С любовью, бывший (СИ)

С любовью, бывший. Алёна Снатёнкова.
Аннотация
Первое: никогда не спорьте с бывшим.
Второе: если поспорили – не смейте проигрывать.
Третье: если проиграли – бегите.
А, вообще, разберитесь сначала: почему бывший стал бывшим? Почему он считает Вас своей собственностью? И почему Вы до сих пор млеете от его прикосновений?
1. Глеб.
Посторонний шум, который раздается где-то в глубине квартиры, выводит меня из похмельного засыпа. Голова трещит так, будто пролетавший мимо дятел, заметил новенький ствол и решил полакомиться моими насекомыми. Он долбит и долбит, а я ною и ною, в сотый раз, говоря себе, что это было последнее виски в моей жизни.
Усмехаюсь от такой клятвы, а потом тянусь к бутылке с минеральной водой. Каждую неделю одно и то же. Весь этот паршивый месяц. Градус уже стал для меня милым другом. Не-е, не думайте, до алкаша мне еще далеко, во всех смыслах этого слова. Ну, от меня не воняет. Одежду на помойках не подбираю, предпочитая затариваться у старика Армани. Да и с зубами все заебись, что точно огорчает моего стоматолога.
Кстати, о зубах…
Во рту такая гадость, что на секунду кажется, что ко мне ночью пришел не только пронырливый дятел. В гостях еще и кошки были, которые не постыдились и в рот мне насрали.
Блядь…
Лучше б сдох, ей-богу.
Ох, ты ж, черт. Ночной вискарь стер из моей памяти всё бабкино воспитание. Я – Глеб Мамаев. Студент, который месяц назад вернулся на землю русскую, прожив больше года в городе тюльпанов.
Теперь Вы должны понимать, почему я от бодуна мучаюсь.
Я уехал из рая. Покинул мир похоти и порока. Мир, где шлюхи сидят в аквариумах и одним своим видом обещают через член высосать остатки мозга. И ты за этот отсос не пожалеешь отдать последнее евро. Отдельную вселенную, где на улице, вместо привычного запаха бензина и копоти, пахнет травкой. И где в порядке вещей на ключах носить брелок в виде листка марихуаны. Меня выписали из Амстердама и снова вернули на родину. В хренову столицу, которая противна одним лишь своим видом. Туда, куда переехала мартышка. Маленькая гадина, которая сначала залезла в череп, перевернув там все на хрен, добралась до трусов, настроив радар только на её запах. А потом послала меня на хер, свалила в закат, типа жизнь свою устраивать. И вот сейчас я здесь же. В её городе мечты. И одна мысль, что я дышу с ней одним кислородом, вызывает желание бежать к горшку с цветами и блевать вчерашними роллами.
Медвежьими шагами бреду на кухню, откуда и раздаются эти адские звуки, которые с самого раннего утра, ( вернее с часа дня, но это одно и тоже) насилуют мой мозг, мешая, насладиться законным выходным днем, ну, и похмельем.
– Чувак, тебе разве не говорили, что нужно заботиться о младших и не мешать им спать? – Раздраженно говорю я, увидев сидящего за барной стойкой двоюродного брата – Сергея.
Какого хрена он приперся?
Только недавно виделись, месяца даже не прошло. Он, вообще, в курсе, что я соскучиться еще не успел?
– Чувак, – в тон отвечает парень, – Ты себя в зеркале видел? Ты сейчас не на младшего похож, а на бомжа дядю Колю, который пять лет с бутылкой не расстается.
Не обращаю внимания на его скулеж, иду к холодильнику и достаю холодную минералку. Отпиваю несколько глотков, прикладываю ледяную бутылку ко лбу, и всё-таки поворачиваюсь к юмористу недоделанному.
– Серёг, вижу, ты в Москве зря время не терял. Связи вон наладить успел. Попроси своего кореша дядю Колю научить тебя нормально одеваться. Он-то знает толк в шмотках. – Уворачиваюсь, когда в меня летит чайная ложка. Грохот от её удара по стене, заставляет поморщиться. – Бля. Мозг включи, разве не видно, что я заболел?
– Ты охренел, а не заболел. – Орет он, – Почему мне мать твоя звонит и ревет, что любимый сыночек три дня на звонки не отвечает?
– Дела. В конце-то концов, все мы деловые люди.
– Глеб, перезвони ей. Тетя Кристина волнуется.
Ага. Тетя Кристина там, небось, все наманикюренные ногти сгрызла, переживая за единственного ребеночка.
Уловили сарказм?
Я старался.
Моя мать, может переживать только за свою собаку, или за лакированные, новые туфли, в которых под дождь попала. За меня – никогда. Единственное, зачем я ей могу понадобиться, это выгода. Скорее всего, Кристина Олеговна нашла мне новую «невесту».
Охрененно, правда?
Мать – сутенерша.
Так и получается. Она надеется подсунуть мой член к какой-нибудь нефтяной вышке или к банку, тут без разницы, и поиметь с этого. Главное, чтобы у всех цып, с которыми она меня пытается познакомить, был богатенький папаша, чтобы уже с ним объединить капитал.
– Непременно. – Жест среднего пальца, дает ему понять, что я ни хрена не последую его совету. – Ты бросил свою больничку, и приперся ко мне, чтобы рассказать это? Брат, ты идиот. И теперь в моей квартире воняет наивностью.
Достаю еще одну бутылку, хватаю с полки стакан. Хватит уже свиньей быть, и с горла пить.
– Нет. У меня к тебе личная просьба. – мнется как девственница в секс-шопе.
На самом деле мне плевать, какая у него может быть ко мне просьба, мне просто хочется поскорее избавиться от него, и дойти до кровати, чтобы пообжиматься с ней несколько суток. Но я, как младший брат, который самый умный, должен выслушать семейного доктора, так как, если я этого не сделаю, потом отгребу от бабули. А это единственный человек на земле, который может оторвать мне ноги, и отдавить яйца.
– Ты созрел для интимной стрижки?
– Можешь хоть на минуту побыть серьезным? Я к тебе не так часто обращаюсь. И сейчас бы не стал, так как знаю, что ты все испортишь. Но, Настя хочет провести семейный ужин. А ты единственный родственник, который живет в этом городе. Поэтому и прошу.
– Ты в курсе, какой сейчас год? Какие к черту семейные посиделки?
– Это традиция. Мы ведь собираемся пожениться. Я приду с тобой, а она будет со своей младшей сестрёнкой.
Младшая сестрёнка? Я чё похож на идиота, который будет весь вечер развлекать какую-то малолетку?
Отличная просьба, брат.
Ты мудак.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​
***
– Ты это серьезно? Я должен отдуваться, только потому, что наши «милые» родственнички не хотят поднять жопу и притащить её, на это чертово знакомство? – Козлом быть, мне не привыкать. Особенно с Сергеем. Этот парень всё детство терпел мои издевательства, а сделать ничего не мог. Я ведь младше, а младших трогать нельзя. Золотые слова, его матери. – Может, пока непоздно я смогу спастись и залечь на одно?