Дважды в жизни (ЛП)

— Я тебя согрею. Приходи полежать на траве и поглядеть на звезды.
Как я могла отказать?
* * *
Я собрала почти все вещи в собственном домике к завтрашнему выезду ранним утром. Я приняла душ и оделась, прошла по знакомой тропе к Общинному дому. С каждым шагом я понимала, что это в последний раз. Я привыкла к этому месту – запаху земли и травы, звукам коров и петухов, будивших до прихода Девона. Сложно представить, что скоро я уеду. Но мне хотелось увидеться с мамой и бабушкой, рассказать о Сэме, привести его домой и узнать, наконец, что получится из наших отношений.
Завтрак готовили работники фермы, и я позволила себе расслабиться в последний раз перед строгой диетой и упражнениями, к которым вернусь после приезда домой. То есть, я наполнила тарелку черничными блинчиками и беконом. В обеденном зале гудели разговоры, многие прощались. Ник сидел у камина, и я, протиснувшись между столиками, села напротив.
— Доброе утро, дорогой муж.
— Привет, женушка, — поприветствовал Ник с набитым ртом.
Я посмотрела на его облегающую футболку Adidas, лосины и шорты. Я ткнула на миску овсянки и две пустые тарелки с вязкой жижей на дне, которые стояли перед Ником.
— Подкрепиться решил?
— Это последний день с тренером на площадке, и я пользуюсь моментом. Хочу сохранить эту фермерскую мускулатуру. – Он подмигнул и посмотрел на меня поверх чашки кофе. Я завидовала его быстрому метаболизму. – Хочешь пощупать?
Я подавила стон. Ноги, спина, руки и шея были все еще ватными после занятий любовью прошлой ночью.
— Очень смешно, но я пас. Слышала о новости про «Большого и страшного волка», — проговорила я. Шарли упоминала статью, где говорилось о высокобюджетном фильме ужасов, куда пригласили Ника. – Ты согласился?
Ник кивнул и промокнул салфеткой губы.
— Да, еду в Ванкувер. А ты?
Я полила блинчики сиропом.
— Пока никуда, никаких планов на несколько месяцев. Я не знала, как буду себя чувствовать в конце съемок и перед праздниками дала себе время отдохнуть.
— Это хорошо. Уверен, на месте ты все равно сидеть не будешь. По крайней мере, не одна… — многозначительно произнес он. Заметив мое растерянное выражение, он добавил. – Я как-то видел вас с Сэмом.
У меня глаза чуть ли не на лоб полезли.
— Ты… что?
Ник рассмеялся, и я поняла, что себя выдала.
— Расслабься, Тейт, — произнес Ник с улыбкой. – Вы просто шли. Я видел, как вы шли. Боже, что я пропустил?
Я, виновато улыбнувшись, пожала плечами и попыталась взять себя в руки.
— Ничего. Ты бы и не увидел что-то скандальное.
Ник рассмеялся.
— Ясное дело.
Я чувствовала, как покраснели уши, а Ник, улыбаясь, покачал головой. Он зачерпнул ложку овсянки и посмотрел на меня.
— Похоже, у вас все наладилось?
Я ответила не сразу, и Ник понизил голос.
— Как по мне, ты искренне ему нравишься.
— Знаю, — я придвинула к себе бутылку сиропа и затеребила край этикетки, где та отклеилась от стекла. – Оказалось он не женат. Я поспешила с выводами. Мы решили попробовать… — внутри, словно фейерверки взрывались от одной лишь мысли. – Но это… сложно.
— Твоя история.
— Да. С папой, если он узнает о том, что сделал Сэм, будет нелегко.
— Но ты же хочешь простить Сэма, а ведь это главное, да? Ян, может, и разозлится, но на ваши отношения это не повлияет. И если именно Сэм много лет назад рассказал о тебе прессе, то он и стал причиной, по которой вы снова начали общаться с Яном. Твой отец смирится. — Ник пожал плечами и доел овсянку.
Смирится? Я вспомнила выражение лица Яна у теплицы, то, какими пустыми были его глаза, как изогнулись губы, когда мы с Сэмом вышли вместе. Папа просто был недоволен, что в моей жизни появился мужчина, или он слышал? Я не знала, как реагировать. Он поймет мотивацию Сэма, и почему я решила дать ему второй шанс? А если нет, что я почувствую? Все менялось к лучшему, хотела ли я рискнуть хорошими отношениями с отцом ради шанса с Сэмом?
