Варщик 2 (СИ)
Слухи оказались правдой. Дуба таскал к Хану людей. В основном девчонок. Цеплял в клубе, подкармливал, развлекался, а под утро отводил в бункер. Там он ни с кем там не встречался. Приводил девчонку, а спустя время получал конверт с кредитами. Это всё, что он знал.
— Хан убьёт меня, а после и тебя!
— Говори! — я схватил Дубу за плечо впился пальцами. — Где этот бункер?
— Идиот…, - Дуба сжал зубы и заскулил от боли. — Ты хоть понимаешь с кем…?
Материя передала в плечо энергию. Кисть сжалась, будто манипулятор. В плече что-то хрустнуло. Дуба хотел взреветь, но я заткнул его, сдавив горло.
— Где. Этот. Бункер?
Дуба сказал. Ничем другим разговор и не мог закончиться. Из того, что валялось в карманах, я состряпал порошок для запуска материи и сунул Дубе в рот. Спустя пять минут он мог нормально дышать. Вертел головой и, опираясь о спинку стула, поднялся.
— Чего тебе ещё?! — обиженно спросил он.
— Помолчи!
Из коморки я не спешил уходить. Взял время, чтобы подумать. Прокручивал в голове варианты. Если появятся вопросы, лучше задать их сейчас. Второй раз встречаться с Дубой я не собирался.
Итак, я знаю, где живёт Хан. Мог установить слежку и посмотреть, кто забирает людей из бункера. Куда их ведут, и что с ними делают. Впрочем, большая часть картинки прояснилась. Также, как я переместился в тело Сайлока, новый алхимик из моего мира переместит человека в тело в бункере. Тела служат инкубаторами или приёмниками. Их координаты постоянны. Вот почему, я использовал в своих рецептах одни и те же места.
Оставался вопрос. Почему Хан использует тела из моего мира, а не тела своих? Ответ плюс-минус лежал на поверхности. В нас было то, чего не было в них. Док обмолвился, что моя материя прошла через мембрану преломления… Возможно, именно это Хан и использовал.
Отбросив дурацкую идею заявиться к бункеру прямо сейчас, я поднялся. Иметь дела с Ханом, не достигнув стадии познания — глупо. Впрочем, до неё ещё слишком далеко….
Я направился к двери, но прежде заметил мелькнувшую в окне тень. Материя опустила меня на пол. Подогнулись колени, и я рухнул рядом с порогом. Тишину разорвал автоматный залп. Осыпалось окно. В свете вспышки от автоматной очереди я разглядел парня.
Очередь расчертила стену на две части. Я словил две пули — в плечо и икру. Откатился в коридор, подобрал увесистую бутылку с остатками жидкости и прицельно кинул, высунувшись из укрытия.
Осколки, кровь и брызги недопитого из бутылки смешались в общем конфетти. Стрелок вскинул руки и упал на спину. Я было ломанулся к окну, но оттуда выглянули ещё два ствола.
Дубу, который забился в угол, не трогали. Стреляли в меня. Зажали крючки, удобряя траву добротным слоем гильз. Стенки из прогнивших кирпичей трещали и осыпались. Я сидел за одной из них и время от времени чувствовал, как потерявшие убойную силу пули тюкаются мне в спину.
Залп прекратился. Материя мигом избавила меня от звона в ушах и подключила восприятие, но не в полную силу. Энергия расходовалась на заживление ран. В последнее время я сильно продвинулся в восстановлении. Вторичная характеристика набрала аж восемь связей. Если бы общая структура успела восстановиться, материя залатала бы раны от обычного огнестрела за пару минут, а так — времени уйдёт больше.
— Молодец же, сучка!
— Что?! — я повернулся к хохочущему в углу Дубе.
— Молодец, сучка, говорю! Догадалась в клуб вернуться и друзьям рассказать! Нужно было мозгами думать, придурок! Живым тебе отсюда не уйти!
Послышались шаги у входной двери. Я упёрся ногой в туалетный столик, что стоял в коридоре и пнул. Мебель грохнулась о дальнюю стену и в следующий миг рассыпалась под натиском автоматной очереди. Двойной залп ударил в комнате. Контуженный Дуба ржал во всю глотку, а его дружки палили с обеих сторон. Никто из них не решался выйти в прямую зону видимости, но то было лишь вопросом времени.
Раны подождут. Избавиться от двух кровоточащих дырок — хорошо, но не самое важное. Если промедлить, то их станет на порядок больше. А вот сколько моё тело сможет выдержать? Проверять не хотелось.
