Сбежавшая жена дракона
Когда им исполнилось по четырнадцать лет, они убежали на карнавал и там плясали в масках вместе с обычными детьми. Лузарии очень нравились народные танцы мутари и гиборгов. Было в них что-то необыкновенное, волнующее, зовущее, что делало ее поистине счастливой.
Когда она сказала об этом подруге, та упросила старого преподавателя научить их народным танцам оборотней, что естественно держалось в тайне, пока об этом не узнала Лусиинда.
Если Лузария безумно любила танцевать, Валенсия питала невероятную тягу к стрельбе. Она загорелась этой идеей, попав в двенадцать лет на турнир по стрельбе, посвященный священному празднику богов. Голубоглазая милая девочка смогла убедить работника Педро подарить ей старый лук со стрелами, и подруги периодически уходили на рассвете в лес пострелять. Безусловно, их ловили, но не всегда. Наказания для непослушных девушек были очень тяжелыми, но и это совершенно не отбивало желания у Валенсии что-нибудь придумывать.
Лузария вздохнула и, улыбнувшись ей, буркнула:
– Давай, говори. Посмотрим, что в этот раз…
– Спасибо. Ты самая лучшая подруга на свете! – выдохнула Вали, и тут же скривилась от боли, когда неудачно соприкоснулась с ладонью подруги.
– И единственная, – весело подметила Лузария.
Подруги направились в приют, сказав грозному недовольному надсмотрщику, что Валенсии необходимо промыть руки от крови.
Как только девочки вошли в здание приюта, Вали направилась в кабинет настоятельницы. Лузария торопливо пошла за ней, пытаясь остановить подругу за руку.
– Вали, ты куда идешь? – недоуменно спросила драконица.
– Поговорить с Виетой.
– О Тураны, что ты надумала? Она же нас…
– Перед проверкой не посмеет, – ответила Вали, продолжая идти, сильно прихрамывая.
– Она все посмеет, у нее же нет души. Черствая палка, – проворчала Лузария в тот момент, когда Вали открывала дверь в кабинет.
– Как я понимаю, вы посмели так говорить обо мне? – свирепо процедила настоятельница, свирепым взглядом пронизывая девушек. Она величественно сидела на стуле за большим столом.
– Мы о спортивных инструментах говорили, – вежливо произнесла Валенсия, стараясь принять самый прискорбный и невинный вид в надежде избежать наказания.
Лузария тоже опустила голову, стараясь выглядеть смиренной, но это у нее получалось всегда отвратительно. Четкое понимание, кто перед ней находится, заставляло ее смело смотреть женщине в глаза, а не опускать их.
– Что вам тут нужно? Почему отлыниваете от работы? – рявкнула женщина.
Валенсия тут же выпрямилась и выпалила:
– Мы пришли к вам предложить взаимовыгодную сделку.
Лузария, услышав слова подруги, замерла и очень внимательно стала слушать дальше, ожидая негативную реакцию со стороны проклятущей жадной ведьмы.
– Что? Вы? Немедленно возвращайтесь работать, еще не стемнело, – закричала Виета, вскочив со стула.
Лузария старалась подавить гнев, а Вали уверенно подошла к женщине и положила свои измученные ладони ей на стол.
– Посмотрите, это результат тяжелого труда, благодаря Вашей заботе. Могу и ноги показать…
– Ты совсем обнаглела? Мерзкая, слабая девчонка! В этом виновата только ты! Ничтожество!
– А что скажет комиссия по этому поводу? – тут же спросила Валенсия, стараясь не показать обиды и страха, но внутри все сжималось от ужаса.
– Им плевать на детей, главное, где убогие сироты живут. Всегда только условности. Так что…
– Красные кардиналы всегда ждут жалоб, – как бы между прочим заметила девушка, чем удивила настоятельницу, ведь не все знали, кто такие красные кардиналы, а в приюте старались не говорить о судьях. Наоборот, для детей они были монстрами, жестокими драконами, чтобы их боялись и даже вслух не произносили их имена.
Хищное лицо женщины замерло, и Виета прошипела:
– Откуда ты…
– Мы предлагаем вам сделку…
– Слушаю, – произнесла настоятельница, решив выслушать предложение, раз эти шкодные девки узнали о красных драконах.
