Игла и нить
– Это глупо, я знаю, – грустно сказала она. – Я ему совсем не интересна. Просто… Как-то раз он заглянул на встречу кружка начинающих поэтов, и мы разговорились. Он мусульманин, а я христианка, и я иногда представляю нас этакими Ромео и Джульеттой, которые хотят быть вместе вопреки воле их семей. Хотя в реальности, думаю, я ему совсем не интересна.
Все это время Роуэн что-то искала в своем телефоне. Наконец оторвав глаза от экрана, она сказала:
– Похоже, он будет сегодня на вечеринке.
Глаза Мэнди округлились. Она тут же повернулась к стеллажу, схватила с полки несколько книг и принялась судорожно листать их в надежде найти то, что защитило бы ее от грядущей встречи с Каримом.
Роуэн повернулась к Эффи.
– Лоренс, значит, да? – лукаво спросила она. – Кажется, Оливия потеряла с ним свою девственность, хотя бо́льшую часть прошлого года он встречался с Ребеккой.
– Ты прям ходячее приложение для знакомств. – Эффи рассмеялась.
– У меня свой шкурный интерес.
– Я думала, ты встречаешься с тем, другим парнем, крупным таким? – Анна не могла скрыть недоумения.
Эффи закатила глаза:
– Я ни с кем не встречаюсь, Анна. – Эффи сделала ударение на слове «встречаюсь». – Я не завязываю отношений. Кроме того, целуется он так себе – слишком нетерпеливый. Причем его нетерпение распространяется и на прочие его навыки, если вы понимаете, о чем я. – Она многозначительно посмотрела вниз. – Лоренс – мой новый фаворит. Сегодня вечером я проверю, насколько хорошо целуется он.
– Ты меня вдохновляешь, – смеясь, заверила девушку Роуэн. – Кстати… э-э-э… вы с Аттисом… ну то есть вы с ним… типа вместе или как?
– Мы те, кто мы есть. – Анне показалось, что на лице Эффи мелькнула тень улыбки. – Мы не вместе. Селена ведь объяснила – иначе было бы не так интересно.
– Да, но есть Аттис, и есть все остальное человечество. Вы же понимаете, что я имею в виду? – Роуэн посмотрела на Мэнди с Анной. – У него такой взгляд… Он как будто раздевает тебя глазами… Точнее, нет, не так. Он как будто тебя уже раздел и теперь решает, что с тобой делать дальше.
– О, я знаю, что ты имеешь в виду, – кивнула Эффи.
Анна тоже знала, о каком взгляде шла речь: как будто он видел тебя насквозь; как будто он сумел разглядеть в тебе каждую разрозненную частичку, которая не стала частью целого; как будто у него были ответы на все твои вопросы, но он отказывался произносить их вслух.
– Ну а ты, выходит, запала на Питера? – Роуэн ткнула Анну локтем в бок.
– Типа того. – Анна представила себе вместо разномастных глаз Аттиса бездонные голубые глаза Питера.
Она попыталась вообразить, что бы почувствовала, если бы взгляд этих глаз был направлен на нее.
– А ты уверена, что хочешь этого? – нахмурившись, уточнила Роуэн. – Разве он не такой же, как все остальные парни? К тому же он встречается с Дарси…
– Он просто не знает, что она собой представляет на самом деле, – возразила Анна. – Вы ведь понимаете, о чем я? Эти ее улыбочки и приторный голос…
– И грудь четвертого размера, – вставила Роуэн.
– Питер не такой. Я помню, как впервые увидела его на общем собрании в школе для мальчиков. Это было года четыре назад. Мне хотелось побыстрее сесть хоть куда-нибудь и тут же раствориться в толпе, но мест оставалось не так много. Я заметила пару запасных стульев в конце одного ряда, но путь к ним преграждала небольшая компания мальчишек. Двое поднялись со своих мест, и я попыталась проскользнуть незамеченной мимо них, но остальные продолжали сидеть, и я оказалась зажатой между этими двумя группами парней. Они принялись дразнить меня, и я почувствовала себя такой униженной… Но вдруг я услышала его – голос с дальнего ряда, который приказал этим идиотам пропустить меня. Они тут же молча дали мне пройти. Я кивнула ему в знак благодарности, и он мне улыбнулся. Не уверена, сказала ли я ему хоть что-то в итоге или нет…
– И с тех пор ты мечтаешь его трахнуть, – хихикнула Эффи.
– Мне было двенадцать лет! – возмутилась Анна.
– Господь всемогущий! – Мэнди подняла глаза от большого фолианта, что держала в руках. В ее взгляде явно читалось возбуждение. – Похоже, если у нас не получится завести бойфренда, мы можем просто сотворить его при помощи заклинания.
– Что за заклинание? – спросила Эффи.
– Оно предназначено для чего-то под названием «голем». Это перевод старинного арабского заклинания. – Мэнди провела пальцем по странице, которая вся была заляпана чем-то подозрительно похожим на кровь.
– Что такое голем? – спросила Анна.
– Тут говорится, что это такой искусственный человек, созданный из горстки земли. Дальше приводится очень длинное и подробное заклинание для воскрешения его к жизни… имена силы… жар и огонь… А также вам понадобится кровь того, на кого ваш голем должен быть похож, – закончила Мэнди.
– Я слышала о них, – призналась Эффи, – но прежде не встречала заклинаний, подробно описывающих их создание.
– Что ж это получается, – сощурившись, начала Роуэн, – если мне удастся раздобыть кровь Леонардо Винсента, я смогу создать себе собственного Леонардо Винсента?
Мэнди перевернула страницу:
– Здесь написано, что его жизнь следует поддерживать свежими человеческими сердцами и кровью.
– Раздобыть их будет гораздо сложнее, – с грустью заметила Роуэн.
Снизу постучали, и Анна чуть не подпрыгнула от испуга.
– Похоже, Аттис вернулся, – пояснила Эффи.
– Погоди. Аттис что, живет здесь, с вами? – Мэнди не могла скрыть своего удивления.
– Разумеется. Где еще ему, по-твоему, жить? – ответила Эффи.
– Мы можем напоить его нашим зельем? – взмолилась Роуэн.
Эффи улыбнулась и покачала головой.
– Пойдемте, нам пора готовиться к выходу. – Она вскочила со своего места. – Захватите текилу.
Все вместе они поднялись наверх. По пути Эффи заглянула в спальню Селены, чтобы вернуть на место волшебное перо, замедляющее время. Она положила его на каминную полку. Перо воспарило в дюйме от ее поверхности и осталось висеть в воздухе. Девушки поднялись на следующий этаж и вошли в комнату с зеркальными стенами.
– Моя гардеробная, – пояснила Эффи, хотя в ее комментарии не было никакой нужды: кучи одежды на полу говорили сами за себя. – Итак, настало время преображения! – Эффи хищно улыбнулась, взяв в руки ножницы. – Мэнди, иди сюда. Мне нужно тебя подстричь.
– Что? Нет! – тут же запротестовала Мэнди. – Вам не кажется, что у моей мамы могут возникнуть вопросы, если я приеду с научной ярмарки с новой стрижкой?
– Не волнуйся ты, это специальные ножницы. Они отстригают волосы не насовсем, а на время. Волосы отрастут снова к завтрашнему дню, поверь мне. Я постоянно пользуюсь этими ножницами.