Блондинки не сдаются (СИ)

— Дома в ванной поскользнулся, — пробормотал я.
— Коварная ванная, так ловко фингал поставила, — Лена с нарочитой заботой подсунула мне кружку с чаем и положила на колени конфету.
— Спасибо, — я улыбнулся и потрогал синяк. — До свадьбы заживет.
— Ты никак жениться собрался? — Марина подмигнула Лене. — То-то мы глядим, целый день ходишь счастливый и довольный. Обычно хмурый такой и серьезный.
— Потому что вы отвлекаете своей болтовней, — поддел я сотрудниц. — И меня, и себя.
Они засмеялись, возвращаясь к сборке заказов. Часть клиентов заказывала минералы через сайт магазина. Кладовщицы весь день бегали от одного стеллажа к другому, собирая товары по накладным. Работа была скучной, монотонной, и я смотрел сквозь пальцы на их перерывы на чай. Утомляемость сказывалась на ошибках. Делать эту работу целый день без частых перерывов было невозможно.
Я поставил кружку с чаем на стол и взял смартфон. Звонила Таня.
— Ты прости, что я не пришла, — начала она сбивчиво, — Муж не уехал, свалился как снег на голову и всю неделю пилил меня. Господи, как я устала от его жадности и скупости.
— Могла бы предупредить, что не придешь, я бы не ждал, — сказал я. — А так проторчал там час, выискивая тебя.
— Ну прости, я искуплю свою вину, — заискивающий тоном вымолвила Таня.
— Прощаю, поход в музей оказался успешным. Открыл на выставке новое имя в живописи. Работа называется “Сон в летнюю ночь”. Шедевр, — я сделал паузу. — Отвалил за нее пятьдесят тысяч.
— Не может быть! — воскликнула Таня. — Андрей, тебя обманули как ребенка! Ты должен был со мной посоветоваться и не покупать что попало!
— Я не дурак, — спокойно ответил я. — Сама увидишь. Приезжай вечером, оценишь. Нашел на автора несколько замечательных рецензий в сети, потом купил.
— Уверена, тебя развели! Я там всех знаю!
— Этого не знаешь, — со значением произнес я.
— Сегодня не получится, муж дома, могу завтра.
— Я заеду за тобой, — согласился я. — Но предупреждаю, картину не отдам. Даже не проси.
— Это мы еще посмотрим, — Таня соблазнительно засмеялась. — Я умею уговаривать.
Я почесал голову, задумавшись. Поискал в телефонной книге номер Саши, знакомого блогера и модератора.
— Поможешь с рекламой одной хорошей девушке? — я отхлебнул почти остывший чай.
— Если девушка красивая, помогу конечно. А что нужно? — друг вздохнул. — А ты помоги с поиском девушки, я устал обниматься с монитором.
— Тебе какую? — с шутливой иронией уточнил я. — Рыжую, фиолетовую или зеленую?
— Такие тоже бывают? — удивился он.
— Конечно, — я был сама серьезность. — На складе все полки уставлены ими. Девушки вырезаны корявыми руками китайцев из красивых минералов. Обложишься ими, сразу полегчает.
— Да ну тебя, — махнул он рукой. — Сам найду. Камни себе оставь. Что надо делать-то?
— Залить на пару-тройку сайтов хвалебные статьи про художницу и ее картины.
— Тематические сайты денег попросят, — сказал Саша.
— Пару тысяч я готов отслюнявить, — согласился я. — Ссылки на ее картины скину. Трех обзоров достаточно. Ссылки вышли на электронную почту. Это нужно сделать сегодня или завтра до 6 вечера. Получится?
— А то, — он помолчал, рассматривая фотографии, которые я выслал ему. — Красавица, черт возьми!
— Моя, — отрезал я, — А тебе только китайская из нефрита.
— Девушек у тебя многовато, — усмехнулся Саша, — я в них немного запутался.
— А ты не путайся и помогай, — бросил я, взглянув на часы: рабочий день подходил к концу.
Маша так и не позвонила. Я вздохнул и решил не торопить ее. Боится, наверное.
На следующий день я открыл дверь квартиры, приглашая свою спутницу войти. Таня сразу же побежала в спальню.
— Господи! Я так и знала! — закричала она возбужденно. — Это обычная ученическая мазня! Тебя провели!
— Не согласен, — качнул я головой и показал ей статьи на телефоне. — Посмотри рецензии, они впечатляют.
