Прощание с Литинститутом

– Иду…
В трубке снова короткие гудки, зато теперь я слышу голос коротышки:
– Делай так, как он приказывает, у нас нет другого выхода. Нужно засечь, когда он подъедет к тебе. А там мы уже его перехватим. Никуда не денется… Не волнуйся, никакой опасности для тебя нет. Спереди дорогу перегородит наша патрульная машина, а сзади мы со спецназом. У парня просто нет вариантов.
Неохотно выбираюсь из машины и, пощупав спрятанный в кармане мешочек с камнями, топаю в сгущающуюся темноту. На заправке всё хорошо освещено, но на шоссе фонари расположены на довольно большом расстоянии друг от друга, и до первого километрового столба ещё топать и топать по едва различимому асфальту.
Оглядываюсь по сторонам, но никого вокруг меня нет. Если встреча с бандитом произойдёт именно сейчас, то я абсолютно беззащитен. Как мои сопровождающие сумеют прийти мне на помощь? Тем более, в таком мраке, где в двух шагах уже ничего не видно…
Я и сам не замечаю, как откуда-то справа, из-за невысокой насыпи вдоль дороги, возник ровный треск мотора то ли мотоцикла, то ли ещё чего-то, что определить пока не могу. Останавливаюсь и начинаю всматриваться туда, откуда доносится шум. Но там пока ничего не видно.
Неожиданно из-за гребня выскакивает, словно чёртик из табакерки, мощный квадроцикл и описав в воздухе плавную дугу приземляется в двух метрах от меня. От неожиданности я даже застываю, открыв рот.
За рулём трещащего квадроцикла парень в глухом мотоциклетном шлеме.
– Ну, что замер? – кричит он, слегка приподняв пластик на лице, и разглядеть его мне опять не удаётся. – Где камни? Это я с тобой разговаривал по телефону.
– Где моя жена?
– Сперва верни камни, потом её отпущу. Через час…
– Нет, так дело не пойдёт! – Беспомощно оглядываюсь по сторонам, но обещанной подмоги не видно. – Мы договаривались, что получишь камни только в обмен на неё…
– Думаешь, обману? – Голос парня принимает знакомый металлический оттенок. – Зачем мне совершенно чужая женщина?.. Короче, некогда мне с тобой разговаривать. Гони камни, и разбежались. Или… – Он достаёт из-за пояса пистолет, – уж его-то я чётко различаю в темноте! – и целится мне в грудь. – Мне проще сейчас грохнуть тебя, вытащить камни из кармана, а уж их-то ты наверняка прихватил, – и всё… Ну, что скажешь? Сам отдашь?
Где-то вдали взвывает полицейская сирена, и по шоссе начинают бегать отсветы прожекторов, прочёсывающих обочины. С обеих сторон к первому километровому столбу мчатся машины, уже не скрываясь от человека на квадроцикле.
– Так ты с собой всё-таки целую свору полицейских притащил! – угрожающе шипит бандит и поводит в воздухе пистолетом, направляя то на меня, то в темноту.
Но стрелять он, видно, передумывает, потому что громадный ослепительный луч неожиданно выхватывает нас из темноты и слепит его. Закрываю глаза и жду выстрела.
Однако квадроцикл снова взвывает мотором, и до меня доносится голос, уже немного неуверенный:
– Хорошо, живи пока! Камни я всё равно из тебя вытащу, как бы ты не сопротивлялся, а свою жену ты больше не увидишь. Сам виноват…
Скакнув через насыпь, квадроцикл ныряет в темноту и спустя мгновение исчезает, обдав меня облаком пыли и бензиновой гари.
Бессильно оседаю и опираюсь руками о шершавую поверхность асфальта, но силы оставляют меня, и я тяжело заваливаюсь на спину. На зубах пыль и солёный вкус слёз. Закрываю глаза и уже больше ничего не чувствую – только отсвет прожектора всё ещё слепит глаза, и хрустящая пыль забивает рот…
10.
Открыв глаза, обнаруживаю себя лежащим на диване в собственной квартире. Как я оказался дома, неизвестно. В комнате никого нет, хотя на кухне кто-то гремит посудой и что-то готовит на плите. Неужели жена вернулась?! Вот радость-то! Подхватываюсь и пытаюсь встать, но ноги почему-то не держат, и я бессильно опускаюсь на диван.
Из кухни выглядывает улыбающееся лицо коротышки. Он в кухонном фартуке жены – видно, взял на себя обязанность кухарки.
– Прочухался? – интересуется он. – Сейчас будем завтракать, я яичницу поджарил.
– А жена…
– Её мы пока не вернули. Но это дело времени.
– Мне же ясно было сказано, что больше её не увижу…
– А вот в этом они очень сильно ошибаются! Мы, конечно, в подробностях не знаем, что сейчас с ней происходит, но если бы её захотели убить, то, извини, уже убили бы. И труп подбросили бы для устрашения. Но этой публике делать такие решительные шаги пока не нужно. Им, по большому счёту, твоя жена и в самом деле не нужна, а нужны лишь камни, вернее, капсулы с отравляющим веществом, ради чего вся эта бодяга и затевалась. Они всё ещё надеются их получить без особых боевых действий.
– Слабое утешение…
– Давай поднимайся, будем завтракать и решать, как поступать дальше. Эти ребята от тебя не отстанут, просто будут искать подход похитрее, чтобы обмануть спецслужбы.
Медленно встаю и послушно иду на кухню. Но в рот ничего не лезет, лишь худо-бедно удаётся протолкнуть в горло кофе, который заварил коротышка. А тот уже расположился напротив меня за кухонным столом и с аппетитом поглощает свою порцию яичницы.
– К сожалению, в точности определить, кто находился за рулём квадроцикла, не получилось, потому что в том месте нет камер видеонаблюдения, а сам квадроцикл найден в паре километров от дороги. Видно, наш живчик, потребовавший камни, бросил его и дальше отправился пешком. Неподалеку от шоссе в том месте небольшое бедуинское поселение, но в нём, сам понимаешь, никого не найдёшь. Даже если местные жители и видели кого – то, то ничего не расскажут, а брать их за грудки и трясти – дохлый номер. Только волнения спровоцируешь. Хотя мы отправили туда спецназ. Но без особой надежды.
– Значит, все концы обрублены?
– Почему обрублены? Наш погибший коллега… ну, ты знаешь, о ком говорю… кое-какую информацию о террористах успел передать. Мы даже были в курсе того, когда намечается переправка именно этой партии капсул с «Новичком», и отследили бы операцию с начала до конца, если бы не произошёл срыв с его разоблачением. После этого получатели товара насторожились и, ясное дело, взяли дело в свои руки, потому что выложили за партию довольно приличную сумму. И мы это тоже знаем. В результате ситуация вышла из-под нашего контроля. До получателей добраться мы пока не можем. Ведь они из опасения поимки даже собственного посредника зачистили. Но отказываться от капсул не собираются. Теперь получатель или кто-то из близких к нему людей вышли непосредственно на тебя, и пойдут до конца, чего бы это ни стоило.
– Ну, и что из этого следует? – мрачно интересуюсь и заранее прикидываю, что ответ его меня совсем не порадует. – Ты же прекрасно понимаешь, что моё дело во всей этой истории – сторона, и мне плевать на все эти капсулы и бриллианты. Шпионские игры не для меня. Верните мне жену, и я никого из вас больше знать не знаю…