Истины нет (СИ)

— Совершенно определенно, — ответил Кйорт и сделал небольшой глоток. Теплый напиток пробежался по гортани и разлился хмельной лужицей в желудке. — Родился я на другом конце Немолчания, долго путешествовал, хотел увидеть других людей, обучиться таинству владения мечом. В этих краях я Кйорт.
— Я тоже буду звать тебя так, — кивнул лорзан, сделал глоток и продолжил: — Оружие это действительно удивительное, Кйорт.
Лорзан быстро коснулся кончиками пальцев живота, груди, лба.
— Кем бы ни был мастер, выковавший его, теперь оно перековано. И это, право, чудо. Долгое время я ждал некоего знамения. Знака. Доказательства, что Живущие Выше все еще смотрят на нас…
— Смотрят. Будьте уверены, лорзан, — уверенно произнес Кйорт.
— Теперь и я могу сказать, что уверен, ибо до сего момента вера моя во служении стала угасать. И это грех. Хотя я продолжал молиться.
— Молитва есть не что иное, как вера в чудо, совершаемое Высшими, — заметил Кйорт. — И я не священник, грехи отпустить не смогу, но, исходив огромное количество дорог, побывав в таких уголках, что многим никогда и не привидятся, скажу, что это не удивительно, но простительно, и это не грех.
Ходящий оценивающе посмотрел на графа, но тот взгляда не уловил.
— Ни одна религия не может существовать без веры в чудеса, — пробормотал Энрих и тут же пылко добавил: — И вера в Живущих Выше не исключение! Она даже неотделима от веры в чудо. Еще мальчиком я перечитывал десятки раз Священное Писание. Притчи и сказания о Деве Всемогущей, о Прощающем Грехи — все они заполнены самыми разными чудесами. Чудесами излечения, прощения, воскрешения после смерти. И раньше многие священники наделялись чудесным даром — Истинной Силой. И способны были творить их, если вера и молитвы были горячи и сильны. И для верующего чудеса, творимые Живущими Выше и ангелами их, должны были стать не только историей, но и всей жизнью его. И вот после долгого времени я увидел чудо воочию. Теперь сердце мое согрето.
Граф встретился взглядом с собеседником:
— Ты мудр не по годам, странный незнакомец. Я могу прочесть это в твоем взгляде. Знамение выбрало твое оружие неспроста. И я уверен, что ты смог бы рассказать почему.
— Интересно узнать, что чудо для вас, лорзан? — уклонился от прямого ответа ходящий.
— То, что произошло сегодня, — бесспорно, настоящее чудо, — пылко сказал рыцарь.
В дверь осторожно постучали: бойкие подавальщицы внесли на серебряных подносах две глубокие миски, от которых шел пар. Комната наполнилась чудесным запахом превосходного осгвитчского супа — осготта, с мелко нарезанными луком и чесноком, кубиками помидоров, морской капустой, жирной толстобрюхой рыбой, рисом, приправами и тонкими ломтиками лимона. Девушки сервировали стол, приотворили по просьбе лорзана окно, впустив свежий воздух, и бесшумно скользнули за дверь, одарив заинтересованными взглядами господина, что выглядел моложе и путешествовал один. Рядом с двумя глубокими мисками супа притулились глиняные горшочки с тушеным осьминогом. Кйорт усмехнулся: он знал, что такое блюдо должно готовиться не менее часа, а тут и четверти не прошло. Очевидно, кто-то из гостей будет ждать дольше.
Собеседники повернули кресла к столу и не спеша принялись за суп. И он был действительно вкусен: кусочки рыбы, тающие во рту, шелковистая капуста, мягкий запах приправ. Тушеный осьминог был настолько хорош, что даже сытый уже ходящий смел его в мгновение ока. Блаженно откинувшись в кресле и потягивая нерулу, лорзан подождал, пока Кйорт прикончит остатки головоногого, и продолжил прерванный разговор:
— Чудо для меня то же, что и для любого верующего в Живущих Выше, в Небесную Деву или Прощающего Грехи. Неважно, кому произносишь молитвы. Но чудо — это удивительные события иль деяния, которые действуют против порядка природы, как то: перо, которое тонет в воде, или парящий в воздухе камень. И деяния эти совершаются Живущими Выше для достижения тех или иных целей.