Или я просто давала волю страхам, что приму ужасное решение? Как бы хорошо ни было с Сэмом, я не могла отогнать неприятную мысль, что с ним я буду бесхребетной.
Я подняла взгляд, когда Ник отодвинулся, собрал тарелки и добавил сверху пустую миску.
— Уходишь? – спросила я.
Он проверил телефон по привычке и рассмеялся, ведь сигнала, конечно, не было. Но мы уже мысленно прощались с этим местом. Невольный жест Ника напомнил, что завтра у меня снова появится связь, возможность слушать музыку онлайн и отправлять сообщения. Я чуть ли от счастья не рыдала.
Ник убрал телефон в боковой карман рубашки.
— Слушай, у тебя есть мои номера. Звони, если нужно будет выговориться или просто нечем заняться. Я буду скучать по тебе, женщина.
Ник обошел стол, и я, поднявшись, тепло его обняла. Меня кольнуло печалью. Грустно расставаться после стольких недель вместе.
— Я был прав в одном, — сказал Ник и посмотрел на меня. – С тобой было весело. И если я не увижусь с Шарли и Треем, передай им, что было круто.
Я прильнула к Нику.
— Хорошо. Береги себя. С нетерпением буду ждать новых совместных работ, — и я говорила серьезно.
Он подмигнул.
— Увидимся, Тейт.
Я смотрела, как он отнес посуду на кухню и попрощался с работниками. Я снова села. К еде я почти не прикоснулась, но аппетита уже не было. Я вдруг ощутила усталость. Самая сложная роль в моей жизни, сам процесс съемок, буря внутри, вызванная появлением Сэма и всеми связанными с ним событиями…
Я выбросила еду и отнесла тарелки на кухню, поблагодарив работников за все, а потом отправилась на выход.
— Эй, кроха.
— Привет, пап.
Одет с иголочки и красивый, как всегда. Джинсы идеальной потертости, толстый свитер того же оттенка виски, как и папины глаза.
— Я тебя искал.
От волнения щеки вспыхнули жаром. Папа, даже не задумываясь, согласился встретить Рождество, а теперь пришел отказаться?
— Эй. Да, а я как раз собиралась найти Шарли. — Я толкнула дверь. – Хочешь посидеть немного на улице?
— Вообще, я хотел предложить тебе пообедать вместе.
Я скривилась.
— Я только что поела.
Папа улыбнулся, и я мысленно пыталась пролистать свой каталог улыбок Яна Батлера и понять, видел ли мир такую раньше.
— Мы могли бы поехать в город и прогуляться? Провести немного времени вместе, пока не разъехались по домам.
Я оглядела обеденный зал. Никто на нас не смотрел, папино предложение явно не было для шоу.
— Конечно, — я повернулась к отцу. – Можно я схожу за сумочкой?
Поездка до ресторана прошла в тишине. Папа предлагал взять водителя, но я уговорила его пустить меня за руль его черной «Теслы». Отец отстукивал пальцами по коленям и смотрел в окно. Первые пять минут часовой поездки тяжелое молчание прерывала местная радиостанция.
Но папа разбил лед. Слава богу, потому что я не знала, как. Отец говорил о своем доме в Малибу (поставил новые окна в этом году), как сложно иметь два дома сразу («Следить за хозяйством утомительно»), и как читал сценарий нового фильма про супергероев, но киностудия решила выбрать кого-то «понапористее» (как по мне, «моложе»).
Дорога отвлекала меня достаточно, чтобы охать и ахать в нужных местах разговора. Я была рада, что отец начал чем-то делиться, потому что все эти годы я все еще хотела узнать о нем любые мелочи.
Мы припарковались в центре города, но быстро поняли, что гулять средь бела дня будет невозможно. Нас остановили с просьбой дать автограф раньше, чем мы вышли из машины. Папа ввел адрес ресторана в навигатор, и мы приехали к милому белому домику с красной дверью. Потертая табличка из дерева показывала название «Кафе Триллиум».
— Алтея сказала привезти тебя сюда, — сказал отец так, что я посочувствовала Алтее на случай, если место окажется посредственным.
— Выглядит мило, — вдали небо стало мрачным, тучи набегали на верхушки сосен, давили на черепицу крыши.