– Мы вам приносим два золотых, и нас не заставляют работать, – предложила Валенсия.
– Этого недостаточно, ежемесячно от каждого ребенка, работающего в полях и садах, я получаю пять золотых, – нагло произнесла женщина, не считая зазорным в этом признаться.
Лузария скривилась, видя алчность и жадность настоятельницы, а потом посмотрела на подругу, неизвестно как решившую достать такие деньги.
– Три золотых, – произнесла Вали, решившая смело идти до конца.
– Девять, – прищурившись, ответила Виета.
– Мы дети… – напомнила девушка.
– Подростки, хотя мне плевать. Если не будете работать, значит убирайтесь из приюта, а если хочется иметь крышу над головой, вносите нужную сумму.
– Четыре золотых, – уперто произнесла Валенсия.
– Этого мало! – алчно процедила Виета.
– Больше будет невозможно заработать, – расстроенно произнесла светловолосая девушка.
– Тогда убирайтесь отсюда, – прокричала Виета в бешенстве, что соплячки посмели потратить ее бесценное время.
Лузария посмотрела на подругу и, видя ее отчаяние, уверенно подошла к столу и посмотрела настоятельнице в глаза, показывая, что не боится ее.
– Замечательно, но нам еще нет 18 лет, а только 16, и поэтому мы обратимся к кардиналам, – сухо произнесла Лузи, даже не поменяв интонации, в отличие от Вали, которая тяжело дышала, в ужасе от того, сколько же золотых настоятельница имеет от каждого ребенка. Но в приюте все так убого, и питание оставляет желать лучшего, значит… она все забирает в свой карман.
– Хорошо, четыре золотых. Но для всех вы работаете на рынке, – процедила женщина.
– И кем же? – не удержавшись, поинтересовалась Лузария.
– Например, помогаете гончарам. У вас это хорошо получается, недавно я оценила ваши работы.
– Вы забрали наши поделки и продали, а мы их лепили, выжигали в нерабочее время, – с обидой произнесла Валенсия.
– Но глина сиротская, как и печи, так что радуйтесь еде и крову. Через неделю жду золотые.
– Почему неделю? – возмутилась Вали.
– Потому что я вам не верю. Смотря на вас, я могу представить только один вариант получения денег – продать себя. Но сомневаюсь, что вас кто-нибудь пожелает.
– Спасибо. Думаю, продажной Лусиинды с подругами вам достаточно, – процедила Лузария.
Женщина хмыкнула и, посмотрев с пренебрежением на девочек, сказала:
– Они очень дорого стоят… А вы… нет. Обыкновенные, ничем не приметные слабые девки. Даже интересно, где будете брать золотые?
– Это неважно, ведь вас интересует только итог, – уточнила Вали.
– Да, только это.
– Тогда мы можем идти? – спросила драконица, желая поскорее отсюда уйти, чтобы узнать, что в этот раз придумала Валенсия.
– Да, пошли вон, – пренебрежительно ответила женщина.
Девушки отвернулись и вышли из кабинета, а Виета задумчиво смотрела им в след. Фыркнув, достала ключ из потайного кармана и, открыв сейф, стала перебирать золотые, заработанные от недавней продажи большей части продуктов, собранных и выращенных на приютских территориях. Пусть она немного переборщила, и детям не хватит продуктов на всю зиму, зато в следующий сезон они будут работать лучше, чтобы не голодать.
* * *Стоя на поляне, где пять лет тому назад проходили различные виды соревнований и празднества, две девушки озадаченно осматривали местность.
– Вали, а теперь будь добра, объясни, что мы тут потеряли? И где мы добудем столько золотых? – спросила Лузария, с любопытством ожидая ответа подруги.
– Мы тут будем тренироваться, – радостно ответила Валенсия.
Лузария закусила щеку и две минуты стояла молча, переваривая услышанное, а потом сказала:
– Я, конечно, рада, что ты в таком восторге от своей тайной идеи, но, может, уже поделишься со мной, чтобы я не гадала.
– Точно! Значит так… Видишь там в центре поляны главную площадь для танцев? – говорила Вали, показывая рукой в сторону к лесу.
– И? – стараясь не нервничать, спросила драконица, начиная немного переживать.