Игла и нить

– Вы хорошая девочка, мисс Эверделл. – Даже дыхание директора пахло мокрыми слизняками. – Надеюсь, вы не попадете в дурную компанию. Многие ученицы, на которых я возлагал огромные надежды, сбились с пути именно в вашем возрасте. Как думаете, я бы стал тем, кем являюсь, если бы сошел с рельсов? Занял бы пост директора одной из самых престижных школ Лондона? – (Анна покачала головой.) – Но если я вновь поймаю вас на чем-то подобном, то исключу вас вместо мисс Фоукс. Это понятно?
Если ее исключат, тетя узнает о произошедшем. И Анну навсегда запрут дома. Тетя замучает ее до смерти бесконечной зубрежкой комбинаций, и никто никогда не узнает о ее существовании. У нее никогда не будет шанса жить своей собственной жизнью.
– Подобное никогда не повторится, – пообещала девочка.
– Отлично. Тем не менее я не могу позволить вам остаться безнаказанной. – (Анна сцепила руки в замок и сжала их с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Пожалуйста, только не говорите тете.) – Я хочу, чтобы вы написали мне эссе на тему «Значение уважения» объемом не менее пяти тысяч слов. Я также вынужден оставить вас после уроков. Вы будете отбывать свое наказание в течение недели, начиная с понедельника. – Директор Конноти пристально посмотрел на девочку. – Поскольку это ваш первый проступок, я не буду отправлять официальное письмо вашим родителям, однако, надеюсь, вы сами честно расскажете им, почему будете вынуждены задерживаться после уроков всю следующую неделю. – С этими словами он поднялся и вернулся на свое место за столом.
– Я непременно все им расскажу. – Анна решила не уточнять, что ее родители давно умерли.
Вряд ли директору было до них хоть какое-то дело. Главное, что он не собирался ничего сообщать тете. Остальное не имело значения. Теперь ей нужно придумать какую-нибудь убедительную причину, которой она сможет оправдать свои отлучки. Правда, это было легче сказать, чем сделать. Тетя всегда все знает.
– Предлагаю вам уйти, пока я не передумал. – Конноти закинул свои короткие руки за голову и откинулся на спинку кресла.
Затем он провел рукой по своим волосам, неэлегантно прикрывающим лысину. Анна почувствовала, как на нее вновь накатывает приступ смеха. Она громко закашлялась и кинулась вон из кабинета.
– Мисс Эверделл… – Голос директора поймал ее у самой двери. – Надеюсь, что больше никогда не увижу вас в моем кабинете.
Анна кивнула и вышла за дверь. Миранда все еще тихонько плакала, ее лицо было покрыто кусочками бумажного полотенца. Анна вынула из кармана пачку бумажных платочков и протянула один девушке.
– Мне ничего от тебя не нужно, спасибо большое, – огрызнулась Миранда и оттолкнула протянутую ей руку. – Советую тебе и твоим друзьям держаться от меня подальше.
– Они мне не друзья, – возразила Анна, но Миранда ее уже не слышала, скрывшись за дверями кабинета директора Конноти.

 
Железо
Наше видение – это мир, очищенный от греха магии. Пряжа будет распущена; Око сомкнет свои веки. Чтобы достичь всего этого, мы должны выполнять свои обязанности: скрывать свою магию, защищать наши сердца от этого греха и связывать магию свободных магов. Чем нас больше, тем громче наше молчание.
Обязанности наузников. Книга наузников
Анна вспомнила хруст, с которым сломалась веточка розы.
В тот момент, когда это произошло, звук волной прокатился по ее телу. Селена отломила веточку с закрытым бутоном от тетиного розового куста. Сердечко маленькой Анны забилось от замешательства и страха – она была уверена, что Селена сделала что-то очень плохое.
– Не нужно волноваться, спичечка. – В глазах Селены блеснуло то же озорство, что Анна различила в ее голосе. – Я замету все следы. Это всего лишь игра. Твоей тети не будет дома несколько часов, так что она никогда не узнает. Вот, возьми. – С этими словами Селена протянула девочке розу.
Анна сначала не хотела ее брать, но Селена настояла. В ее руках роза не была такой страшной, а улыбка Селены была такой ободряющей…
Воспоминание не выходило у Анны из головы весь день: Селена затеяла эту игру в свой самый первый визит к ним с тетей. Тогда девочка впервые испытала на себе магию.
– Итак, – начала Селена, – на что это похоже?
– На розу, – ответила маленькая Анна.
Ей казалось, что Селена просто дразнит ее.
– Опиши ее.
– Ну… Она красная. Темно-красная. И красивая, хотя сейчас бутон и закрыт.
– А на ощупь она на что похожа?
Анна провела пальцами по бутону:
– На ощупь она похожа на вату. Нет, на тетин бархатный кардиган, но только не совсем. Кажется, она более живая…
– А пахнет чем?
Анна вдохнула запах бутона. Роза пахла розой. Понять, чем она пахла помимо этого, девочке было довольно затруднительно. И все же она попыталась.
– Пахнет чем-то сладким, как летний садик. – Анна сделала еще один вдох. – Но она также пахнет чем-то темным – как ночь, как секрет…
– А какой звук она при этом издает?
Анна озадаченно посмотрела на Селену:
– Она не издает никаких звуков.
– Ты уверена?
Анна поднесла розу к уху и прислушалась – хотя сейчас, оглядываясь назад, девочка все еще не понимала, как ей это удалось, – а затем ответила:
– Она шепчет, да? Будто внутри ее звучит несколько шепотков одновременно и они… они спрашивают о чем-то… или… я не знаю…
– А какая она на вкус?
Анна нахмурилась.
Селена оторвала внешний лепесток от бутона и откусила от него малюсенький кусочек.
– Видишь, ничего страшного в этом нет. – Она протянула лепесток Анне. – А теперь попробуй сама.
Анна хихикнула и откусила от лепестка самый краешек.
– Вполне приятный на вкус, кстати… Похоже на клубнику с зефирками, на… – Девочка не знала слов, которые бы могли точно описать вкус бутона. – На духи, на полночь, на любовь. – Она не совсем понимала, что говорит.
– Замечательно. А теперь ответь мне на следующие вопросы: какие чувства вызывает у тебя вкус розы? Как выглядит звук, который она издает? На что похож запах? Какие чувства вызывает у тебя ее образ? На что похоже ощущение от ее звука?
От подобных вопросов у семилетней Анны голова пошла кругом.
– Не отвечай вслух, – добавила Селена. – Просто сосредоточься на самих вопросах. Держи их все разом в уме, позволь им стать чем-то единым.
Анна вспомнила, как уставилась на розу, пытаясь удержать ее… ро-зо-вость внутри самой себя. А затем воскликнула:
– Я чувствую! Я все это чувствую! Что это такое?