Украсть миллиард (СИ)
— Не знаю!
Штурвал второго пилота вдруг дернулся вправо. Самолет нырнул носом и почти завалился на крыло.
— Я потерял управление! — крикнул Стив.
— Беру управление на себя, — тотчас отозвался второй пилот, Дик Холтон.
— Майк, проверь, нет ли разгерметизации, — бросил Стив, неожиданно превратившийся в пассажира.
Тем временем умный автопилот пытался выправить крен на правый борт. Но кошмар не закончился, напротив, все только начиналось.
Стюардесса, белая, как голубь мира, буквально, упала в кабину пилотов.
— Что там, Мари?
— Ад! — выдохнула она.
Техник покинул кресло и заглянул в салон.
Самолет словно расширялся изнутри. В воздухе висела пелена какой-то пыли, или микрочастиц. Обломки покрупнее крутило в воздухе. Отчетливо пахло гарью.
По проходу, прямо на него, пытался ползти крупный мужчина, китаец или кореец, с перекошенным от боли лицом. Весь его костюм был залит кровью.
— Почему он ползет? — пронеслось в голове Майка. И тут он увидел, что у пассажира нет обеих ног. Вместо них торчали окровавленные обрывки.
Мари и вторая стюардесса, молоденькая Кортни, пытались заставить обезумевших от страха пассажиров занять свои места и пристегнуться. И у них бы все получилось, паника потихоньку шла на спад, как вдруг буквально, провалилось, исчезло кресло 26, и воздушной струей, словно насосом, в дыру втянуло пассажира, сидевшего рядом. Это было так неописуемо ужасно, что паника взметнулась с новой силой. Люди куда-то рвались, стремясь покинуть место взрыва, и не осознавали того, что все они в одной лодке, и судьба у них общая. Погибнут они или останутся живы, сейчас зависело не от них, а исключительно от мастерства экипажа, ну и еще от благосклонности Неба. Их действия, как разумные, так и совершенно безумные, ничего изменить не могли. Самым лучшим было подчиниться стюардессам, занять свои места и ничего не предпринимать… Но кто поступает разумно, когда небо рушится, и не над тобой, а под тобой…
— Командир, на борту произошел взрыв, — доложил вернувшийся Майк, — в полу дыра величиной с половину Детройта. В салоне паника.
— Ясно, — кивнул Стив, к которому невозмутимость вернулась вместе с некоторой долей ясности, — вернись туда и попытайся оценить повреждения, — приказал он, — пусть стюардессы постараются рассадить пассажиров по местам…
— Там, кажется, кто-то погиб… Мужчина, ему взрывом оторвало ноги.
— Черт! Нельзя, чтобы его смерть спровоцировала новый взрыв паники. Скажи Мари, пусть сделает вид, что оказывает помощь. Искусственное дыхание, там, вколите чего-нибудь. Потом укройте одеялом и скажите, что пассажир без сознания, но жив, понятно?
— Взрыв мог повредить обшивку и разгерметизировать салон, — предположил техник.
— Если это так — будем снижаться. Иди. И постарайся там сам куда-нибудь не нырнуть. Мы пилоты, а не птицы, и без стальных крыльев нам в небе делать нечего.
— Понял, командир, — кивнул Майк.
Стив поправил микрофон.
— Это рейс 568. Эшелон 330. Взрыв бомбы на борту. Браво Оскар Майк Браво Альфа… — позже голос его, заботливо сохраненный для потомков и дознавателей страховых компаний, покажется на удивление спокойным.
В салоне зияла огромная дыра. Майк с ужасом представил, как рвется обшивка, и их всех высасывает из самолета. К счастью, новейший суперпрочный материал, из которого было сделано гигантское крыло, выдержал даже такое издевательство. Наружная обшивка уцелела. И это давало шанс пассажирам рейса 568.
— Думаю, системы герметизации выдержат, — доложил Майк.
— Хорошая новость, — кивнул Стив.
— А у меня — плохая, — отозвался Дик, — вышла из строя система управления автопилотом.
— Ну, это еще не конец света, — бросил Стив, не отрывая сощуренных глаз от приборов. Дик попробовал повернуть самолет. Потом — направить его вверх, вниз, вправо или влево.
— Мы потеряли управление, — доложил он после нескольких бесплотных попыток.
