Любишь кататься - умей и кувыркаться (СИ)
Мысленно простонав от жестокости бытия, я гордо переступила порог этого кладбища незамутненных разумов, оказавшись в душном склепе наук. А душок стоял. Хороший такой, насыщенный душок. То ли из туалета, то ли из буфета. Да уж, куда я попала? Ну вот куда?
Хотя нет, не так. А куда еще могла Я попасть? Карма такая карма…
Брать языка ради поиска расписания не пришлось. Эти доисторические застекленные стенды с карандашными пометками проглядывались на сто миль вперед. Сразу видно – популярное местечко холл к середине второй пары.
Бодро прошлепав к расписанию, я убедилась, КАК меня любит мироздание. Если еще на вчера нам говорили, что пар будет три, то сейчас я имела честь лицезреть гордый прочерк напротив третьего занятия. И четвертого, и пятого. Их всего ДВА сегодня. ДВА! И сейчас уже полчаса от пары осталось! За что мне все это?
Опять переться в метро было ниже моего достоинства. Раз уж из дома вышел, так и проведи время с пользой. Какая польза может быть от девушки, которая и на девушку-то с утра не похожа – так на кикимору немного, узко известная истина умалчивала. Впрочем, деньги были, а под столом кто увидит пан или пропал, а косичка… Ну что поделать? «Я у мамы дурочка» хорошо известный и проверенный годами бренд. Еще и знакомиться кто-нибудь полезет. Ага. Вот смеху-то будет.
Нет, люди определенно извращенцы те еще. Вот сижу, одинокая кикимора, давлюсь шоколадным мороженным, пялюсь в плазму, разглядывая, как отжигает негр в компании грудастых мымр и поет что-то там про попы. Никого не трогаю – даже официанта не дергаю – так нет же, именно ко мне надо доколупываться! И как доколупываться! С тупым подкатом «девушка, вы так прекрасны» и далее по списку.
Ладно, сижу, слушаю, продолжаю давиться мороженым. Уже не лезет, но природная жадность отказывается отступать и методично, наряду с ручками, запихивает в рот ложку за ложкой. А этот типчик все вещает. Красиво вещает. Монотонно, со вкусом. Удовольствие, гад, получает.
Нет, если фрики с самого утра сыплются, то что могло измениться? А ничего. Да. И на что рассчитывали мои родители пытаясь сделать из чертенка-дочери воспитанную и гуманитарно-образованную леди. Нет, чтоб пойти у меня на поводу и отправить на химика. Так надо было им первый раз в жизни рогом упереться и сказать: Ты, мол, Данька, девочка, и профессия у тебя девчачья должна быть. А то рванет один из твоих экспериментов – и камня на камне не останется.
Пришлось уступить. И уступка моя началась, как это символично, с прогула. А, я не сказала, куда меня запузырили. Филфак это. Институт благородных девиц. И здание это – рухлядь первостатейная – некогда этим самым институтом и было. А после тут партийцы заседали. Вот-вот, те же барышни, только не ломаются, сразу цену ставят и готовы. На все и всем.
А фрик все продолжал вещать. По второму кругу что ли? Может, стоило диктофон включить, да дома послушать? Жалко же, человек распинается. Старается. Небось, дома учил, готовился, а я, кикимора такая, мимо ушей, да мимо ушей.
- Простите, уважаемый, мне нужно идти.
Я поднялась со своего места, желая побыстрее расплатиться и свалить, но не тут-то было. Этот фрик цепко ухватил мое запястье, и так проникновенно глядя мне в глаза, поинтересовался:
- Так вы согласны?
- Угу, всегда и на все, – недовольно хмыкнула я, недоумевая, чего это он так лыбиться стал. – Это все? Или еще что-то надо?
- Все. Это все, – заверил ненормальный, спокойно отпуская мою руку. Признаться: выдохнула с облегчением. Не люблю ненормальных и фриков. Особенно, если это незнакомые фрики. Со знакомыми – оно поспокойнее. Не наступай им на больную мозоль, боготвори Хатцунэ Мико, возлюби Ли Мин Хо, возблагодари небо за новый сингл PSY, да и просто со всем соглашайся. Согласишься – лучший друг. Ведь не будут же они про кумира дурное говорить? Какой фанат так поступает! Вот и сосуществуем мы подобным образом с парочкой адекватных неадекватов. А что? Весело. И даже полезно. Парик в случае надобности стрельнуть удобно, или показу для предков устроить – дескать, девочка хорошая, в юбочке ходит, с мальчиками интеллигентными встречается, а не с этими, с ободранными локтями и разбитыми после неудачного трюка коленями. Хорошо хоть братик мои ссадины прикрывал…
Да уж, чего только со мной не случалось. А фрики – фрики это так, мелочи. Как насел, так и встал. Осечек еще не было.
