Вихрь пламени (СИ)
- Резня? - сухо спросил Лансель.
- О! В отличие от нашего ушастого друга, я был в момент, когда мою семью ополовинили. Другую половину видел, как сажают на цепь. С тех пор, знаешь ли, в Медных горах часами может бродить эхо и не встретить ни одного живого гнома...
- Однако ж, я слышал, в горах этих одни из самых прибыльных копий Королевства, - хмыкнул Эльф.
- О да. И знаешь почему? Потому что корона получает все оттуда без особых затрат. Кажется, еще в пятом колене нашим потомках отдавать должок лунным самодержцам...
- Ты сбежал?
- Ушел. Подальше от всего, что связывало меня с... прошлым. Впрочем, оказался я... даже в худшей ситуации.
- Ты говорил, родным твоим живется лучше... - заметил Ланс.
- Ага. Через пару лет после восстания, кто был похитрее, все же смог договориться с королем, затем ему на смену пришли еще более сговорчивые и охочие до золота наместники, а точнее их сановники. Туда-сюда. В общем, вскоре на руках у некоторых наших зазвенели уже не тюремные кандалы, а золотые цепи. Часть присмиревших гномов решила, что лучше жить соглашательством. Тем более, что проще продать глубинные богатства и своих собратьев, чем отдать Подземным богам душу. В общем, иные времена наступили. Тем, кто лоялен, живется хорошо, но не тем, кто под их пятой.
- Ты был среди таких?
- Нет, я как раз мог быть среди тех, кто наживается на чужом горбу. Как раз-таки плясать на костях братьев, решившихся, что гордость дороже золотых кругляшек. Ведь та половина родни, что осталась в живых, была куда более сговорчивее со своей совестью. Батек же мой и все три брата сложили голову на кряжах. А я... я выжил. И смотрел на все это скотство некоторое время, а затем понял, что больше так не могу. Ушел жить наемничеством. Во всяком случае воевать я умел.
- Не могу сказать, что твоя история веселее моей, друг гном, - с нотами сочувствия проговорил эльф. Гном в ответ хмыкнул и сплюнул.
- Ну, Ланс, теперь твоя история.
Воин вздохнул, немного обдумывая свою будущую речь, затем выдохнул, но быстро без тяжести.
- Мой дом был в Землях Огня. Думаю, вы слышали, что они лежали на границе между Ильденом и Фатумом. Там в принципе жизнь была не сахар - сегодня сеешь, завтра хоронишь. Однако родных на войне я не потерял - батька успел увести мать и нас с братишкой в крепость лорда прежде, чем пришли мертвяки. Однако затем был голод, пришла хворь. Сиротой я стал в семь лет. Младший брат не прожил и трех годков. Поскольку к тому моменту с семьей прижились в замке, после смерти всех родных без особого выбора прибился к местным воинам, они сделали из меня сына своей дружины, как и прочую ребятню. Учили нас махать железками, вином баловали, даже к бабам пару раз водили... Хотя мне еще рановато это все было. Мда... А затем был неудачный поход, почти всех моих армейских "отцов" перебили вместе с лордом. Меня же за малолетство оставили на хозяйстве, не взяли тогда в бой... У лорда осталась только леди, детей не было. В общем, после всяких там дворовых интриг старую деву отправили в монастырь, а крепость перешла к другому лорду. А я подался в разведчики - их отряд зашел на некоторое время на постой. Им я приглянулся за свою ловкость и прозорливость. После пары лет обучения попал я во всем нам известный лес...
- Да уж, малец, я бы лучше три войны за Медные горы прошел, чем еще раз сунулся в эти треклятые дебри.
- Ну а дальше вы немного знаете, я говорил вам по мелочи. Вернулся в дружину одного из лордов, тянул лямку в Землях Огня, затем поход кесаря, его предательство...
- Тише ты, - вдруг шикнул гном. - Я все равно еще надеюсь выбраться отсюдава. А за такие речи точно на шибеницу дорога и дело с концом.
- Ай, да иди ты в задницу, - отмахнулся Лансель.
Все узники ямы умолкли. Пока они отвлеченно болтали, небо стало постепенно светлеть, звезды потускнели - приближалось утро.
Вдруг над проемом ямы возникла большая голова с густой бородой.
- Ну что, сидельцы? Как дела? - задорно спросила она.
Лансель прищурился, пытаясь точно убедиться в том, что видел. Смотрел на них не кто иной как... Ухай.
- Ничего себе, какие люди, - хлопнув в ладоши, захихикал гном. - Я уж думал, такие сюда не подходят даже помочиться.
- Не дерзи, гноме. Дела государственные отвлекали, не до вас было, - хмыкнул Ухай.
- Мне приятнее думалось, что ты погиб в сражении, - честно признался Лансель. Неформальный глава ни разу не навестил их после их задержания. Словно и не было его особо доверенных бойцов. На допросе по результатам разведки поприсутствовал, а затем пропал.
- Ой, да хватит хныкать, бабоньки, - скривился Ухай. - Вы проштрафились, и уже взрослые девочки давно, чтоб я вам слюни вытирал. Чего мне к сидельцам без толку ходить? Радовать своей рожей что ли? На вот, ловите, хлебните, - сказал здоровяк и скинул вниз мех.
Первым его подобрал гном, тут же шикнув на оживившихся соседей наемников, сделал глоток, утробно заурчал, передал Лансу. Тот приложился губами и от неожиданно аромата ему в первый момент стало дурно - он ожидал обычной воды, но оказалось, что это хмельной мёд. Однако рот тут же наполнился слюнями, и в следующий миг он жадно присосался. Кажется, когда ему все же удалось оторваться, и неловкими руками передать мех Элайдже, то он уже был пьян. На пустой желудок хмельное било в голову покрепче молота. Эльф выпил немного и передал другим сидельцам, не смотря на протесты гнома.
- Сжалься, воин Медных гор, - сурово сказал Элайджа. - Всем нам не просто.
- Спасибо тебе, кншн, добрый человек, - пробормотал заплетающимся языком гном. - Но чем обязан-ны... т-такой щедрости?
- Уже опьянел что ль, собака? Ах... я забыл - вот, держите, - Ухай сбросил кулек. Гном поднял его, сунул руку внутрь и раздал теперь уже всем по ломтю хлеба, смазанного салом. Лансу показалось, что ничего прекраснее и вкуснее он не ел никогда. Голову закружило, захотелось улыбаться без причины. Эйфория...