Материя оставила часть энергии, чтобы обезболить раны, а остальное направила на повышении восприятия. Чувства обострились. Я повертел головой, прислушиваясь к стенам. Враги шумели, попусту болтали и побаивались, но их было больше. Намного больше. Если восприятие меня не подвело, то заброшку окружили двенадцать человек…
Глава 2. На площадке
Они поджимают. Слышу шаги у окна и шелест мусора возле двери. Боятся, но мало-помалу приближаются, держа наготове оружие. В комнате раздаётся грохот. Кажется, кто-то решился войти. Я выглядываю, но возле окна никого. Проходит миг, и я понимают, что слышал грохот предмета. Поднимаю глаза на Дубу.
Засранец лыбится и целится из пистолета. Напрягаются мышцы на предплечье, указательный палец тянет спусковой крючок…
Уже во второй раз корю себя за то, что выбрал ожидания вместо действия. Терпение — штука полезная. Усидчивость и выдержка иногда приносят плоды, но не сейчас. Когда ты один в замкнутом помещении, а вокруг снуют бандиты, нужно действовать. Они хоть и боятся, но желание доказать друг другу, что у них есть яйца, толкает на смелые поступки.
Положение не завидное. Я точно выдержу пять-шесть выстрелов, может больше. Но хорошо бы оставить резерв организма на главное сражение. А теперь… Из-за пустого ожидания истрачу резерв на Дубу, которого по-хорошему нужно было грохнуть ещё пару минут назад.
Улыбаешься? Ну улыбайся-улыбайся… Больше не сможешь…
Толкаюсь и мчусь к нему рысью. Выставленные ладони формируют энергетический блок. Невидимая субстанция приглушает звуки выстрелов и замедляет пули. Я насчитал три выстрела и принял их грудью, а в следующее мгновение вбил Дубу в стену. Сломал кисть, вырвал пистолет и дважды ударил в лицо. Первый удар смял нос, рассёк губу и выбил передние зубы. Второй — сильнее. Удар, от которого треснул череп. Удар, после которого ни одна девчонка не уйдёт с Дубой из клуба. Если он выживет, то его материи придётся сильно постараться, чтобы привести лицо в порядок. Хотя, о чём это я? Он не выживет…
Перекидываю пистолет в правую руку, подставляю снизу к горлу и спускаю курок. Мозги Дубы кровавым фонтанчиком вываливаются на стену. Хватаю его за шкирку и разворачиваю к окну. Спустя миг его тело сотрясается от автоматной очереди, а после сотрясается втройне сильнее. В окне торчат три стрелка.
Возвращаюсь в коридор. Сую пистолет мёртвому Дубе под мышку и интуитивно прикидываю, куда должен смотреть ствол, чтобы попасть. Стреляю. Кирпичная пыльца разлетается ниже подоконника. Смещаюсь левее, стреляю ещё раз. Пуля попадает в плечо стрелку, что стоит посредине.
Два выстрела позволили более или менее точно определить координаты цели по вертикали и горизонтали. Стрелять из-под мышки мертвеца, когда в тебя ежесекундно летят десятки пуль — непросто. Но то, что непросто для обычного человека, легче для одарённого. Замираю у края стены, жму спуск. Прячусь за стеной в коридоре, но прежде вижу, как голова правого откидывается, выбрасывая в темноту кровавые брызги.
Не останавливаясь, я разворачиваюсь и швыряю изрешеченное тело Дубы по коридору. Рвущееся из ствола пламя освещает дом. На этот раз я вскидываю пистолет и бью прицельно. Парнишка без материи получает три пули в грудь и сползает в кучу мусора. Выскакиваю в излом коридора и жму на курок быстрее, чем тот, что выглядывает из входной двери. Две вспышки, блеск подброшенных в воздух гильз, бордовые тучки возле шеи и щеки. Пацан сползает на дверной порог и мешает войти другим. Они палят без разбора в стену и пятятся.
Теперь я могу позволить себе передышку. Отбил штурм и перехватил инициативу. Поселил во врагах страх, показал на примере, что будет с теми, кто сунется в дом. Отдаю себя в руки материи и сползаю по стене. Ран много, не сразу и сосчитаешь. Пять сквозных, ещё четыре застряли в ребре, тазу, бедре и плече. Много царапин по касательной но я их не считаю, как не считаю и неглубокие раны от пуль, которые задержал энергетический щит.