Лютый (СИ)

У них была тяжелая, пугающая энергетика… даже если ни разу я не видела, чтобы они кого-то обижали или просто смотрели излишне грозно и пристально. Стоило им только где-то появиться, как остальные Беры просто расступались в разные стороны, замолкая и напрягаясь. Все, кроме Белых…. Казалось, что между этими двумя родами есть какое-то особое напряжение и давние обиды, которые мужчины сдерживали в себе, пытаясь ужиться в этом большом шумном месте.
Странно их было видеть здесь в принципе, словно они перепутали двери и города, даже если Кадьяки прилежно учились и всегда были готовы, хоть и отвечали всегда явно с неохотой — отрешенно и холодно.
Зато именно Кадьяков больше всего любил Сумрак, каждый день таская их с собой на тренировки….я никогда не была на тренировочной площадке, кроме того дня с нелепой битвой за меня, но всегда видела, какими уставшими и побитыми возвращаются с нее Гризли и Бурые, когда на Кадьяках даже царапин не появлялось….очевидно они были просто по дикому сильны. И, судя по габаритам, противостоять им могли разве что род Белых.
— Как говорил дедушка Лютого — Беры, как стихии. Бурые — это земля. Они спокойные и добродушные. Стараются обходить острые углы и не терпят жестокости. Гризли — воздух. Любят покричать и пошуметь, импульсивные и резкие, но при этом не злобные. Они быстро прощают и быстро забывают обиды.
Полярные — это лед. Холодные и жестокие в силу своей жизни в морозных условиях. А Кадьяки — огонь…они все сжигают на своем пути, не задумываясь и не жалея. Огонь в их крови, он правит зверем каждого из Кадьяков.
Мия тяжело, но сдержанно выдохнула, пока я заворожено слушала ее, с чувством огромной вины, потому что иногда совершенно искренне завидовала тому, как много эта милая и мелкая девушка знает о них, рассказывая все мне без утайки.
— …ты и дедушку Лютого знаешь?
Мия улыбнулась, замотав головой:
— Нет. Он умер. Но очень хотела бы пообщаться! Свирепый рассказывал, что он был очень интересным Бером, а судя по словам, которые запомнил даже Лютый, еще и очень мудрым. И все-таки это было удивительно как много Мия знала о них и как спокойно к относилась!
— Мия, а ты давно узнала про Берсерков?…
— Полгода назад, когда впервые их увидела.
Я бы сказала, что она знала их с детства, судя по тому, что совершенно не боялась, и вообще складывалось такое ощущение, что она всю осознанную жизнь провела с ними, не иначе.
— А как их увидела? Разве они не должны были убить тебя по их жутким законам?…
Признаюсь честно, что не могла удержать дрожи каждый раз, когда слышала что- нибудь новое из раздела «законов жизни Беров», потому что они были просто чудовищными! До гуманизма и демократии Берам еще было лет как 500 развиваться и то при условии какого-нибудь бунта или медвежьей революции! И только род Бурых был не в счет.
— Должны были, и Лютый собирался это сделать, а я смирилась, — почему-то заулыбалась Мия, отчего хотелось быстро поморгать и так же быстро покрутить пальцем у виска, — но Север был серьезно ранен и поэтому расправу надо мной решили временно отложить до момента его выздоровления. Почти месяц Север был без сознания. А когда очнулся, то… — Мия явно покраснела и как-то смущенно хохотнула, — вобщем, как только он очнулся, то заявил, что я принадлежу ему, и меня никто не тронет.
— Он успел влюбиться, пока был без сознания? — я даже приподняла голову, чтобы посмотреть в сияющие глаза Мии, чтобы определить правильно ли я все поняла, видя, как подруга улыбнулась шире, прозрачно краснея и кивая головкой:
— Да. Он был парализован ядом Кадьяков, чудом оставшись в живых. Все слышал и чувствовал, но был полностью обездвижен. Тетушка Зои смогла вылечить Севера, и как только он встал на ноги, для меня началась новая жизнь…
— И тебя тоже не спрашивали, хочешь ты этого или нет?…
Глядя на пару Мии и Севера, меньше всего верилось, что у них могли быть какие-либо трудности в быте или общении. Они были просто идеальной парой, где Север был невообразимо сильный, огромный, сдержанный и до безумия влюбленный, а Мия хрупкой, маленькой и нежной, обожающей своего свирепого медведя, которого все уважали и явно побаивались.
