уже сказал, со мной за границу. Я хочу познакомить тебя с одним человеком. Едем мы пока на неделю, а дальше видно будет. Возможно, ты захочешь остаться, я же, в любом случае вернусь обратно. — от его слов веет тайной и у меня почему-то холодеют руки. Снова нехорошее предчувствие охватывает меня. Но я уже дала согласие, пути назад нет. " И почему я, возможно, захочу там остаться?"
— Вот таблетки, — он достаёт из брюк небольшую коробочку и рецепт, — не забывай их принимать. Контролировать сей момент не стану, все будет на твоей совести. Если залетишь, пошлю на аборт. — кладёт их на тумбу.
От этих слов становится дурно. Я, конечно, знаю, что ему не нужен ребёнок, но вот так говорить об этом с безразличием… Ведь я никогда не смогу по своей инициативе избавиться от ребёнка. Не то, чтобы я была верующей, но для меня это самый страшный грех. Сейчас я ещё слишком молода, чтобы задумываться о детях, да и ситуация в которой я нахожусь, она просто не позволит быть мне такой легкомысленной. Ребёнок должен рождаться в браке и по любви. Наша история не из этой оперы. Поэтому, я молча соглашаюсь.
— А вот и я. — громко произносит Лизавета Петровна.
Я вздрагиваю от её голоса, настолько глубоко ушла в свои невесёлые мысли.
Женщина расставляет на стол тарелки, приборы и вновь оставляет нас одних. Едим мы в молчании.
Ещё вчера я ждала его, чтобы обсудить мою дальнейшую судьбу, а сейчас даже как-то растерялась. По-моему я окончательно запуталась в своих мыслях. И уже не знаю, чего хочу. Ненависть и страсть переплелись бок о бок. Туманят мозг. И это его странное поведение, тоже сбивает с толку.
К тому времени, как я справилась со своей порцией, Доминик уже поел. Отставляю в сторону тарелку и поднимаюсь.
— Мне нужно позаниматься. — произношу я, и, дождавшись его кивка, забираю таблетки, пакет с учебниками и поднимаюсь наверх. Спину жжёт взгляд зверя, но я не оборачиваюсь. И лишь оказавшись за закрытой дверью своей спальни, я понимаю, насколько была напряжена. Но расслабляться рано, поэтому я, облачившись в халат, принимаюсь сразу за уроки. Время, как всегда, летит незаметно. Наступил поздний вечер. Я устало откладываю последний предмет и потираю глаза.
Стук в дверь.
— Полина.
— Да, Лизавета Петровна.
— Время позднее, а ты ещё не ужинала.
— Хотела доделать все дела.
— Он уехал. Сказал, что будет поздно.
— Понятно. — грустно вздыхаю я.
"Наверное, к очередной пассии уехал".
Женщина присаживается ко мне на кровать, и, обнимая, тихо успокаивает:
— Поля, девочка моя дорогая! Он не так плох. Да, он не идеал, но он самый настоящий мужчина, с большой буквы. — она гладит меня по голове, а у меня в это время скапливаются в глазах слезы.