Это не те мобы 3! (СИ)

– Это что? – нарушил тишину, кивнув на возникшую вокруг нас... ну пусть будет композицию.
– Командный центр мага в военном походе. Гремлины, – пожал плечами Мартин, садясь на табурет и кивая Пинки. Тот поклонился и лихо отбил нечто вроде барабанной дроби по кристаллам, правда, сделал он это гаечным ключом на длинной ручке, но на получившемся звуке это никак не сказалось.
– Ты знал и не сказал мне, – осуждающе посмотрел на Мартина, садясь за стол.
– Мог бы и сам прочитать, – ответил он, всматриваясь в сферу.
– И когда бы я это успел сделать? – спросил, убирая локти со стола, и давая гремлинам возможность расставить съестное. – Я, знаешь ли, занят был, войска тренировал, а не кисточкой руны в шатре обводил.
– Спросил бы Пинки или сразу о гремлинах почитал, когда еще в долине магов оказались. И вообще, нашел с чего заводиться. Зависть плохое чувство.
– Да не завидую я, просто не люблю такие сюрпризы. Это вопрос доверия.
– Ну извини, – вздохнул Мартин. – Из головы вылетело, да и не считал я это чем-то важным. Палатка и палатка, тем более ее основной элемент ты и так использовал, – кивнул он на сферу.
– Ладно, проехали, – махнул рукой, берясь за румяный пирожок и полулитровую кружку. – Что еще эта палатка может.
– Командный центр, – поправил Мартин, забрасывая в рот пару фиолетовых ягод. – Ничего особенного, отсюда можно подзаряжать големов, давать им прямые команды, вести наблюдение, наносить магические удары, как индивидуальные, так и групповые, тут есть набор стандартных заготовок для ритуалов, все вроде. А, еще эти столбы и сосульки создают стационарные щиты, мощные, но очень прожорливые, потому их требуется активировать самостоятельно и лучше в импульсном режиме.
– Ничего себе «ничего особенного», – хмыкнул, прихлебывая нечто сладко-приторное и тягучее. – Пиники, это что за гадость?
– Это я утром послал младших учеников собрать нектар из цветов, о которых вчерашний пчел говорил.
– Понятно. Тащи воду, это надо разбавить, так пить невозможно.
– Во втором кувшине вода, – указал на стол Пинки и, как понимаю, состроил обиженную морду. Мол, как так, его такого умного, ключом стукнутого, и посмели заподозрить в непредусмотрительности.
– И долго они ждать будут, – пробормотал Мартин, и только сейчас я заметил, что кроны остановились.
– Может разведку выслали? – предположил, разбавляя тягучий нектар водой и пробуя получившееся.
– Тогда они совсем не умеют воевать, – ответил Мартин.
– Н-да, – был вынужден согласиться с ним, так как ломится через лес, сообщая всем о своем продвижении, а потом остановиться перед финальным броском и послать разведку – это за гранью.
Только подумал об этом, как пчелы продолжили наступление. Вновь затрещали стволы ломаемых деревьев и неподвижные кроны поплыли к нашим позициям.
– А ведь тролльи катапульты до сюда не достанут, – озвучил запоздало пришедшую мысль.
– Танк достанет, а троллей я на этот берег вернул, карту посмотри, – сказал Мартин.
Последовал совету и увидел нашу мобильную артиллерию, занявшую позицию рядом с гоблинами и волчьими всадниками. Прикинув радиус гремлинских катапульт, тут же понял замысел Мартниа – выдвинутые вперед големы отступают, враг попадает под фланговый обстрел ламий, начинает перестраиваться для атаки стрелков, и тут его накрывают тролли, а следом и волчья кавалерия с гоблинам бьет. Или добивает. Собственно, Мартин просто немного доработал мою задумку, усилив фланговый удар.
– Строн, кончай в облаках витать, враг на подходе.
– А? – отвлекся от мыслей и тут же услышал треск и грохот ломающихся деревьев.
– Топоры свои приготовь, мало ли, – посоветовал Мартин. На столе перед ним уже лежали жезлы, а руки чуть приметно светились красноватой дымкой.
Разложив перед собой топоры, принялся ждать. Треск нарастал, сквозь грохот падающих деревьев стал слышен приглушенный «бом-бом» тяжелых шагов чего-то массивного. Очень массивного. Настолько, что топот троллей и големов просто мерк и теперь вспоминался... «Да как комариный писк на фоне жужжания шмеля», – пришла мысль, а пальцы сами собой принялись поглаживать рукоять трофейной секиры. Стало полегче.
 
