Не умирай раньше меня (СИ)

— Это и есть настоящие соревнования, — заметил тренер. — Во всяком случае, приз весьма ценный. Колледж получит грант в двести тысяч, каждому из игроков достанется по десять процентов от этой суммы.
Я присвистнула. Это неплохой приз, только для нас малодоступный.
— Ранхил, — тон тренера изменился. Я обернулась. — Я не смогу научить вас играть профессионально за месяц, но я могу сделать так, что ты будешь лучше всех пробивать штрафные. Понимаешь, о чем я?
— Мы будем играть нечестно?
— Это они будут играть нечестно, — Агеллар озорно блеснул глазами. — А мы будем играть не очень честно. Судить игру будет их человек, но я в любое время смогу внести протест, и решение пересмотрят. Твоя задача — создать максимум моментов, граничащих с нарушением правил, но самой нарушать нужно как можно меньше, иначе тебя удалят. Пусть лучше фолят на тебе.
Прекрасно, меня попросту будут избивать. Малоприятная перспективка.
— Почему именно я? Тот же Ривара сможет реализовать любой штрафной и без дополнительного натаскивания.
— Ривара — капитан команды. Его будут закрывать всеми доступными силами. То же касается и остальных игроков мужского пола. От тебя никто ничего не будет ждать. Ты — наш эффект неожиданности.
— Пф-ф… В чем элемент неожиданности, если в обеих командах будет по две девчонки? Наверняка они еще и лучших поставят.
— Не будет, — огорошил Агеллар. — Академия не приняла вариант смешанных команд и выступит исключительно мужским набором.
— А мы тогда как? — опешила я. — Мне еще и пол поменять надо?
Тренер скривился.
— Не выдумывай. Нам ответили, что мы можем выступать хоть всем колледжем со мной во главе, и все равно нам не победить.
Да что они о себе возомнили? После этого заявления мне как никогда захотелось надрать им… В общем, победить.
— Уж теперь-то я точно расшибусь, по победу у них вырву зубами, — горячо пообещала я.
Агеллар удовлетворенно кивнул.
— Именно такого настроя я от тебя и хочу. Пойдем, я познакомлю тебя с твоей командой.
В спортзале уже разминалась вся разношерстная компания, здесь были и программисты, и бухгалтера, и технари, и наши экономисты. Агеллар скомандовал всем построение и объявил:
— На носу игра с инженерной академией, наш колледж формирует команду, — программисты оживились, смотря на остальных с привычной долей снисхождения. — Сейчас те, кого я назову, сделаю шаг вперед и перейдут на правую половину. Остальные поделятся на команды по шесть человек и будут играть против них по очереди по пятнадцать минут. Итак: Даниэль Ривара, Тагир Хегу, Чен Скарецки, Рикард Нийоле, Нико Калес, Лианетта Ранхил.
Агеллар взял в команду четырех экономистов и двоих технарей — и ни одного программиста. У них вытянулись лица. Самый наглый из них вышел из строя.
— Тренер, вы ничего не попутали? — нагло заявил он.
— Ой-е, — протянул рядом Тагир, закрывая лицо рукой.
На такого Агеллара было страшно смотреть. Если бы его организм вырабатывал ток, то в коротких волосах сейчас бы искрило как при коротком замыкании.
— Повтори, что ты сказал? — обманчиво спокойно произнес тренер, разворачиваясь всем корпусом к самоубийце. Увы, того чувство самосохранения не спасло.
— Кого вы взяли в команду? Это же неудачники! Да еще и с девчонкой! С ними же только позориться ехать! Вы в своем уме?
— Придурок, — сдавленно произнес Ривара.
— Прежде чем выйти из строя, боец, — от голоса Агеллара звенело в ушах, — ты должен был попросить разрешения обратиться у командира. Это, во-первых. Во-вторых — упор лежа принять!
Эту команду побледневший программист выполнил как положено.
— А пока ваш товарищ отжимается, запомните, а лучше вбейте в свои пустые головы — решения, принятые командиром, не оспариваются и не подлежат обсуждению, — тренер поставил ногу на спину программисту и прошипел ему сверху вниз: — Если бы сейчас было военное время, за такое обращение тебя ждал бы как минимум дисбат, а там бы я уже подумал, пристрелить тебя или нет. Пятьдесят отжиманий!