Осечек и не случилось. Удовлетворившись ответом, преследовать меня до дома неадекват не стал. Потерявшись где-то в районе станции метро. Облегченно переведя дух – терпеть ненавижу, когда кто-то за мной ходит, – я доковыляла до дома (час пик не щадит даже худших из нас!) и, разувшись, по дороге стягивая носки, пошлепала к себе в комнату. Родителей не было – до конца их работы еще часа три оставалось. Брат приходил и того позже, предпочитая тусить в городе и заглядывать совсем уж ночью ради свидания с кроватью. Чего у подруг не оставался – а не любил он спать на чужой койке. Думаю, когда женится, так кровать и заберет, или матрас хоть. Чтоб душу грел.
Покачав головой, размышляя над странной привязанностью, я заглянула на кухню, стащив из вазочки конфет, и с чистой совестью «Поела же!» отправилась покорять «Поля справедливости». Быстренько загрузилась, выбрав любимую змейку, и отправилась покорять ингибитр. Враги моего порыва не оценили, защищаясь, как могли, но кто они такие, чтоб мешать нам со змейкой? Ведь это была любовь с первого взгляда, с первого трипла, который я смогла за нее сделать. Да уж, поистине неисповедимы пути фэнтезятины. Вот никогда не думала, что любимым героем станет нага. Ведь какая я нага? Так, кикимора болотная, подвид повышенной вреднючести. Это каждый скажет. И про кикимору, и про вреднючесть.
Умаявшись всех убивать и сладко потягиваться, читая склоку в общем чате, я сползла со стула и таки отправилась в объятия морфея. А этот милейший божок не просто манил, а уже стискивал в своих объятиях, чего прежде в дневное время суток за ним не водилось. Но, видимо, первый учебный день был так тяжел, что мне требовался двойной отдых, а значит…. Спааааать.
- Ззззззззззззз…
Как просыпаться-то не хочется! Перевернулась на другой бок, натянула одеяло повыше, поправила подушку, вляпавшись пальцами во что-то холодное и слизкое… Какое?! Села прежде, чем успела проснуться. Открыла глаза и офигела.
- Ззззззззззззз…
Махнула рукой, желая прогнать кровососущего гада. Нет, это было глупо с моей стороны. Толпы его коллег устремились ко мне, заставляя вновь просить политического убежища у одеяла. Кое-как поместившись под ним и усевшись на подушку – все равно грязная уже. Я серьезно задумалась.
- Ззззззззззззз…
Блин, почему они никак не успокоятся. Не видят что ли? Это гора! Просто небольшая белая горка! И нет нут человеков для поедания. Нет, и не будет. Ага, жадные мы. Первая положительная самим нужна, так что разбазаривать на всяких злобных тварей никакой возможности нет. Вот совсем никакой!
- Ззззззззззззз…
Ай, больно же! И как спящие могут не реагировать на этот укол?! Я вот даже дернулась, чуть не подставив этой зудящей ораве свой филей. Хорошо хоть, пижама осталась, а не хватало еще оказаться неизвестно где в чем мать родила и без одеяла. Так что будем считать нам повезло. Хотя это с какой стороны мерки снимать.
Стаи комаров по ту сторону одеяла, холодная земля, которая даже через подушку, умудряется заставлять меня ежиться, нечто скользкое, медленно поднимающее по ноге…
- Ааааааааааа.
Заорала я прежде, чем успела подумать, вылетев из уже ставших родными кустов. Как они не хотели меня отпускать! Как цеплялись, как висли, умоляя остаться, как плакали мне в след толпы обездоленных жителей!
Мое сердце прямо кровью обливалось, стоило вспомнить их умоляющие писки и ощущение гадов ползучих. Хорошо хоть змейка мелкая была и стряхнулась, а если бы кто-то более злобный и зубастый? Нет уж, здесь нам делать нечего. В город пилить нужно и разбираться, какого лешего меня забыли в этом захолустье? И вообще. Как я здесь умудрилась оказаться?