— Вот теперь у нас есть проблема, — сказал Стив, — подавай сигнал бедствия. Запрашивай экстренную посадку в аэропорту Схипхол. Пусть подгонят пожарных, скорую, спасателей. Всех, кто окажется рядом. Наверняка на борту есть еще раненые, а если и нет, то после такой посадки — будут.
Радио молчало долго. Потом послышался голос, такой же спокойный, как голос Стива.
— Рейс 568, руководство посадкой беру на себя. Будем вас сажать.
И от этого спокойного голоса с явно выраженным голландским акцентом, экипажу стало немного легче.
— Поворачивайте направо.
— У нас небольшая проблема, — отозвался Стив, — мы потеряли управление. Развернуть самолет не можем. Черт, мы сейчас промахнемся и попадем в Берлин. Кто-нибудь любит сосиски с пивом?
— Не падайте духом, — отозвался незнакомый диспетчер, — я приглашаю вас на яблочный пирог с мороженым. Это гораздо вкуснее каких-то сосисок.
— Как нам к тебе вырулить? — Стив почти улыбался, почему-то близкая гибель совсем не казалась ему ни страшной, ни такой уж неминуемой.
— Самолет не реагирует на приказы автопилота, — напомнил Дик, — а если я его отключу, даже тот минимальный контроль, который у нас есть, будет потерян. Самолет завалиться на крыло, и мы не сможем выправить крен. Вообще не сможем его контролировать.
— У тебя есть другие варианты? — спросил Стив.
— Ни одного, — признался Дик.
— Тогда выключай. Это приказ.
— Да, командир.
Дик отключил автопилот. Все напряглись, ожидая немедленного апокалипсиса, но ничего не произошло. Самолет продолжал свой неровный и, практически, неуправляемый полет мимо спасительного аэропорта.
— Пробую повернуть его рулями. Ничего не получается, — доложил Дик.
— Может быть, элерон заклинило взрывом? — предположил техник.
— Выйди, посмотри, — сострил Стив. Майк нервно усмехнулся. Неестественное спокойствие командира внушало ему ужас. Сам он был как никогда близок к панике, и держался лишь потому, что видел, к чему приводит паника на борту.
— Посмотрим в кратком справочнике, что нужно делать.
Стив лихорадочно листал потрепанную «библию пилотов».
— Здесь написано: «Приложите максимум силы», — прочел он, — ладно, попробуем дернуть вдвоем, а если не получится — втроем.
— А если и втроем не получится? — попытался пошутить Майк.
— Не знаю, — отозвался Стив, — но в справочнике наверняка и об этом написано.
— Думаешь?
— Хм… Не хотелось бы проверять.
Сила не помогла. Самолет продолжал лететь прежним курсом, никак не реагируя на «вожжи».
— Включай автопилот, — распорядился Стив, оттерев лоб. Отчего-то в кабине вдруг стало жарко и душно, — я подумаю. Что пассажиры?
— Пишут завещания, — доложил Майк.
— Ну и хорошо. Все при деле.
— Ты что-то придумал? — Дик повернул к командиру заинтересованное лицо.
— Кажется, да. Используем разность тяги. Отключаем автоматическую тягу. Так… А теперь третий и четвертый двигатели…
Самолет начал медленно и нехотя поворачивать направо.
— Сбрось скорость, — скомандовал Стив, — слишком большой радиус разворота.
— Понял.
Экипаж работал слаженно, как никогда. В эти секунды они словно стали единым организмом, которому не нужны слова, как человеку не нужно вслух отдавать приказы своей руке или ноге. Нарисовав в ночном небе огромную, красивую петлю, самолет, наконец, лег на нужный курс.
Невозмутимый голландский диспетчер подавал короткие и четкие команды, направляя крыло прямо на полосу аэропорта.
Дик еще раз проверил систему управления.
— Командир, рули высоты немного слушаются.
— Отлично! Скорость 250. Закрылки!
— Закрылки 10, Скорость 225.
— Бортинженер, сброс горючего.
— Понял, делаю.
Пассажиры, наверное, здорово напугались, когда заметили, как за крыльями стелятся клубы дыма, рисуя в небе две серые дорожки.
— Пристегнитесь. Вижу взлетную полосу. Дик… Давай.
Второй пилот кивнул и от напряжения закусил губу. Такой посадки ему не приходилось совершать никогда в жизни, и он крепко надеялся, что и не придется. Если, конечно, он выживет.