Я буду сверху

– А они встречаются?
– Тебе виднее.
– Мы не говорили об этом.
– А следовало бы, – прохладно заметил Стас. – Ты на редкость равнодушна к отношениям сестры.
– Потому что твой Рамов ей не пара.
– Да? А кто пара? – ухмыльнулся Стас. – Чем он тебе так не угодил?
– Человек, инсценировавший собственную смерть, не может быть хорошим спутником для моей сестры.
Стас фыркнул.
– А сама-то? Кем ты работала у Барсонова? Личным секретарем?
– Не твое дело.
– Как раз таки мое, – рявкнул Стрелецкий, подходя еще ближе. Теперь он стоял на расстоянии вытянутой руки от меня, и я с трудом преодолела желание сделать шаг назад. Когда он так близко, в голову начинают лезть всякие мысли…
Нет, хватит. Тряхнув волосами, я здравомысляще рассудила:
– Давай поболтаем об этом позже. Когда найдем Милку. Пошли?
– Пошли, – согласился Стас, хотя по его лицу было видно, что он желает продолжить начатую тему.
Мы прошли еще метров двадцать, как я заметила красный платок, нервно бьющийся среди камней. Ахнув, я подбежала к нему, и, присев, выдернула из-под камня. Платок был весь мокрый, и его не унесло в море только потому, что сверху на нем лежал увесистый булыжник.
Конечно, сам он залезть под камень не мог, поэтому я сразу поняла, что это был знак. След для меня, оставленный Милкой, потому что платок принадлежал ей. Она повязывала его на шею, где-то вычитав, что это сейчас модно, а я подтрунивала над ней, потешаясь.
При этой мысли на глаза навернулись слезы, я прикусила губу и бережно спрятала платок в карман. Стас, следивший за мной с тревогой, спросил:
– Это ее?
– Да. Нам нужно идти дальше, – решила я, и бросилась вперед.
Спустя два часа беспрерывного движения вдоль моря мои силы иссякли. Стас держался чуть бодрее, но стало ясно, что дальше идти бесполезно – пляж сужался, превращаясь в гору, и пройти можно было только вплавь. Вряд ли они уплыли куда-то вперед. Наверное, что-то произошло на том месте, где Милка оставила платок…
Перед моими глазами вмиг вспыхнула страшная сцена: Вера топит мою сестру в соленых волнах, и та на последнем дыхании, понимая, что ей не спастись, тайно прячет свой платок…
– Лара! – рявкнул Стас, стоявший рядом. – Даже не смей думать об этом. С Милой все в порядке. Если тут отыскать ее не удалось, предлагая двигаться от обратного: вернемся в город, и обойдем отели, чтобы узнать, куда заселилась Вера.
– Она могла снять жилье у частников.
– Попытка не пытка, – отрезал Стас, схватив меня за руку.
Я покорно пошла следом за ним, лихорадочно размышляя, как же нам найти Веру. Может, попросить помощи у Барсонова? Стас, конечно, взбесится. С другой стороны, почему меня вообще должно это волновать? Речь идет о жизни моей сестры. И вообще…
Что вообще, я додумать не успела, потому Стрелецкий неожиданно заявил:
– Я знаю, что ты считаешь, что это Макс убил своего брата. Но это не так.
Я от неожиданности закашлялась, поперхнувшись воздухом, и вытаращилась на спину Стаса. Теперь мы шли наоборот – он чуть впереди, ведя меня за руку, а я плелась позади него.
– Здрасте приехали, – ляпнула я. – А кто тогда? Напоминаю: Макс вычислил своего брата, привез его на свою дачу, привязал к ножкам стола и отправился за флешкой. А когда не нашел ее, то вернулся и убил его. Или сделал это раньше, когда Михаил сказал ему, где искать.
– Ты можешь строить теории сколько угодно, но я уверен: Макс его не убивал, – продолжил стоять на своем Стас. – Мне бы он сказал. Я хорошо его знаю.
– Да ладно? – издевательски воскликнула я, и повторила слова Влада. – Знаешь, иногда даже близкие люди способны здорово удивить.
– Это точно, – кивнул Стас. – Ты меня здорово удивила.
Я вздохнула. Опять он про Барсонова.
– Считаешь меня близким человеком? – спросила я.
– Да.
Стас неожиданно остановился, повернулся ко мне и обхватил мое лицо ладонями. Глядя мне в глаза, с нажимом произнес:
– Я люблю тебя. Веришь ты мне или нет, дело твое. Но…
Он замолчал, и я недовольно сдвинула брови.
– Но – что?
– Но в этот раз я не дам тебе сбежать.
– Я никогда не сбегала.
– Хватит, Лара, – твердым, тихим голосом сказал Стас. – Я все знаю про отца. Знаю, что он угрожал тебе, чтобы ты меня бросила и уехала из города. Тогда, пять лет назад.
Я так растерялась, что не нашлась, что ответить, и только удивленно пробормотала:
– Откуда?…
– Марья Семеновна рассказала.
Ну, конечно. Куда же без нее. Я прикусила губу, не зная, что еще сказать, а Стас недовольно буркнул:
– А это должна была рассказать мне ты. Ты, а не она! И не спустя пять лет! Лара, посмотри на меня.
Я отвернулась, но Стас зажал мое лицо в своих ладонях, словно в тисках, и упрямо держал так, чтобы видеть мои глаза.
– Почему ты не пришла ко мне? Почему не сказала?
– И чтобы ты сделал? – рявкнула я. – Твой отец угрожал не мне, Стас! Он угрожал Милке! Вот почему я согласилась на его ультиматум! Вот почему уехала! А сейчас моя сестра снова в опасности, и вместо того, чтобы искать ее, я вынуждена тратить свое время на разбирательства с тобой!
Лицо Стаса потемнело от гнева.
– Вот как ты это называешь? – вкрадчиво спросил он. – Значит, попусту тратишь свое время? Мы – я и ты, для тебя это – пустой звук?
– Хватит, – попросила я. Слезы жгли глаза. – Перестань.
Он послушался, отпустив меня, и шагнул в сторону. Ничего не видя перед собой из-за пелены, застилающий глаза, я двинулась вперед, и, наступив на скользкий камень, рухнула вниз, содрав кожу на руках и коленях.
Стас бросился ко мне, помогая подняться. Очевидно, я переоценила свои силы – трехчасовая прогулка по сложной местности дала о себе знать, и от усталости ноги подкашивались. Оглядев меня, он покачал головой и предложил:
– Забирайся ко мне на спину. Так будет быстрее и безопаснее.
– Чтобы в следующий раз мы оба упали?
– Я тебя не уроню, – Стас мрачно взглянул на меня, так, словно я – самое драгоценное сокровище в этом мире.
Невольно смягчившись, я кивнула головой. Он присел на корточки, и я проворно забралась ему на спину. Дальнейший путь мы проделали в молчании, вернувшись в город через два часа. Все это время Стас нес меня на спине, и, подозреваю, к концу пути здорово устал и втайне жалел, что предложил себя в качестве извозчика.
Едва нам стали попадаться загорающие туристы, я слезла с него, предпочитая дальше идти самостоятельно. Мы вернулись в мой отель, вернее, наш – Стрелецкий тоже снял номер в нем, и разошлись по своим комнатам, чтобы принять душ.