Первый и последний чародей (ЛП)

Девушка кивнула, и Магьер осторожно приложила мокрую ткань к ноге Странницы.
Странница поморщилась, поэтому Магьер помедлила перед тем, как приложить еще один лоскут уже к другой ноге девушки. К этому моменту ту уже трясло от боли. Магьер протянула руки, нежно обхватив ладонями лицо Странницы, приподнялась на коленях и наклонилась, чтобы коснуться лба.
— Ты сильная, — прошептала Магьер. — Очень-очень сильная, девочка моя. И никому нас больше не разлучить.
Глаза Винн стали наполняться слезами, и она постаралась нащупать кусок мыла.
Вскоре после, Странница сняла влажные полоски простыни и омыла тело. Винн помогла ей вымыть волосы над ведром. Немного воды попало на пол, но с таким импровизированным способом купания, ничего уж не поделать.
Вслед за этим, она нанесла мазь на ноги девушки и помогла ей одеться, пока Магьер, взяв мыло и опустившись на колени рядом с кувшином, отмывала себя. Когда она вымылась, Винн и ей помогла вымыть волосы. Магьер также одела кое-что из купленной одежды. Странница надела красную тунику, а Магьер темно-синюю.
Когда все было сделано, три девушки — и Тень — покинули спальню и вернулись в главную комнату.
Лисил в целом закончил, хотя и не надел новую тунику. С его волос еще капала вода, но они снова были белокурыми. На нем уже были муслиновые шальвары, которые пришлись ему в пору. Хотя он был тоньше, чем Винн помнила, его грудь и руки все еще были мускулистыми. Он позволил ей нанести мазь, прежде чем натянул через голову ярко-оранжевую тунику.
Наблюдая за ним с расстояния нескольких шагов, Магьер произнесла:
— Этот цвет тебе идет.
Как бы то ни было, трое друзей Винн были теперь чисты и, к счастью, чувствовали себя немного комфортнее. Когда Магьер подошла поближе к Лисилу, а Странница опустилась на стул рядом с ним, Винн не могла их не оценить.
К этому моменту, волосы Странницы уже высохли от теплого Суманского воздуха. Красный цвет выгодно подчеркивал смуглую кожу и зеленые глаза девушки, а ее каштановые волосы были длинными и густыми. Винн не помнила ее такой красивой.
Как бы Винн ни надеялась, что здешняя одежда поможет ее друзьям получше смешаться с толпой, это явно было не так.
Одежда хорошо сидела на стройной фигуре Магьер, но легкие шальвары и темно-синяя туника лишь делали ее еще более экзотичной. Ее бледная кожа и черные волосы, переливающиеся кроваво-красным в лучах солнечного света, в этой части света были весьма и весьма необычными. Ей придется носить плащ с самым глубоким капюшоном.
Пожалуй, плащей у них было навалом.
Не высказывая замечаний и не предлагая помощи, у окна все это время скрестив ноги сидел Бротан.
Магьер опустилась на пол перед сидящей на стуле Странницей, и девушка тут же потянулась за лежащим на столе гребнем. Она стала расчесывать влажные волосы Магьер, и от такого вида Винн с тоской вспомнила прошлое.
Когда-то она часто расчесывала и заплетала волосы Магьер. Казалось, это было так давно. Сейчас она позаботилась о себе и своих спутниках и заглянула в дальний угол комнаты.
Чейн спал, покрытый одеялом, и до сих пор никто о нем не вспоминал. И это было хорошо, но это только пока.
А еще здесь был Оша.
Он стоял у входной двери. Взгляд его глаз скользнул к Страннице, задержался там на мгновенье, а затем переместился на Винн. Она, как и Оша, быстро отвела глаза, и обнаружила, что Малец пристально за ней наблюдает. Должно быть все беспокойство было написано у нее на лице.
Они с Мальцом всегда видели друг друга насквозь, и в их сложившейся обстановке его неизбежно многое удручало:
Дочь, которая отказывалась признавать его существование.
Присутствие вампира и необходимость принятич его помощи.
Двуличный домин, намеревающийся использовать Магьер в качестве приманки.
Винн хотелось бы побыть с Мальцом наедине. Прежде чем снова повернуться к ней, Малец окинул взглядом Магьер, Лисила и Странницу, и лишь потом взглянул на Винн.
