Игла и нить
– Родителям было мало дать мне просто растительное имя – они решили, что латинское научное название растения подойдет лучше всего. Я была обречена с самого рождения.
– Сорбус… то есть Роуэн, тебе повезло, что у тебя такое красивое, волшебное имя, – возразила Берти. – Говорят, первая рябина выросла на месте, в которое ударила молния.
Роуэн закатила глаза.
– Может, вернемся к проблеме вьюнка? – попросила она.
– Ну разумеется, но теперь ваша очередь. Я услышала факты, но как или почему этой бедной девушке причиняют такой вред, я пока не выяснила. И если бы кто-нибудь был так добр и объяснил мне…
Повисло неловкое молчание. Эффи хотела было что-то сказать, но передумала.
– Понимаю, – наконец сказала Берти. – Боюсь, я не чувствую себя вправе разрабатывать противоядие от чего-то столь абстрактного. Мне важно знать обстоятельства случившегося.
Анна хотела бы рассказать женщине всю правду, но тогда Берти посчитала бы себя обязанной позвонить тете и обсудить с ней этот вопрос лично – девочка не могла так рисковать. Повернувшись к Берти, она ответила:
– Вы можете вообразить себе обстоятельства, при которых кому-то взбрело бы в голову травить меня вьюнком и считать это абсолютно нормальным?
Морщинки, прорезавшиеся в уголках глаз немолодой женщины, показались Анне похожими на прожилки листа. Берти ласково улыбнулась, и они стали четче и глубже.
– Нет, моя дорогая, – наконец сказала она. – Заставлять тебя пить что-то подобное против твоей воли, на мой взгляд, отвратительно.
– Тогда, думаю, не будет ничего плохого в том, чтобы сделать для меня противоядие. Если никто меня на самом деле не травит, то оно, по всей видимости, не причинит мне вреда. А если кто-то действительно подсовывает мне вьюнок, я вновь обрету свободу воли. Вы никому не причините зла. – Анна удивилась тому, насколько спокойным был ее тон, когда она говорила о своем возможном отравлении.
Берти посмотрела на нее с такой печалью в глазах, что девочка почти готова была сдаться.
– Хорошо, моя дорогая, – капитулировала Берти. – Я не могу спорить с твоей логикой, но, Анна, если кто-то действительно тебя травит, это неправильно. И возможно, я могу помочь.
Анна почувствовала, как где-то внутри ее зарождаются слезы. Она сделала глубокий вдох и сказала:
– Вы не можете. Просто сделайте для меня противоядие. Пожалуйста.
– Хорошо, – со вздохом ответила Берти.
– Вы часто этим занимаетесь? – спросил Аттис, с аппетитом поглядывая на еще один кусок торта на подносе. – Лечите людей, я имею в виду.
– О да, – ответила Берти, положив новый кусок торта ему на тарелку. – Как член рощи травников, я практикую растительную магию всю свою жизнь.
– Кто такие травники? – поинтересовалась Анна.
– Самая большая и старая роща, практикующая магию трав.
– А что такое роща?
– Роуэн, почему эти девушки так мало знают о волшебном мире? Ты должна была их просветить! – возмутилась Берти, а затем продолжила: – Роща – это собрание ведьм-единомышленниц, которые практикуют один и тот же магический язык. Несколько ковенов могут быть объединены в рощу, впрочем она также может состоять всего из нескольких человек. Травники – дружелюбный народ, который будет рад принять в свои ряды любого пользователя магии. Раньше в роще было огромное количество участников, но теперь с каждым годом наши ряды редеют. Нынешние ведьмы – не большие поклонницы магии растений: она кажется им слишком медленной, слишком сложной. Есть много других рощ, которые также имеют дело с растениями, многие ответвления которых – простите за каламбур – больше сосредоточены на каком-то одном аспекте растительной магии. Мы же изучаем ее всю. Ой нет, чай должна наливать только я! – воскликнула вдруг Берти, напугав при этом Мэнди до полусмерти. Девушка уже взяла было чайник в руки и успела налить себе в чашку пару капель. – Из одного чайника разливать чай может только кто-то один, иначе не избежать ссоры.
– Сколько всего рощ существует тут, в Британии? – Анна была очарована волшебным миром, который только-только начинала познавать.
Являются ли наузники рощей?
– Ой, мне кажется, их сотни. Вряд ли кто-то ведет им счет, ну разве что Семерка. – При этих словах улыбка на лице Берти немного померкла. – Я до сих пор не могу поверить в случившееся…
Эффи оживилась при упоминании Семерки.
– Вы знаете, кто их убил? – жадно спросила она.
Берти поставила свою кружку с чаем на стол. При соприкосновении с его поверхностью кружка слегка дрогнула.
– Нет, – грустно ответила женщина. – Возможно, члены какой-то рощи.
– Но разве существуют рощи еще более могущественные, чем Семерка?
У Берти не было ответа на этот вопрос.
– Я не знаю, – только и могла сказать она. – Волшебный мир полон тайн и секретов.
– Но я думала, что Семерка существовала для того, чтобы защищать нас всех от зла? – удивилась Мэнди.
– Так и есть, – с улыбкой ответила Берти. – Семерка. Потомки Великой Пряхи. Хранительницы лунных песен. Старые девы. Девственницы. Как бы их ни называли, они являются рощей ведьм – главной среди всех рощ – и защитницами первых языков. Вы должны понять, что в волшебном мире не существует лидеров или какой-либо судебной системы – есть только Семь могущественных ведьм. Именно они поддерживают баланс. Этим, по-видимому, они и занимались в ту ночь. Я мало что знаю об их передвижениях или особенностях их магии, но знаю, что они проводят ежегодный ритуал защиты, чтобы оградить волшебный мир от опасности. Вот почему они были там, в центре столицы, на Биг-Бене…
– Но они были убиты в процессе этого ритуала! – воскликнула Мэнди. – Вряд ли это хороший знак.
– Нет, конечно, мои цыплятки, – согласилась Берти. – Но мы должны помнить, что они не могут быть убиты насовсем. Семерка вернется и вновь будет защищать нас от… всего, что может угрожать нашей безопасности. Кому еще торта?
– А что это может быть? Когда они вернутся? Мы могли бы с ними познакомиться? – Глаза Эффи были огромными, как две темные луны.
Берти посмотрела на свои часы:
– Вы пришли поговорить о Семерке или попросить помощи для Анны? Сестры Роуэн скоро вернутся из школы.
– Ладно. – В голосе Эффи явно слышалось раздражение.
– Тогда идемте в сад! Нам нужно приготовить отвар. – Берти вскочила с дивана с удивительной прытью.
Чтобы выйти в сад через заднюю дверь, им пришлось преодолеть полосу препятствий из составленных вместе резиновых сапог. Солнце уже почти село, темно-розовое небо было затянуто облаками. Маленькая жабка выпрыгнула на тропинку прямо перед ними.
– Розовый закат и желтобрюхая жерлянка – завтра снова будет прекрасный день. – Берти резко вдохнула воздух. – Давайте включим свет.