Программист пыхтел, выдыхая сквозь зубы, и вскоре снова принял стойку смирно.
— В чем дело, боец? Считать мы тоже не умеем? — удивился Агеллар.
— Я уже сделал пятьдесят, пока вы общались со строем, — с ненавистью произнес программист.
— Сто отжиманий. На кулаках, — тренер с удовольствием посмотрел на выпученные глаза парня и обратился к остальным:
— Те, кто желают сегодня поиграть, остаются и делятся на команды, а тех, кто не разделяет моих методов воспитания, — он красноречиво посмотрел на программиста, тяжело отрывающегося от пола, — я попрошу за дверь. Время пошло!
К нашей команде, застывшей в ожидании с каменными лицами, он повернулся с улыбкой. Ничто уже не напоминало взбешенного Агеллара, кроме отжимающегося парня за его спиной, который, кстати, на игру не остался. Он показал спине тренера средний палец и поспешил уйти. Да, я бы тоже стала подозревать Агеллара в том, что у него и сзади есть глаза. К нам он подошел уверенной походкой, жестом показал придвинуться поближе и выдал разнарядку:
— Пока просто играем. Нам нужно определить, у кого какие способности сильнее, чтобы знать, кому какую зону доверить. Если увижу, что играете только на себя — Скарецки, это тебя касается, сразу же выгоняю из команды и нахожу другого человека. Всем все ясно?
— Да, — хором ответили мы, не желая повторять судьбу особо непонятливого студента.
— Ранхил! — рявкнул тренер, я с испугу прокатилась на выпавшем из рук мяче и шлепнулась на спину. — Еще раз я увижу, что ты так принимаешь мяч, отжиматься будешь ты!
— На кулаках? — съязвила я, потирая ушибленные части тела.
— На языке на своем длинном, — прорычал он в ответ. — Сброс мяча из-за боковой линии. Сбрасывает команда соперников.
У двух из трех команд мы выиграли, это не составило нам большого труда. В третьей же команде собрались горящие жаждой мщения программисты.
Агеллар снова собрал нас вместе.
— Это как раз то, что нам надо. Эти ребята не контролируют свои эмоции, нам это только на руку. Ранхил, ты помнишь, о чем мы с тобой говорили?
— Помнить-то помню, только пока что очень поверхностно представляю, что мне нужно делать, — пробормотала я.
— Путайся под ногами, мешайся, выбивай мяч. Придется много побегать.
Вот загадка — то ли тренер беспросветно глуп — основывать на мне всю игру, то ли слишком в меня верит.
— А нам что делать? — влез в разговор Ривара.
— Ваша задача, — он повернулся к остальным, — отвлечь всю игру на себя.
Тагир нахмурился.
— В чем смысл такой игры, тренер?
— Ранхил будет зарабатывать вам штрафные очки. Иного пути победить инженерную академию у вас нет.
Мои сотоварищи призадумались.
— Смысл в этом есть, — изрек Нико, присматриваясь ко мне повнимательнее. — Она маленькая, со стороны выглядит так, будто мы набирали команду лишь бы из кого.
Я возмущенно вскрикнула:
— Эй! Полегче!
Тагир успокаивающе обнял меня за плечи и потряс.
— Не обижайся, chiya[1], он так шутит.
— Нико прав, — поддержал Агеллар. — В наших же интересах убедить всех, что ты в команде просто заменяешь недостающего человека. Если мы грамотно выстроил оборону, то продержаться один тайм надо хотя бы с ровным счётом. Они устанут атаковать, и тогда мы воплотим в жизнь свой план.
На словах план был очень даже неплох, но куда как сложнее будет реально его исполнить.
— Техникой мы их точно не возьмем. У них в команде Ирвин Чешку, он даже на международном уровне выступает за сборную, — поделился информацией Нийоле.
— Значит, он и будет твоей целью, — сразу же определил Агеллар. — Закрываешь его, где бы он не находился. Остальных разберем по ходу матча. Так, пока что задачи всем ясны, приступаем к практике.
Первый же фол был на мне. Один из соперников меня попросту оттолкнул рукой. Агеллар присудил персональный и дал нам возможность выбросить из-за боковой. Скарецки и Ривара разыграли его как по нотам — и мы открыли счет.