Перекресток (СИ)
— Видел Сергея с личами. Похоже, у них опять неприятности.
Халит покачал головой:
— Как я посмотрю, молодой Входящий постоянно попадает в опасные истории. И пусть рядом с ним сильные маги, не думаю, что это плюс, а не минус — некромантов в этом мире не любит никто. Всё это когда-нибудь может плохо закончиться, — Чужак неожиданно хмыкнул, — Или наоборот, его способности и сила будут быстро расти. Чем-то это напоминает мою молодость — я тоже боролся каждый день. Но выжил и стал тем, кем есть сейчас. Не подумай, что хвастаюсь, но после глупой смерти Харата вряд ли даже среди Верховных Магов найдётся кто-то сильней меня… Ты хочешь ему помочь?
— Хочу, но пока не уверен, что смогу.
— Не попробуешь — не узнаешь. Хотя, помогать всем и каждому, как по мне, затея глупая и вредная. Так уж устроена Сила — тебе придётся потом отвечать за спасённого до конца своих дней. Нет, понимаю, один-два человека ещё ладно, а следить за десятками или даже сотнями… Жизни не хватит. В конце концов, превратишься из художника в ремесленника — на себя времени точно не останется.
— А как же совесть? Неужели вот так просто пройти мимо, когда можно помочь?
— Совесть?! — в глазах Чужака сверкнуло тёмное пламя, — Ты хотя бы догадываешься, что это такое? Кто её вообще придумал и, главное, зачем?!
— Придумал? Мне кажется, она внутри человека — совесть определяет мои поступки, позволяет радоваться, если сделал хорошо, или страдать в противном случае. Разве не так?
— Ты что, сразу вот так с ней и родился? Вспомни, разве ничего не менялось в твоём отношении к жизни, пока ты учился, рос, встречался с разными людьми? Сейчас тебе не стыдно за что-нибудь такое, что ты совершил в детстве, хотя тогда это выглядело вполне нормально? Или даже наоборот, детская совесть не грызёт за сегодняшние деяния? Оглянись назад и пойми, что твоя совесть тоже менялась, пока ты набирался опыта и знаний, пока тебя воспитывали родные и совершенно незнакомые люди…
Серхио задумался — в словах Халита был определённый резон. И всё же, что-то мешало принять доводы мага. Согласитесь, неприятно чувствовать себя марионеткой в чужих руках, когда речь заходит о сокровенном, о том, что всегда считал только своим. А с другой стороны, тут же вспомнился поразившая когда-то, как откровение, фраза из рассказа "Бессмертный" Хорхе Луиса Борхеса: "…Я знаю таких, кто творил зло, что в грядущие века оборачивалось добром или когда-то было им во времена прошедшие… А если взглянуть на вещи таким образом, то все наши дела справедливы, но в то же время они — совершенно никакие. А значит, нет и нритериев, ни нравственных, ни рациональных…" Шокирующая мысль, которая заставила многие идеи оценивать совершенно иначе.
— Ладно, считай это первым уроком, — Чужак испытующе посмотрел на испанца, — Твою совесть "лепили" иерархи вашего мира с первых дней. Настойчиво и незаметно — через родителей, учителей, друзей… Гораздо надёжнее удержать власть и влияние не мечом и плахой, а воспитанием, Но не переживай, в любой стае всегда находятся белые вороны. Только поэтому на смену одним правителям всегда приходят другие, но уже со своими законами и совестью. Кто из них прав, каждый для себя решает сам.
Халит немного помолчал, затем продолжил:
— Если хочешь, у Силы тоже есть совесть, и каждым магом руководят её законы. Обычные люди их не знают, не понимают и чаще всего не принимают. Поэтому далеко не редкость, когда чародея считают злым, безжалостным и жестоким, а ведь он просто следует правилам, которые определяют жизнь каждого живого существа в любом мире. Сила не прощает отступников… По-видимому, Харат тоже серьёзно нарушил закон, если так нелепо погиб, — Чужак вздохнул, — Сила сама решит, понадобится помощь молодому Входящему или ты погубишь его своим вмешательством. Смотри и слушай, почувствуй желание Потока, иначе кара за ошибку может оказаться слишком страшной…
Между тем заметно рассвело. Даже внутри комнаты непроницаемо-чёрные тени по углам посерели, и уже можно было разглядеть трещины и выбоины в старой кладке — ничего не поделаешь, время не щадит даже камень, если о нём не позаботилась чья-та рука. Халит подошёл к окну, шумно вдохнул свежий воздух и, не оборачиваясь, глухо сказал:
— Потом поговорим, а теперь уходим — Агриэль уже собрал воинов, — Чужак неожиданно вздрогнул и тут же согнулся от внутренней боли, — Да и мне надо спешить — чувствую, у шамана кара-маулей не всё в порядке, как бы не опоздать. В любом случае, уходить от кочевников придётся до того, как выпадет снег. Зимой нам через горы не пройти.
