На краю миров (ЛП)
Она подала ему ключ и расписание, которые он побыстрее запихнул под тунику и убрал руки обратно в карманы. Секретарь напомнила, что комнаты Кантора и Бриджера расположены в восточном крыле Мура. А апартаменты Биксби и Тотоби-Родолов в западном крыле того же здания.
— А разве Бриджеру ключ не полагается? — спросил Кантор.
— Перевоплощающиеся драконы, в большинстве своем, способны превратить палец в любой ключ. Этот навык они приобретают в совсем раннем возрасте. — Пенни Ландер улыбнулась Бриджеру. Тот согласно кивнул в ответ.
Узнав как добраться до их жилья, парочка вышла.
Кантор шел по многочисленным ступенькам. Его радовало, что они уже на улице, и ему удалось избежать тлетворного влияния столь ненавистных письменных принадлежностей и иже с ними, но в то же время огорчало, что так и не удалось тщательно изучить живопись.
— А это не заняло много времени, — на улице было шумно, поэтому Кантор боялся, что Бриджер не услышит слов. — Думаю Пенни Ландер хотела побыстрее покончить с делами и уйти домой.
Бриджер согласился.
— И она довольно серьезно отнеслась к твоему вопросу об Ахме.
— Это да.
— Но… — Бриджер оборвал мысль.
— Но что? — вслух спросил Кантор.
— Думаю Феймар найдет ее быстрей.
— Это еще почему?
Дракон снова переключился на мысленный разговор. Похоже он не хотел, чтобы кто-нибудь подслушал их беседу.
— Потому что он не такой как мы. В отличие от нас он не привязан к одному миру, одной системе плоскостей или одной вселенной. Он даже существует вне времени.
— Так вот почему ему удалось доставить нас к зданию совета на пять минут раньше последнего раза, когда я на часы смотрел?
— Именно.
— Что же он тогда такое?
— Воин Примена.
Кантор шел, не останавливаясь, но его сознание уже не замечало ни улиц, ни множества людей, ни шума, ни запахов еды, которую готовили в сотнях кухонь по соседству. Слова Бриджера пошатнули его мир.
Воины Примена упоминались в Книгах Преданий, выше и важнее которых были лишь заповеди, данные самим Применом. Одни люди верили, что все написанное в этих книгах правда; по мнению других — это всего лишь легенды, о событиях, которые может происходили, а может и нет. В Книгах Преданий воинов Примена называли посланниками самого Примена. Они передавали простым людям его напутствия, защищали, всячески помогали, а также временно даровали им способности, чтобы противостоять врагам. Однако активность чудесных гонцов постепенно снижалась и сошла на нет в то же время, когда перестал существовать и Чомонтин, великий волшебник Примена.
— Эй, смотри куда прешь!
Бриджер оттолкнул Кантора как раз вовремя. Тяжеленная тележка с грохотом ударилась о бордюр.
Кантор упал, чье-то тело придавило его сверху. Тележка, доверху нагруженная кабачками и арбузами, накренилась, и плоды с оглушительным стуком загрохотали по мостовой. Кантор умудрился вовремя прикрыть голову руками — здоровенный арбуз больно ударил его и разбился, сок заструился по щекам.
Где-то сверху загрохотал Бриджер:
— Не вздумайте воровать, лучше помогите человеку собрать то, что еще можно спасти!
Кто-то снял человека, лежавшего на нем, Кантор поднялся на локтях. Разбитый арбуз свалился с головы и плюхнулся на тротуар.
Дракон прорычал:
— А ну, верните все обратно в тележку, я сказал! Вы не настолько бедны, чтобы воровать еду!
А Кантор встал на четвереньки.
— Поставьте меня, — жалобно попросил кто-то.
Кантор наконец-то встал.
— Бриджер, ты до сих пор держишь этого мужчину в лапе.
Только теперь дракон обратил внимание на извивающегося пленника.
— Ой, простите, совсем о вас забыл, — он опустил человека и продолжил приставать к прохожим. — Тут еще много целых фруктов!
Мужчина сел на тротуар, обхватив голову руками. Кантор подошел к нему:
— Сэр, вы в порядке?