— Нет, не спрашивали, — отчего-то очаровательно заулыбалась Мия, словно была этим довольна, — первыми словами Севера, когда он встал с кровати стали: «Она моя!»…
— Очень в духе Беров видимо, — сухо пробормотала я, вдруг подумав, что ничего подобного напрямую Лютый мне не говорил, если не считать той единственной попытки разговора, который случился сразу после бойни с настоящими мишками в лесу, — иу вас сразу все стало хорошо?…
Не то, чтобы я на самом деле стала воспринимать Лютого своим навязанным избранником…вовсе нет. Я все-таки была свободным человеком, плюс ко всему помолвленной девушкой, даже если уже без кольца…просто с каждый прожитым днем становилось все труднее и труднее думать о ком-либо еще, кроме него. И это было совсем не хорошо в сложившейся ситуации, когда я прямо давала понять, что не собираюсь подчиняться каким-то средневековым животным законам, даже если жила среди мифических оживших существ.
— Конечно нет! — фыркнула Мия, чуть дернув хрупким плечиком, — я была в шоке от его поведения, а уж после метки вообще было желание сбежать….но, — девушка улыбнулась широко и очаровательно, — просто невозможно устоять против этого нечеловеческого обаяния Беров! Я сама не заметила, как влюбилась в Севера, и привязалась к нему.
Да уж! Едва ли можно было устоять перед мужчиной, который выглядел, как ожившая идеальная кукла Кен с его невероятным клыкастым обаянием и этой безумной заботой, когда он таскал Мию на руках практически постоянно, пока она не начинала недовольно бурчать и фыркать, что ее ноги скоро атрофируются и отпадут за ненадобностью. В такого огромного, заботливого и осторожного, как Север трудно в принципе не влюбиться….
А вот в Лютого…этого морозного, надменного, отрешенного, бесчувственного…но чертовски сексуального и такого харизматичного засранца…разве его можно полюбить?!
Неееееет
….По такому сразу можно сойти с ума!
Лишь бы только этого не произошло со мной. И страшно было слышать едкое подхихикивание внутреннего голосочка, который нагло ухмылялся и дергал своими бровками.
Я поздно поняла, что протяжно и тяжело выдохнула, когда услышала мягкий голос Мии, что изогнулась в моих руках, чтобы запрокинуть свою темную головку, заглядывая в мои глаза, как всегда так искренне и по доброму, прошептав:
— Лютый не настолько плохой и замкнутый, как может показаться на первый взгляд…да, он не слишком любит людей как таковых и особенно. блондинок, но…
На мой удивленный взгляд и изогнутую бровь Мия сконфуженно улыбнулась.
— Это что еще за медвежий шовинизм?
Я не заметила, как стала тоже фыркать, как это часто делали Беры и Мия, грустно усмехнувшись, не в силах признаться вслух, что едва ли можно не мечтать о таком же заботливом и сладком муже, как Север….когда все твои мысли покрыты льдом и бирюзой взгляда Лютого. И вообще! Чем это ему не угодили именно блондинки?'!…
— Шовинизм тут не при чем…просто у него есть свои причины быть таким, — так же тихо добавила Мия, словно сомневалась, стоит ли мне об этом рассказывать, но видя, как я встрепенулась и жадно впилась в нее своими глазами, улыбнулась мягко и тепло. И мне было не стыдно оттого, что эта милая и искренняя девушка увидит и поймет, как болезненно меня интересует этот морозный тип и все, что только было связано с ним. Я доверяла ей, как никому другому, где-то нутром понимая и веря, что она не предаст…а еще отчетливо понимая, что Мия пытается делать все, что было в ее силах, чтобы помочь мне понять Лютого…а ему — привыкнуть ко мне.
-..Я понимаю, что все это должен рассказывать тебе сам Лютый, — отрывисто выдохнула Мия, чуть поморщившись, и осторожно улыбнувшись, — но проблема в том, что я слишком хорошо знаю его, чтобы понять одну простую вещь — пока он решится сделать это, может быть уже слишком поздно.