Хроники кладоискателей (СИ)
- Вован! - он тут же, как будто испугавшись, обернулся в мою сторону.
Его лицо и вправду выглядело испуганным. Он явно не ожидал меня здесь увидеть. Конечно же, Вовка не боялся, что я стану сейчас с ним драться, защищая незнакомого парня. Нет. Мой друг испугался совсем не этого. Он испугался падения. Падения в глазах лучшего друга, которое иногда может ударить посильнее, чем крепкий кулак врага.
- Вовчик, ты что творишь? - спрашивал я с искренней надеждой получить в ответ какое-то разумное объяснение его поступка.
- Слышь, ты кто такой вообще, козлина? - переключил на меня своё внимание Пертусин, но я того упорно игнорировал. Вовка молчал, тяжело дыша. Толстяк тихо плакал, не осмеливаясь разгруппироваться. Хомяк пересчитывал деньги, переданные ему Пертусином.
- Серый, этот жиртрест сегодня стипендию получил, - услышал я от Вовки совсем не то, на что рассчитывал, - отдавать вообще не хотел, прикинь!
Хомяк снова врезал под зад лежащему. Вовчик раздражённо на него рявкнул:
- Всё! Хорош! Ты бабки взял?
- Взял! - с довольной улыбкой на лице протянул Лёха.
- Ну, так вали нахрен отсюда! И ты вали! - заорал он на Пертусина.
- Слышь, ты чё развонялся тут, дрищ? - Пертусин снова вскипал, подходя к другу. Я тут же двинулся защищать Вовку, но меня опередил Хомяк, придержавший Пертусина за плечо:
- Короче, Пертус, пошли отсюда. Пусть воркуют, обиженные. Бабки все у меня.
Тот нехотя отказался от затеи поколотить Вовку, и оба ушли прочь, на прощание плюнув по разу толстяку на штанину.
Я подошёл к плачущему студенту и опустил ладонь на плечо. Тот съёжился и захныкал.
- Да не бойся ты. Ушли они.
Он осторожно поднял голову и, увидев стоящего неподалёку Вовку, с недоверием посмотрел на меня. Вовка, заметив это, отвернулся и, сунув руки в карманы, заковылял на спортивную площадку.
- Много забрали?
- Всё. Не знаю теперь, как домой ехать. Я билет домой на них планировал купить.
Позже я вынес из дому и передал ему все свои сбережения, которые откладывал ещё с зимы - мяч хотел купить.
- Хватит?
- На автобус даже хватит, не то что на электричку, - пробубнил в ответ тот и утвердительно кивнул головой, а затем смущённо добавил: - Спасибо.
- Угу, - тоже кивнул я и пожал толстяку руку.
Вовка сидел на лавке, понурив голову и глядя на носки собственных кроссовок. Подойдя к нему, я уселся рядом.
- Ну, и что это было, друг? - спросил я, но он не торопился отвечать, - Как ты мог вообще? Тебе деньги нужны, что ли?
- Да не нужны мне деньги...
- А зачем же тогда?
- Сам не знаю... - было отчётливо видно как сильно ему стыдно, - Я же не думал, что всё так будет! Думал, просто припугнём, тот бабки отдаст и всё. А эти начали бить... Вот я и...
- Так ты же первым его ударил! - вскипел я.
- Да! Ударил! - вдруг закричал он, - Я первым ударил! Сам не знаю зачем! - у Вовки из глаз брызнули слёзы, - Что ты услышать хочешь от меня? Что сожалею? Да! Сожалею! Даже тошно, так сильно сожалею! А бабки тебе верну, не переживай! Сколько там было?
- Не в них дело, друг, я просто поверить не могу, что ты на такое способен.
- На такое? А может я сам себе хотел доказать, что способен хоть на что-то? Откуда тебе вообще знать, на что я способен?!
Глава 27. Исчезновение
- Вова! - что есть мочи орал я на весь луг, носясь по лагерю, не понимая, что вообще происходит - Вовка! Друг! Беда случилась! Хорош прятаться! Ехать надо срочно!
Но тот упорно не отзывался. Я разрывался между необходимостью срочно найти друга и желанием поскорее выехать к Ольге.
- Твою мать! Вова-а-н!!!
Голос срывался и хрипел. Я побежал к ближайшей посадке - единственному месту, где он мог укрыться от глаз. Быстро осмотрев её, и не найдя там никого, быстро вернулся в лагерь. Река! Бегом туда! Но там тоже никого...
Взглянув на часы, я отметил, что ношусь без толку уже больше получаса. Отыскав ключи от машины, открыл и нашёл в салоне бумагу с ручкой. Какой-то атлас дорог, в бардачке - фломастер. Краем глаза заметил лежащий там же пистолет. Написал записку и оставил в палатке. Перенёс в машину более-менее ценные вещи, кроме продуктов, палатки, спальников и тёплой одежды. Завёл джип и рванул в сторону Ольгиного посёлка.
Я нёсся по трассе, в разы превышая допустимую скорость, лихорадочно прикидывал что же этой ночью произошло с дедом Прохором и куда так внезапно исчез Вовка. В голове не укладывалось ни одно, ни другое. Уже при подъезде к посёлку, я увидел вдалеке машину с мигалками. ГАИ! Жму на тормоз, но скорость на столько высокая, что сбросить её до разрешённой всё равно не получается. Вспоминаю о том, что машина чужая, а доверенности на неё у меня нет! Но, на удивление, упитанный страж дорожного порядка, лишь взглядом и улыбкой провожает меня, даже не думая размахивать полосатым жезлом.
Подъехав к знакомому двору, обнаружил распахнутой настежь калитку и суетливо снующих туда-сюда старушек, сносящих из своих дворов различную посуду, продукты и табуретки. Оглядевшись, заметил Олю, выходящую из летней кухни. Она тоже заметила меня и, подходя, заплакала. Я обнял её и попытался успокоить.