Наконец, над крайними деревьями показались живые кроны, аж блестящие от покрывающей их пыльцы пчелов.
– Чихуа-хуа, собака экзотическая, – выдохнул Мартин.
Огромное нечто, напоминающее сплетение десятков заскорузлых корней, протиснулось через деревья, легко раздвинув толстые стволы и опустилось на расчищенный участок.
– Да оно же с голема будет. Вот это ляжка, – пробормотал, сжимая рукоять топора.
Следом за первой ногой, похожей на помесь щупальца и лапы насекомого, появилась вторая, третья, а там, повалив пяток деревьев сразу, и тело появилось.
– Дуб шестилапый, хлыстами из ветвей вооруженный, – констатировал Мартин.
– И пчелами населенный, – добавил, смотря на бочкообразное тело древесного голема.
Меж тем, выбравшиеся из леса не пойми кто, а может и что, нападать не спешили. Стояли, помахивали десятками щупалец-ветвей, кронами на ветру покачивали, но не атаковали. Порхающие стаей мошкары пчелы так же не рвались в бой. У них там вообще что-то непонятное происходило. Носятся туда-сюда, жужжат, но при этом пыльцой не сыпят. То ли копят, то ли еще что.
– Может бахнем? – с надеждой протянул Пинки.
– Бахнем, и не раз, весь лес в труху, но потом, – ответил Мартин.
– Хорошо стоят, прямо посреди засеки, там же все горючкой полито, – забормотал Грог.
– О, кажется что-то начинается.
Все замолчали и уставились на сферу. Пинки постучал ключом по кристаллам и в фокусе оказалось ближайшее к нам... пусть будет Кверк, вроде как-то так по научному называется крепкое дерево с резными листьями. Обстановка возле него менялась стремительно. Хаотичное мельтешение пчелов пошло на спад и они принялись рассаживаться по многочисленным ветвям кроны. Прошло не более пяти минут, как все они приземлились и затихли. Все, кроме одного пчела, который, оставляя за собой довольно заметный след из блестящий, таящий в воздухе пыльцы, полетел к нам.
– Здается мне, что где-то я уже такое видел, – произнес задумчиво и посмотрел на Мартина.
– Угу, – кивнул тот, убирая жезлы. – Пинки, тащи еду и организуй что-то вроде стула гостю. У нас намечаются переговоры.
– Да, хозяин, – радостно ответил Пинки, и принялся гонять соплеменников, попутно плетя из мотка проволоки мебель для нашего визави. Аж завидно стало, смотря за тем, как ловко у него это выходит.
– Привет! – плюхнулся на стол пчел. – Чего вы так долго? – спросил он негодующе.
– Э... – переглянулись мы с Мартином. – Май?
– А кто же еще? – возмутился он, садясь в плетеное из проволоки кресло. – Соль принесли?
– В смысле?
– Таки зачем вам соль, уважаемый, и таки сколько ви готовы взять и в чем наш гешефт? – Мартин «включил» Йорика, знаком намекая нам на необходимость помолчать.
– Во-первых, – начал загибать пальцы Май, – от соли повышается пыльценосность. Во-вторых, – мы от нее балдеем, – при этих словах я покосился на кувшин с нектаром и мысленно хмыкнул. – В-третьих, если вы не принесли соль, мне оторвут голову, а я ей дорожу.
– Ой вэй, таки я вас пхекхасно понимаю, сам в нее ем, – усмехнулся Мартин. – Но ви таки не ответили за наш гешефт.
– Мешок соли, союзнический договор, и свободный проход через наши леса, – сказал Май, а Пинки, закончивший плести из проволоки столик, поставил его перед нашим гостем.
– И тарелочку с кружкой пожалуйста, – попросил Май. Пинки посмотрел на Мартина, получил кивок и занялся делом, только на этот раз вместо проволоки достал пару металлических пластин.
 
– Не надо, – остановил его Тук, и, вытащив нож, в полминуты вырезал все требующееся из яблока.
– Проход одноразовый или постоянный? Что входит в союзнический договор? – спросил Мартин.
– За мешок разовый, но все это обсуждается. Нам нужны постоянные поставки соли и мы готовы пойти на многие, – Май шевельнул крыльями, – уступки.