Во власти огня (СИ)
Останавливаться было нельзя - Лансель поскакал в сторону деревни, действительно показавшейся из-за небольшого, поросшего мелким кустарником холма. Подняв над собой щит, Лансель ожидал стрел, но отчего-то никто его не встретил. И в деревне Лансель уже понял почему - разбойники слишком уж были заняты сельчанками, растлеваемыми прямо в центре деревни у колодца... Кроме одного, правда. С длинным луком в руках он должен был стоять на стрёме у входа в селение и предупреждать об опасности. Однако вместо этого он с удовольствием смотрел на происходящее перед ним действо и посмеивался. А когда сзади него раздался стук копыт, то он расслабленно повернулся в сторону всадника и проговорил что-то фамильярным тоном на совершенно непонятном наречии. Однако каково же было его удивление, когда в ответ ему прилетело лезвие меча, раскроившего голову на две части.
- Спрыгивай! - крикнул Лансель девочке, а сам уже направил коня на другого ближайшего разбойника. Тот еще не успел оценить ситуацию и даже как-то отреагировать - только повернул голову, тут же слетевшую с плеч.
Следующий без штанов и с визгами бросился в сторону, но ему в затылок Лансель бросил свой щит, сбившей насильника с ног. Третьего лягнул конь Ланселя, выбив из него дух вместе с жизнью. Четвертый враг все же успел схватиться за меч и даже сделал несколько неудобных для Ланселя выпадов, но конь всадника резко мотнул головой и мощной шеей сбил противника с ног. Пятый решил не рисковать и, вскочив на коня, помчался прочь из деревни. Лансель кинулся в погоню и удача не оставила его здесь - конь врага споткнулся об распростертое в пыли тело и с диким ржанием повалился в перед, отправляя своего седока в полный ужаса полет через гриву. Хруст сломанной шеи Лансель расслышал даже метрах в десяти.
Резко развернувшись, воин поскакал в сторону поднимавшегося на ноги оглушенного враг. Спрыгнув с лошади, Лансель отбил неуклюжий выпад, пнул противника под колено и вонзил ему свой меч в горло. Одно вытащить его не успел, будучи вынужденным отскочить в сторону от молодецкого размаха еще одного разбойника. Но тут снова выручил конь - он попытался лягнуть негодяя, однако промазал. Но дал время Ланселю вытащить кинжал и подскочить с боку отвлеченного врага. Когда тот попытался развернуться, Лансель перехватил его руку с мечом и вонзил кинжал тому под мышку. Разбойник тут же зашелся в диком вопле, однако в следующий миг Лансель сломал ему шею, и враг замолк, свалившись на землю. Бой был окончен.
Рядом с мертвыми телами плакали девушки. Они были так потрясены всем произошедшем, что рыдали в своих разорванных одеждах прямо среди трупов.
- Все? Больше никого? - зычно окрикнул девушек Лансель, все еще держа меч наготове.
Несчастные сельчанки только в ужасе отпрянули.
- Я спрашиваю все?
- Все, милсдарь, все! - запричитал старичок, едва протиснувшийся из двери одного из домов. Он не стоял, а скорее лежал на пороге.
Убирая клинок в ножны, Лансель подошел к старику, раскрыл дверь пошире, помог ему подняться. У того был рассечен лоб и под глазами набухли знатные синяки.
- Староста? - строго спросил воин.
- Так есть, милсдарь. Староста...
- Я не сударь и уж тем более не милый. Больше не было никого из этой шайки?
- Никого, мил... Никого, спаситель вы наш! - старик плюхнулся на колени и попытался поцеловать сапог воина, но тут в ужасе отпрянул.
- Не смей! Ты чего? - воскликнул он.
- Так это ж, как оно... Думал уже все, пропали бабы, все пропали... Но только некоторых обесчестили окаянные, только некоторых! - сидя на коленях запричитал староста. - А тут явились вы, словно из сказки, и всех порубали негодяев! Эй, бабка, уйми дур. Хватит им кудахкать. Пусть лучше к свиньям трупы отволокут. Всяко дела больше будет. И прикажи для спасителя нашего стряпни заделать!
- Да я как-то не собирался, - принялся отнекиваться Лансель, но тут же ощутил, как голод стянул живот. Так... ел он последний раз в таверне.
- Нет, добрый человек. Не обижай нас. Мы хоть и не богаты, но не можем оставить тебя без обеда.
Про себя Лансель усмехнулся. Старый скряга, за спасение решил отделаться стряпней... Но да ладно, брать ничего больше Лансель не подумает.
- А еще дадим в дорогу припасов. И вина! Мой сын работает у лорда на виноградниках... В общем, проходите, отведайте. Эй, бабка, за конем прикажи посмотреть. А вы, милсдарь, проходите. Не стесняйтесь. Хибарка-то уже того, покосилася, но ничего, вы только это, голову пригибайте. Вы же из полуэльфов? Таки для вас потолки низковаты...
***
Поел Лансель на славу. И похлебки с лапшой и галушками, и вяленого мяса с салом и даже головкой сыра, ломтем свежего хлеба да с луком и жаренными кабачками. Такого и в таверне-то не поешь... А вино! Рубиновое сладкое оказалось просто превосходным. Особенно под еду и болтовню старосты, который без умолку вещал о происходящем в округе.
По словам старика, в последний месяц тревожно стало. Конечно, когда разошлась весть о войне короля Айрона с непокорными лордами у всех на душе неспокойно сделалось, но это скорее больше ощущения. О реальных пугающих вещах стали говорить, когда люди начали пропадать на дорогах, поруганные девки, а точнее их охладевшие тела, находиться в лесах. Несколько деревень вообще сгорело вместе с жителями, отчего-то собравшимися в одном из домов или церкви. И все чаще люд стал говорить о лихих разбойниках, целыми шайками разъезжающих по всем Зеленым Лугам. И чаще всего в рассказах звучит, что одеты эти товарищи в серое, да коричневое тряпье. Да только не старое и заношенное, как обычно полагается всякого рода искателям удачи носить, а чистое и из хорошего сукна. Помимо прочего стали стражники дружин местных лордов шалить. Норовят то выдуманные пошлины брать, то еще чего-то. Раньше все дороги Зеленых Лугов были запружены повозками торгового люда, а теперь такие редко встречаются и чаще всего с вооруженной до зубов охраной.
- Так вот как оно, милсдарь... В общем, при таких делах нет никому дела до народа простого... - закончил свой рассказ староста, когда наевшийся от пуза Лансель отвалился от стола и прислонил спину к грубой бревенчатой стене. Признаться, все рассказанное стариком уже было и так известно ему, поэтому ничего значительно нового не услышал. Да и не ожидал. По заискивающему взгляду старосты Лансель давно догадался, что ему что-то было нужно от него.