— Интересное замечание, — ходящий также взял бокал с элем. — А что, если я скажу, что видел плавающие камни и тонущие перья и никак бы не назвал это чудом, увидь это снова? Лишь зная, что это возможно?
— Ты действительно видел, как камень, брошенный в воду, не тонет, а плавает, словно щепка? — недоверчиво нахмурился рыцарь.
— Нет, подобного не видел, — ответил ходящий, — я лишь предположил.
— Я уловил твою мысль о том, что чудо — это всего лишь непознанное? — спросил лорзан.
— Примерно так, — ответил с внутренним смешком Кйорт, которого забавлял этот разговор.
— В таком случае замечу, что чудеса чрезвычайно редки, а некоторые, описанные в святых текстах, такие как Путь Прощающего или Слезы Девы, так вообще единичны. Да и сегодняшний случай! — пылко воскликнул лорзан. — Даже в Писании я не читал подобного и не слыхивал. Будь откровенен, ты ведь также не встречал подобного?
— Нет, не встречал, — уверенно ответил Кйорт, продолжая давить в себе добрую снисходительную улыбку.
— Вот. И если чудо — это просто редко подмечаемое явление, то в этом случае можно сказать, что нет различия между естеством и чудом. Ведь и среди событий естественных есть крайне редкие, такие как Южное Затемнение или Сокрытие Солнца, которые случались ранее и описывались изначально как гнев Живущих Выше и кара Небесная, но потом были разъяснены. Они оказались всего лишь замещениями одним осколком Небесных Планов другого, снова открывавшегося позже.
— Мне знакомо такое явление, — кивнул ходящий.
— Так в конце концов тогда все, что случается, будет одинаково чудесным и естественным?
— Я очень многое видел, и видел такое, что, произойди это в вашем городе, половина жителей пришла бы в благоговейный трепет. Но на самом деле это было всего лишь, скажем, обыденным поступком непознанных существ, которых я в ходе своих странствий перевидал немало. И чудеса для меня не потому чудеса, что они случились полностью против мыслимого мною и неких природных законов данного Плана и помимо порядка Нейтрали; но потому их называют чудесами, что они странны и происходят редко. И не в обычном ходе природы, а на протяжении времени большего, нежели может прожить один человек или существо, подобное ему. И если такое событие посчитать чудом, то есть счесть чудом то, что случается редко, тогда, — тут Кйорт усмехнулся, — тогда и мудреца можно счесть чудом. Происходящее редко обращает на себя взор существа внимательного, поражает его и заставляет удивляться. Взять, например, каменный колосс, построенный в Воттоке, или громадные сооружения на юге, равных которым я не видел.
— Пирамиды Эола, — хмурясь, буркнул лорзан.
— Да. Пирамиды. Ведь справедливости ради их тоже называют чудесами. Так ведь?
Рыцарь кивнул.
— Чудо потому удивляет и поражает разумное существо, что нарушает его мирную, спокойную жизнь, нарушает привычный размеренный ход событий, и того больше — оно может нарушить законы, казавшиеся несокрушимыми. Вот я слышал, что Прощающий мог пройти по воде, не погрузившись даже по щиколотку, а Дева Небесная исцеляла безнадежных и даже воскрешала мертвых…
— Кйорт, — голос графа неожиданно стал холодным, — ты сейчас близок к ереси настолько, что я удивляюсь, как Живущие Выше избрали твое оружие в качестве священного. Не ровен час, ты скажешь, что священное чудо, сколь бы велико и необычно оно ни было, никоим образом не говорит о существовании Живущих Выше вообще?!
— Конечно же нет. Я знаю, что они есть. Мне для этого не нужны доказательства, но простите, лорзан, — Кйорт отхлебнул нерулы, — ни в коем случае не хотел задеть чувства и деяния Живущих Выше. Просто вы сказали, что вера основана на вере в чудо — замечу, что Живущие Выше не одобрили бы такого. Верьте мне, я знаю. Еще в давние времена, насколько меня учил наставник, некоторые разумные существа основали веру в Высших на чуде. Но это сильнейшее заблуждение, ибо вера, основанная лишь на чуде, будет не истинной верой, не свободным понятием и приятием в своей жизни Истинной Силы, а принужденным согласием. Поэтому тут, в Немолчании, один способен ее ощутить как дар за искренность, другой — нет. Хотя должно заметить, что не каждый сможет прийти к вере сам, без каких-либо знамений. Простите, лорзан, ежели оскорбил вас.