Он поднял голову и, увидев, кто с ним говорит, занервничал, вскочил на ноги и постоянно запинаясь, затрещал. Голос его дрожал:
— Я в порядке, а вы? Если бы не ваш констант, моя тележка придавила бы вас. Повозка с металлоломом вон того негодяя перевернула мою тележку, а тот бровью не повел и даже не остановился. — Мужчина схватил Кантора за рукав. Он еще не отошел от шока. — Вы точно целы?
— Да, да, не переживайте так.
Торговец заломил руки:
— Вы же не станете жаловаться на меня, сэр? Я никогда не делал ничего, что могло бы оскорбить ходока.
Кантор внимательно его оглядел. Бедняга был не то, чтобы испуган. Его обуял дикий ужас.
Кантор покачал головой:
— Нет, нет, по такому случаю не за чем составлять жалобу.
— О, спасибо, спасибо вам! Мой прилавок находится на рынке Блинесс Вэй, — с этими словами он указал рукой на свою тележку, борт которой украшала ярко-оранжевая надпись, подведенная зеленым «Рынок Блинесс Вэй». — Если окажетесь поблизости и пожелаете освежиться, я с радостью выберу для вас самые лучшие фрукты. В любое время, сэр, в любое время. Я друг ходокам, настоящий друг.
— Да, уверен так и есть.
Под чутким руководством Бриджера уличные мальчишки собрали разлетевшиеся куски фруктов. Лопнувшие плоды он позволил забрать домой. Проходившим мимо людям и драконам, все же, приходилось преодолевать липкие лужи, но в основном тротуар уже был чист.
Мужчина с тележкой поспешил как можно скорее убраться с места происшествия. До Кантора долетел его облегченный вздох, когда тот оказался в потоке людей.
— Как странно, Бриджер. — Кантор все еще смотрел в спину стремительно удалявшемуся торговцу.
— Что именно?
К этому моменту бурный человеческий водоворот проглотил спешащего мужчину.
Кантор повернулся к другу:
— Этот торговец был в неописуемом ужасе, потому что признал в нас ходоков.
Бриджер внимательно изучил свои липкие лапы.
— Мне нужно в ванную. Да и тебе тоже.
Кантор рассмеялся. Арбузный сок стекал по его волосам за шиворот и по всей спине.
— А ты прав!
Они двинулись дальше.
На ходу Кантор по-дружески ударил дракона кулаком по лапе:
— Спасибо, что спас мне жизнь.
— О, не думаю, что спас твою жизнь. Хотя, благодаря моим действиям ты не стал на всю жизнь безногим инвалидом. Ну или если удар пришелся бы в область грудной клетки, то тебе переломало бы ребра и, скорее всего, руки. Да даже и со сломанной спиной, ты, как и большинство людей, выжил бы. Правда о карьере ходока можно было бы позабыть навечно.
— Ну, знаешь, сначала я собирался сказать еще, что ты прекрасно организовал людей и сделал все, чтобы никто ничего не украл, но, пожалуй, воздержусь. А то ты опять закидаешь меня витиеватыми мыслями.
— А тебе знакома песнь о вьющейся розе?
— Кажется ты ее уже пел прошлой ночью.
— Скорее всего, да. Знаешь, нам стоит разложить ее на голоса. Например, я возьму басовую, а ты можешь спеть партию тенора. Или наоборот. Хотя, честно говоря, я устаю от пения фальцетом, да и звучит это, мягко говоря, не очень.
— Бриджер, думаю, это Мур.
Бриджер оглядел белое длинное здание и кивнул:
— А, да, дом. Как минимум на несколько недель. Надеюсь, мы тут и найдем Тотоби-Родолов и Биксби.
«Дом» и «найдем» — от этих двух слов, да еще и в одной фразе… Благодушие Кантора махом улетучилось. Ахма. Дом. Одем. Пропали. Но они точно живы. Кантор был уверен, что точно почувствовал бы, если бы Ахма перешла в мир мертвых. И он без сомнения узнал бы, если бы Одем был мертв. Он просто обязан их найти.
Завтра. Завтра он узнает больше.
30. Встречи в прекрасных местах
Биксби сидела, скрестив ноги. Освещение в комнате оставляло желать лучшего, поэтому она устроилась на краешке кровати, поближе к окну. Она усердно работала над кружевом. Вскоре этот кусочек простенькой ткани превратится в изящный браслетик, который идеально подойдет к разным нарядам. Под ее руками один за другим появлялись причудливые цветочки и листики.