Три сапога пара (СИ)

На последнюю фразу Ричард только равнодушно пожал плечами.
– Мистер Фристос произвел на меня впечатление крайне образованного человека. Думаю, мы найдем ему применение в своих планах.
– А твои дела как? Назначил свидание?
– Почти. Я узнал, что мистер Симпсон завещал свое тело науке! – на этих словах графеныш аж засветился от радости.
– И? – непонимающе протянул бывший лейтенант.
– Помимо тел, наука очень нуждается в деньгах. Кожу, разумеется, в рамках научных изысканий, снимут, обработают и передадут надежному мастеру. И тот сошьет мне чемодан. От идеи с зонтом меня отговорили, не очень подходящий материал. – Ричард начал идти в сторону города, опираясь на трость.
Какое-то время инвалид задумчиво смотрел в пустоту. Потом вскинулся и принялся догонять компаньона.
– Если честно, я бы хотел кусочек демона сохранить, для коллекции. Череп там использовать как пресс-папье, или глаз заспиртовать. Но я читал, что подобные сувениры склонны оживать в самый неподходящий момент. Так что, увы…
Салех продолжал молчать.
В полицейском участке царила оживленная суета.
– Рей, Ричард! Как я рад вас видеть! Проходите, господа, присаживайтесь! Сейчас принесут чаю и пирожки. Или может?.. – инспектор почесал кадык.
Компаньоны зашли в кабинет, и принялись усаживаться.
– Увы, у нас сегодня еще учеба, – с сожалением пробасил инвалид.
– И встреча с коронным дознавателем, мистером Джейкинсом. Он попросил нас прийти в управление, – пояснил цель визита Ричард.
Радушный хозяин кабинета, кажется, даже слегка расстроился.
– Господин коронный дознаватель сейчас в допросной. Им удалось взять какого-то молодчика, при расследовании поджога. Сейчас вот, общаются, – выделил голосом последнее слово инспектор. – Вопли стоят, ну, вы мне скажите, как нормальный человек может слушать все это?.. Слезы, сопли, мольбы, крики…
Ричард покосился на Рея. Тот сделал неодобрительное лицо, кивая словам инспектора.
– Какой ужас! Разве можно так с живым человеком?
Ричард с силой прикусил щеку, чтобы не заржать самым непотребным образом.
– Ага! Кстати, мистер Дженкинс сказал, что вы успели отметиться в университете своем. Вы действительно справились с воплощенным демоном?
– А у нас был другой выбор? К тому же, у мистера Салеха соответствующая подготовка, – пожал плечами Ричард.
– Надеюсь, ваши раны не слишком серьезны? Вы держитесь скованно… – с искренним участием поинтересовался Вульф.
– А, мелочи жизни. Сильнее всего пострадал мой цилиндр.
– Хорошие слова, правильные.
– А как ваши дела? Больше никаких зверств?
– Ох, такое дело…
– Только не говорите, что очередное жуткое преступление с жертвоприношениями! – устало протянул Ричард, заразительно зевая.
– Ах, молодые люди, к счастью, нет. Ситуация, конечно, страшная, но дело вышло пикантное. – инспектор хихикнул. – Конфуз вышел, натуральный, старушка Поппи, видимо, под старость лет, слаба разумом стала. Бедный мистер Черитаун. Вот живешь себе, живешь, и тут бац! – Вульф эмоционально махнул руками. – И к тебе подкрадывается старушка с поленом. Молодость вспомнить решила, – и Инспектор снова захихикал.
– Так случилось то? – поторопил собеседника Гринривер.
– Снасильничала она его! Дала поленом по лысой башке, отволокла к себе на огород, взгромоздила на каменную плиту (и как только приперла ее), влила в глотку какое-то зелье. Чтобы, значица, вожделение разбудить. Привязала хорошенько, и оседлала! Как коня, чесслово! Да видать не подрасчитала сил своих. Сердечко у нее, видать, от радости такой встало. В итоге мистер Черитаун с мертвой бабушкой на кукане торчащем там всю ночь и пролежал. Застудился! И, видать, скорбен умом сделался, от переживания. Какая трагедия, ах какая трагедия, прошу меня извинить! – инспектор заржал. В голос.
  