— Так, может, лучше тогда сразу в степь? — неуверенно предложил Серхио, — Если всё закончится благополучно, вернёмся к Мадуку.
— Нет, получить место Верховного Мага важнее. Без него мне к Источнику не дадут даже приблизиться. А там столько возможностей… Всё! Собирайся, едем!
Завтракали на ходу остатками ужина. Как заметил Халит, главный враг сейчас — время. Собственно, с ним никто и не спорил. Вряд ли следопыты догадывались о проблемах мага, но каждый понимал, что известие о восстановлении Основного Потока должно попасть в Дастарог как можно быстрее. По дороге к выходу из Каньона, в основном, все больше молчали. Лишь иногда мечник что-то тихо говорил невозмутимому Ветлю и они ненадолго отъезжали в сторону. Порой их сопровождал ещё и лучник, но, скорее, не по необходимости, а дабы хоть немного развеяться. Тем более странным выглядело поведение Уаддра, так и не попытавшегося, по своему обыкновению, заняться исследованием окрестностей. Да что там говрить, даже ветер затих, спрятавшись в развалинах Заронга. Тишина давила всё сильней, словно постепенно намокавший под дождём мешок.
Испанец оглянулся на ехавшего позади эльфа и негромко окликнул Халита:
— Послушай, только что вспомнил. Сергей рассказывал об одном трюке, который "выкинул" некромант в Селизе. Принц тогда буквально "заморозил" охрану и они легко пробрались в город. Ты можешь сделать что-то подобное?
— Никогда не пробовал. Я больше привык работать с огнём, а не с холодом. А зачем это тебе?
— Можно было бы точно так же поймать паука, — Серхио вновь оглянулся на Уаддра, — Ты же учился у личей, вот я и подумал…
— Нет, ничего подобного мне не показывали. А с чего ты взял, что на паука такая магия подействует?
— Подействует, — в разговор вмешался неожиданно подъехавший эльф, — я сам не раз видел, как личи используют этот способ на боевых арахнидах, если с ними нет крикунов. Правда, владеют им очень немногие. Поэтому неудивительно, что тебе не показали, маг! Только холод здесь ни при чём — пауки просто засыпают.
— Ты всё слышал?! — испанец с изумлением смотрел на Уаддра.
— Я же разведчик, — усмехнулся эльф, — а разведчик должен не только хорошо видеть, но и слышать и даже чувствовать самые слабые запахи. В моём мире иначе долго не проживёшь.
— Что ты ещё успел узнать? — взгляд Халита сейчас был необычно жёстким.
— Достаточно, чтобы вы поняли — я не враг и мстить не собираюсь. Карр погиб, но в тот момент он стал совсем другим человеком. А ещё… — Уаддр пристально посмотрел на Чужака, — вы собираетесь в степь. Возьмите и меня с собой — здесь я никому не нужен.
— Почему? — Халит иронично усмехнулся, — Следопыты будут только рады такому воину.
— Наверно, но у меня есть цель, и помочь сможешь только ты.
— ?!
— Я хочу вернуться в свой мир. Источник восстановлен, но Повелителя нет. На кого ещё рассчитывать? Мне трудно здесь, всё чужое, я совершенно один и устал постоянно прятаться, — эльф кивнул в сторону Серхио, — Посланнику легче, он всё же среди людей, к тому же хочет стать магом.
Чужак поочерёдно переводил взор с Уддра на испанца. Пауза затянулась настолько, что Серхио начал побаиваться, а не спалит ли их в любой момент любитель огненной стихии. Наконец, Халит очнулся:
— Мы поговорим об этом позже, эльф! А ты, Входящий? Чего хочешь ты? Тоже умчишься в свой мир при первой возможности?