Таня выхватила у меня аппарат и, шевеля губами, начала вчитываться. Она была одета в изумрудное шелковое платье, которое нежными волнами огибало ее стройную фигуру. Кукольное личико светилось от волнения. Большие карие глаза хлопали в такт читаемой ерунде, которую мой шустрый друг успел накропать в сети.
— Не слышала о ней ничего, — она облизнула губы и подошла к кровати, вглядываясь в разводы красок. — Дороговато все-таки, — протянула она в конце концов.
— Тебе нравится? — спросил я с улыбкой. — Поэтому хотел сказать спасибо за наводку на музей. Я бы еще купил, но не успел. Заказал ей персональную работу. Просит правда в два раза дороже, но ее работы меня захватили.
— Уступи ее мне, — прошептала Таня. — Хотя бы в половину цены.
Я подозревал, что она только изображает ценителя живописи и собирает картины, не особенно разбираясь в них. Для Тани коллекционирование произведений искусства превратилось в моральную войну со скупостью мужа и его невниманием. Я не знал, кто он, полагая что, это какой-то столичный олигарх, который вспоминал о жене лишь в перерывах между командировками.
— Тебе невозможно отказать, — ответил я, подходя к ней и начиная расстегивать пуговицы на платье.
В дверь кто-то настойчиво зазвонил, потом забарабанил ногами.
Таня вздрогнула и посмотрела на меня.
— Кто это? Ты кого-то ждешь?
Я открыл дверь. На пороге стояла Маша, она обнимала подставку для мольберта одной рукой, а другой обхватила ручку большого чемодана с вещами.
Весь день я маялась, не зная, принять его предложение или нет. Сидела за столом, пытаясь читать конспекты лекций, но мысли расплывались, уползали за пределы тетради. Я поняла, что думаю о нем, и мысли эти никак не отогнать: жужжали в голове словно мухи. Согласиться, значит жить полмесяца с ними и спать в одной квартире. И если что-то случится, я никому не смогу рассказать, потому что сама во все это впуталась. Однако деньги, которые он так легко предложил, были той заманчивой целью, которая отключала доводы рассудка. В конце концов, запутавшись в своих эмоциях и сомнениях я набрала номер Лены.
— Господи! Ты еще думаешь! — воскликнула подруга. — Он в тебя влюбился, это точно!
— Почему ты так решила? — заволновалась я и даже вскочила со стула, начав мерить торопливыми шагами комнату по диагонали.
— Еще спрашиваешь! За пару часов возни на кухне месячная зарплата и вперед, товары для творчества за его счет, а потом он поможет продать картины. Расписку обещал написать, что будет пыль с тебя сдувать. Признался, что ты нравишься. Даю руку на отсечение, он втюрился.
— Ерунда, — с деланным безразличие ответила я. — Андрей не воспринимает меня серьезно. Я для него как мышь для кота. Играет и смотрит на реакцию. А денег дал, так он не бедный, вот и дал.
— Ты дура, — спокойно сказала Лена. — Без обид. Хватай парня и в загс. Не курит, не пьет, работает, жилье есть и ты ему симпатична.
— Он мне не нравится, — не обиделась я. — Чем-то отталкивает. Постоянно чувствую какой-то подвох и опасность. Не могу с ним расслабиться.
— У тебя синдром девственницы, — печаль подруги была искренней. — Перезрела ты, Маша, любой мужчина кажется злодеем и негодяем.
— Не согласна, — я расстроилась. — Он сказал, я не понравлюсь ни одному нормальному парню и веду себя неправильно.
— Я с ним согласна, — Лена рассмеялась. — Этот твой Андрей мне заочно нравится. Познакомь с ним, — предложила она серьезным голосом.
— Да пожалуйста! Он мне даром не нужен! И советы твои вредные тоже!
— Чего звонишь тогда ночью? — обиделась Лена и бросила трубку.
Не дочитав лекции, я легла в надежде заснуть. Но только закрывала глаза, перед глазами всплывало его смеющееся лицо и руки, поправляющие мои волосы. Промучившись час, я ворочалась на кровати, проклиная Андрея и свое невезение. Зачем продала ему картину? Купилась на деньги. И сейчас разрешаю себя подкупить, будто я вещь какая-то. Не бывать этому. С этой светлой мыслью к утру я забылась и чуть не проспала учебу.