Императрица для дракона

«Узнать бы еще, что там», — вздохнула Ангелика, снова провела пальчиками по шипам кустарника. Потом нахмурилась и потерла виски: «Да что же так голова болит?»
— Я помогу тебе сейчас, — прошептал Дарион, предвкушая то, как именно он поможет и сделал шаг по направлению к девушке, но был остановлен тяжелой ладонью, которая легла на его плечо.
— Оставь ее пока, — вкрадчиво произнес Лорд Эурон.
— С чего это вдруг? — приподнял бровь Император. — Ей плохо. Я хочу помочь.
— Она сама справится, — серьезно ответил Лорд Эурон. — Дай ей время, не дави.
— Я на нее не давлю, — криво улыбнулся Император. — Просто само спокойствие.
— Приятно, что само спокойствие, — усмехнулся Хранитель Империи. — Только сейчас ей нужно побыть одной. Осознать все случившееся.
— А что ты так за нее переживаешь? — удивленно приподнял бровь Император и почти зарычал: — Тоже на нее виды имеешь?
— Ревность? — усмехнулся Белый Лорд. — Занимательно. Но, не переживай. У меня уже есть своя Золотая.
— Что? — не понял Император. — Какая еще Золотая?
— Сереника, — просто ответил Лорд Эурон.
— Сереника не должна находиться здесь, — прорычал Император.
— Она не должна была находиться там, — пожал плечами Белый Лорд.
    
Глава 40. Призраки прошлого
Император буравил Хранителя Империи тяжелым взглядом, но того даже не проняло. Лорд Эурон стоял напротив, сохраняя совершенно невозмутимый вид, которым и славился. Белый вообще редко проявлял какие-либо чувства. А то, что проявлялось до жути пугало остальных. Особенно его ледяная улыбка. Которую, кстати, отлично переняла Ангелика. И подобная улыбка на лице красивой девушки вызывала непонятные чувства у Императора. Но с этим можно будет разобраться потом. Ангелике действительно на данный момент необходим отдых. И все остальное пока подождет. Сейчас есть дела поважнее. Тем более, что тот, кто очень много знает, находится рядом. На расстоянии вытянутой руки.
— Нужно поговорить, — Император прищурил глаза, в которых полыхнул черный огонь злости. Он внезапно вспомнил, кто покровительствовал Золотой. Кто помог отправить его в Стазис. Кто за всем этим стоял.
— Давно нужно, — согласился Хранитель Империи.
— Пошли, — зло прошипел Император и взмахом руки открыл портал в свой кабинет, где все еще витал такой любимый аромат Золотой.
— Вижу, еще не обустроился, — как-то по-доброму усмехнулся Лорд Эурон и опустился в свое любимое кресло.
— Нет, — снова зашипел Император, занимая свое место, возле окна. Золотая почему-то не стала делать перестановки в кабинете. Все осталось, как прежде.
— Хватит злиться, тем более, что это не твоя злость, а ее, — неожиданно заявил Лорд Эурон.
— Что? — Император окинул Хранителя непонимающим взглядом.
— Вы связаны артефактами и ты чувствуешь ее эмоции, — пояснил Белый Лорд.
— Это ее злость? — приподнял бровь Дарион. А потом и сам понял. Ее, действительно ее. Золотая продолжала злиться.
— Твое явление было для нее очень неожиданным, — слегка улыбнулся Эурон. — Она не была готова. Да и ты слишком быстро взял ее в оборот. Именно это и злит Ангелику.
— Откуда ты все это знаешь? — спросил Дарион, успокаиваясь. Эмоции Золотой он задвинул поглубже.
— Забыл, что от меня мало кто может укрыться? — изогнул бровь Эурон.
— Ладно, — отмахнулся рукой Дарион. — Сейчас это не так важно.
— Спрашивай, — тут же отозвался Эурон.
— Зачем? — тут же задал свой вопрос Император.
— Ты слишком долго был равнодушным ко всему, — пожал плечами Хранитель.
— Хорошо, — протянул Император. — Тогда давай вернемся к тому, с чего начали. Почему Сереника на свободе?
— Отвечу точно так же, — снова улыбнулся Хранитель. — Сереника не должна была находиться в заточении.
— Она участвовала в заговоре и должна была понести наказание, — сухо произнес Император. — И это казнь. А ты убедил меня, что она не опасна.
— Сереника не участвовала в заговоре против тебя, — холодно отозвался Лорд Эурон. — Только ты слышать ничего не хотел. Обвинил ее заочно.
— Она Золотая, — процедил Дарион. — Золотые всегда хотели получить власть.
— Да оставь ты уже эти стереотипы, — холодно улыбнулся Лорд Эурон. — Золотые никогда не хотели власти. Да, они были обижены тем, как Илирион поступил с Эрикой. Но просто хотели жить так, как им хочется. Не признавая власти Черных. И очень давно хотели уйти к Светлым эльфам. Но твоя семейка никак не могла отпустить Золотых. И сами не брали. И другим не давали. Я тебе даже больше скажу. Один из твоих предков запретил связи с Золотыми среди высших родов.
— Но зачем? — не понял Дарион.
— Чтобы потомки Радужного не получили еще больше силы после смешения с другим высшим родом, — пояснил Лорд Эурон. — И, кстати, предвосхищая твой вопрос, дочь Вириона и Аурики тоже вполне возможно будет высшей.
— Какая еще дочь? — не понял Дарион.
— Будущая, — коротко хохотнул Эурон. — Пока у них только сын. Потенциально высший. Славный мальчик.
— То есть, — уточнил Император, — при соединении высших родов девочки тоже будут высшими?
— Ага, — кивнул Хранитель.
— Так вот почему ты так сватал мне Золотую! — сразу же понял Дарион.
— Конечно, — пожал плечами Эурон. — Это сила. Не просто наследник высший, но и высшая девочка. Она будет очень лакомым кусочком для многих.
— Пусть кто-то попробует позариться на мою дочь, — неожиданно прорычал Дарион, а Эурон рассмеялся. Впервые на памяти Императора.
— Почему ты решил, что речь идет о твоей дочери? — отсмеявшись, спросил Эурон.
— Потому что Ангелика моя! — отрезал Император и замолчал, пытаясь осознать то, что сейчас произошло. Он ведь действительно повел себя так, словно эта девочка, потенциально высшая, его дочка, уже была. А он ее любил. Действительно любил. И отдавать никому не собирался. Вздохнув, Дарион потер виски, совершенно не понимая, что с ним происходит.
— Ты слишком долго был заблокирован от чувств, — пояснил Лорд Эурон. — Поэтому сейчас тебя бросает в крайности.
— Непривычно, — признался Император.
— Привыкай, — по-доброму улыбнулся Эурон. — Ангелика тебе еще не так нервы попортит. Мстительная, зараза.
— Золотая мстительна? — удивился Дарион. — За Золотыми этого не числилось. Они всегда были сами по себе, но мстительными, никогда.
— Все когда-нибудь бывает впервые, — пожал плечами Эурон.
— Так, хорошо, — сухо произнес Император. — Про мстительность Ангелики мы поговорим потом. Сейчас объясни, как она вообще оказалась в Деметрии, когда все ее считали умершей. В том числе и ты.