«Я рад, что ты здесь… что пришла за нами. Я не знаю, что бы случилось, если бы не ты.»
Это было на него не похоже. Он страшился и выражал благодарность, и это ее немного обеспокоило. До сих пор, казалось, что из всех четверых случившееся меньше всех затронуло Мальца. Пожалуй, прошлый месяц затронул его больше всех остальных, и она должна была это заметить.
Конечно, он снова выглядел грязным.
Винн подняла кувшин, все еще наполовину наполненный водой, переложила его в другую руку и взяла кусок мыла.
— Твоя очередь, Малец, — объявила она, выпрямившись.
Теперь пол станет по-настоящему мокрым.
* * *
Малец почти не сопротивлялся, когда на него накинулась Винн. Когда Странница встала со стула, чтобы прийти на помощь, она ясно поняла всю чудовищность происходящего.
Некоторые проявления эльфийского уважения к маджай-хи похоже навсегда останутся неизменными. Но в сложившейся на миг нормальной обстановке, или ее иллюзии, Малец знал, что Винн заподозрит неладное, если он слишком облегчит ей старания.
Странница притащила еще один кувшин с водой, чтобы его сполоснуть. Как только она наклонила его, Малец вырвался из хватки Винн и отступил назад до того, как она попыталась его схватить. Глаза Странницы широко распахнулись, как раз перед тем, как содержимое сосуда выплеснулось на колени Винн.
Странница затаила дыхание.
— Ох… ох… нет… Боже мой!
— Ему никогда не нравилось мокнуть, — с рассеянным видом проговорил Лисил.
Винн схватила Мальца, стараясь держать покрепче.
— Ты… ты паршивая дворняга!
— Ты сделал это нарочно? — спросила Странница, наивно уставившись на него. — Ты… ты… испорченный маджай-хи!
Винн фыркнула.
— Попробуй как-нибудь с щеткой угнаться за ним по качающейся палубе. И если тебе не удастся его поймать, он будет слоняться как… грязная свинья!
У Странницы отвисла челюсть от подобной непочтительности, похоже она забыла, что только что ругала его сама.
В ответ им двоим Малец просто облизал нос — что часто беспечно использовал, в качестве ответного жеста.
По правде говоря, он был рад помощи Винн. Но удовольствия от этого не получал. Он скорее чувствовал себя подавленным, не говоря уже о затаенной злобе на самого себя. Когда все потрясение от спасения сошло на нет, и он подробнее узнал о том, что случилось с Магьер, чувство собственного поражения стало тяготить его сильней, чем когда-либо. Даже когда рано утром она вышла из спальни, и он молил ее о прощении, оно не ослабло. Защитить Магьер и Лисила было его первостепенной задачей, а он их подвел.
Раньше они сражались бок о бок, даже не превосходя противника численностью или силой. Малец не раз боялся потерять одного или даже обоих. То, что он чувствовал сейчас, было гораздо хуже. Малец не предвидел поимки и не мог ее предотвратить, равно как и что-либо предпринять после того, как их заключили под стражу. Он провел целый месяц, наблюдая за страданиями Лисила и юной Странницы, а Магьер даже не видел. Но во тьме слушал ее крики…
Все, на что Малец мог надеяться — что ее страдания прекратятся, — а прекратиться они могут лишь одним способом — и прекратятся не только ради ее же блага, но и ради тех секретов, которые он хранил.
Она не должна была этого прощать, даже когда он умолял ее.
Что случилось бы, если Винн не пришла? Оборвавшимся сердцем он думал, что Лисил и Странница в конце концов тоже умрут. Он видел, что исход предрешен и лишь надеялся, что вскоре отправится вслед за ними. И спрятанные им шары никогда не найдут.
Но появилась Винн и нашла способ спасти их. И вот Малец осознал, что его одолевает иной страх по отношению к Магьер.
Некромант по имени Убад, прислужник Древнего Врага, принес в жертву по одному представителю каждой из пяти рас, что позволило Магьер появиться на свет. C кровью пяти рас, бегущей по ее венам, она могла отправиться в любые земли этого мира, не подвергаясь воздействию принятых мер абсолютной защиты. Она была зачата в том кровавом ритуале, чтобы стать приспешницей Врага… орудием в его руках.