Глава 15
 
Имперский дознаватель вошел без стука. Следом за ним вошел мужчина в форменном сюртуке с абсолютно незапоминающимся лицом.
— Инспектор Вульф, мистер Салех, прошу вас, покиньте кабинет и подождите в приемной. Мы вас вызовем, — произнес следователь без приветствия.
Рей перекинулся взглядом с нанимателем. Тот напряженно кивнул.
Вскоре дверь захлопнулась, и Ричард остался наедине с гостями. На стол лег массивный чемодан. Из его недр появился большой зеленый кристалл, стоящий на ажурной треноге. Сверху на него была нацеплена проволочная конструкция.
– Вам известно назначение данного прибора? — уточнил дознаватель.
– Да, это детектор правды. Точнее, он заставляет говорить только правду. И у меня сразу возникает два вопроса. – нехорошо оскалился Гринривер.
— Слушаю вас. – произнес следователь. Его спутник сидел молча и, кажется, начал сливаться с интерьером.
— Применение подобных приборов по отношению к благородным регламентируется билем о правах. А я все еще аристократ. То есть, прямо сейчас я могу достать револьвер и вышибить вам мозги за покушение на семейные тайны. Вы всерьез мне предлагаете, по доброй воле, согласиться на допрос?
— А второй ваш вопрос? — невозмутимо продолжил следователь короны.
– Если у вас есть данный прибор, зачем тогда вы пытали бедолагу в комнате для допросов?
Мужчина холодно улыбнулся одними глазами. После чего поднялся на ноги, и начал расстегивать камзол, и рубашку под ним, обнажая грудь. Кожа на его теле была цвета дорогой мелованной бумаги, абсолютно белая.
— Я есмь воля взыскующая. И ищущая правду, – на коже следователя выступили черные вены. И начали причудливый танец, словно влюбленные змеи в брачном танце.
– Я есмь взор и свет. И ни что не укроется от меня, -- глаза говорящего заволокла корка льда.
– Я есмь честь и закон. И дело мое правосудие, – свет в помещении поблек. Вены на груди свили сложный символ большой императорской печати. А в воздухе повсили прозрачные весы – символ верховного суда.
– Я есмь знамя, я есть память, я есть тьма небес и клятва, что была дана не вами, но вами будет исполнена! – голос следователя обрел инфернальную глубину. – Сэр Ричард Грин…
Дверь в кабинет разлетелась щепой, как от взрыва. И в комнату влетел Рей Саалех. В руках инвалида было ружье, которое он разрядил в дознавателей двумя выстрелами, практически слившихся в один. Взмах руки, и переломленное ружье ложиться на сгиб локтя, одной рукой бывший лейтенант выхватывает пистолет из нагрудной кобуры, а второй – два патрона из кармана. Одновременно стреляя и перезаряжая картечницу.
Все это занимает у него едва ли пару ударов сердца, и на следователей снова обрушиваешься шквал огня. Каждый выстрел сопровождается шагом. С последним выстрелом револьвера он оказывается рядом с ошарашенным Ричардом. Рука душехранителя сживается на загривке молодого человека, и мощный рывок бросает того в дверной проем. Впрочем, не слишком точно, и графеныш, кувыркнувшись в воздухе, спиной впечатывается в стену. И валится на пол, оглушенный.
Два выстрела, уже практически в упор, впрочем, не производят на людей короны особого впечатления. Вспышка защитных амулетов гасят картечь и пули. Впрочем, не до конца, и на груди следователя появляется пара новых дырок.
Патроны заканчиваются, но это не останавливает Салеха, тот переворачивает на следователей стол. Вытаскивает из сапога нож а из второй кобур – небольшой топорик. После чего наваливается на стол, примеряясь ударить по всем выступающим частям.
Темный туман вырывается из-под стола, хватает инвалида и вздергивает его в воздух, сковывая по рукам и ногам. Оружие падает на пол. В сторону отлетает стол и следователи, кряхтя и ругаясь, поднимаются на ноги.
– Это было… внезапно. Девять выстрелов за пять секунд. – Откашлялся Следователь. А потом опустил глаза на новые отверстия в груди и даже суну в одну палец. Крови, кстати не было. – Питер, ты представляешь, он меня даже достал. У него что там в стволе было?
– Сейчас и узнаем… Заодно и разберемся, как он вообще в помещение попасть смог. Ты ведь не забыл печати поставить? – второй следователь поднялся на ногу, и с удивлением уставился на руку, вывернутую в обратную сторону.