Дракон для Императора
— Ну, ничего себе, — ахнула я. — Сплошные насильники и извращенцы вокруг. Жуть какая.
— В смысле? — не понял отец.
— Насильники, любители инцеста и педофилы, — попыталась объяснить я.
— Я не совсем понимаю эти понятия, — покачал головой отец.
— Отец Дариона насиловал Иринику, Герион насиловал Селину и маму, вдобавок ко всему еще и оказался любителем молоденьких девочек, — начала перечислять я. — А у парочки Лиловых обоюдная любовь, что переходит все нормы.
— Не все такие, — улыбнулся отец. — Просто так получилось.
— Да понятно, — вздохнула я и решила уточнить: — Я не могу понять, если ты меня чувствуешь, спокойно читаешь все мысли и сразу отреагируешь, если что-то случится, почему ты не почувствовал, что мама в беде?
— Понимаешь, солнышко, — горько вздохнул отец, — Герион полностью закрыл Серенику, чтобы никто ничего не узнал. До меня дошли только отголоски, которые я не смог понять, поэтому и опоздал.
— Теперь ясно, — кивнула я.
— Когда я узнал, что именно произошло в действительности, а эту информацию мне не составило труда считать с Сереники, я сделал все, чтобы эта тварь больше никогда не прикоснулась к ней. Но и тут опоздал.
— Почему? — не поняла я.
— Потому что твоя мама уже ожидала Аурику, — слегка улыбнулся отец и продолжил: — Сразу после этого я плотно занялся Изумрудным. Необходимо было его на чем-то подловить. Но он очень тщательно скрывался.
— То есть, — уточнила я, — заговор против Дариона действительно готовился?
— Конечно, готовился, — кивнул папа. — Дело дошло до самых высших кругов Темных эльфов.
— Что? — ахнула я.
— А я тебе говорил, что Темные не упустят момента, — слегка улыбнулся отец. — И могу тебе сразу сообщить, чтобы ты радовалась.
— Чему? — удивленно вскинула я брови.
— Тому, что официально являешься супругой Императора, — дернул уголками губ папа.
— Не понимаю, — нахмурилась я.
— Если бы Дарион был объявлен мертвым, а ты правящей Императрицей, то Темные сразу же прислали сватов. И, наверняка, от кронпринца, — пояснил отец.
— Эээээ… — протянула я. — Зачем?
— Лика, девочка моя, подумай, — прищурив глаза, посмотрел на меня отец.
— А, ну да, — потерла я лоб, прекрасно понимая, что Темные действительно не упустили бы шанса править Империей драконов.
— Ну вот, все сама понимаешь, — снова улыбнулся отец. — Только вот с Изумрудным ситуация вышла гораздо сложнее. Заговор планировался в самых верхах Темных. И действовали они очень осторожно, чтобы не привлечь внимания. Свержение с убийством Дариона действительно было в их планах. И если бы все пошло так, как им хотелось, Изумрудного быстро бы убрали, заменив кем-то из Темных. А то, что Сереника Золотая, это было только им на руку. Дождались бы наследника и правили от его имени.
— Но артефакты не приняли бы Изумрудного, — воскликнула я. — Они, насколько я понимаю, могут принять только высшего, а Изумрудный им не был. У них род не высших.
— Молодец, умная девочка, — похвалил отец. — Вот только про этот нюанс почти никто не знает. Так что, при любом раскладе, Герион не смог бы убить Дариона и уж тем более, стать Императором. Но, повторюсь, про это они не знали. А мне ситуация была только на руку.
— И на это понадобилось несколько лет? — возмущенно спросила я. — Ведь, насколько я помню, все это произошло, когда Аурике уже исполнилось пять лет.
— Правильно, — кивнул отец и пояснил: — Все нужно было сделать очень осторожно и аккуратно, чтобы не сорвалось. А потом, перед самой решающей стадией, когда все уже было готово, я решил попрощаться с Сереникой. Не знал я тогда, куда все приведет.
— Напился? — вдруг ляпнула я и хихикнула.
— Ой, дочь моя любимая, — хохотнул отец, — как же ты права. Только не пойму, как догадалась. Я ведь действительно тогда очень много выпил. Снимал напряжение. Конечно, спиртное на нас сильно не влияет, но все же.
— Как поняла, как поняла, — снова хихикнула я. — Столько лет держать себя в руках и вдруг, перед решающим моментом чуть все не загубить. Это только под винными парами и можно сделать.
— Ошибаешься, — рассмеялся отец. — Там был более крепкий напиток.
— Даже не хочу знать его состав, — поморщилась я. Крепкие напитки я никогда не потребляла. И их запах просто вызывал раздражение.
— Это неважно, — отмахнулся отец. — Я пришел к Серенике в облике Гериона и мы провели с ней волшебную ночь.
— Ой, не надо подробностей, — сморщилась я и тут же переспросила: — А почему в облике Гериона?
— Чтобы твоя мать не совершила очередных глупостей, — фыркнул отец. — От нее можно было ожидать всего, что угодно. А потом, когда уже все завертелось, мне пришлось вызывать Серенику для допросов.
— Каких допросов? — возмутилась я. — Она же ни в чем не была виновата.
— Герион обвинил во всем Серенику, — продолжил рассказывать отец. — Сообщил Дариону, что именно Сереника связалась с темными эльфами и втянула его во все это. Я ничего сделать не мог, потому что Император обнаружил бы любое вмешательство.
— Вот слизняк, — возмутилась я.
— Поэтому пришлось вызывать на допрос и Серенику, — вздохнул отец, не отреагировав на мою реплику. — Но я уговорил Дариона, что сам разберусь. Поэтому он и не присутствовал. На этих самых допросах Сереника просто спала. А я знакомился со своей дочерью, которая была зачата той самой единственной ночью.
— Эээ…, - снова удивленно протянула я, потому что слов уже не хватало.
— Золотце мое, твоя аура была просто удивительной, — признался отец. — И я понял, что ты родишься особенной. А потом я сделал все, чтобы вызволить Серенику из заточения в подземелье. Отправил ее в домик в самом отдаленном районе Империи, снабдил слугами. Аурику пристроил к простодушному Сартону, рассчитывая через пару лет их забрать. Но, не получилось.
— Почему не получилось? — ко мне вернулась речь.
— Потому что твоя мать решила, что именно я виноват во всех ее бедах и каждый год, раз за разом отвергала мое предложение, — ответил отец.
— А ты что, не сказал ей, что заберешь Рику? — спросила я.
— Нет. Я подумал, что Сереника посчитает это шантажом и тем более откажется от всяких предложений, — ответил отец.
— Хм, — задумалась я, — а как она в этот раз согласилась?
— А я сказал, что возьму тебя под свое покровительство, — неожиданно хмыкнул отец. — И в обмен на это, Сереника согласилась на обручение.
— Но ведь это тот же самый шантаж, — воскликнула я. — Почему сейчас?
— Ситуация поменялась, — пожал плечами папа.
— Вот же родители, — покачала я головой. — Один чего-то ждал, вторая злилась и упрямилась. А в итоге дочери выросли отдельно.