Как заключенные в раю (СИ)
Я заметила Джоуи еще издали, он сидел на капоте темной машины, за его спиной так же устроился Мик, а Джон Левен стоял напротив Темпеста, внимательно слушая, что тот говорит. Темпест не замечал нас до тех пор, пока мы не оказались совсем близко, и я, немного вспотев от волнения и почти повиснув на руке подруги, опустила глаза, совершенно не понимая, как себя вести. Во рту страшно пересохло, и я подозревала, что не выдавлю ни слова, как только Джоуи посмотрит на меня. Но он поступил иначе и так… неожиданно.
— Ох, держись, моя хорошая, — шепнула мне Кати, отпуская мою руку и бросаясь к Левену.
Я вскинула глаза и тут же обомлела, потому что Темпест, повернувшись на голос Катаржины, увидел меня. Он спрыгнул с капота под веселый смех Мика, который махнул мне в знак приветствия рукой, и вырос прямо передо мной. Я лишь глупо улыбалась, щурясь на солнце, а Темпест — хитрец — прятал свои глаза за темными стеклами очков. Однако, как только его руки обвили мою талию, я, удивляя себя смелостью, потянулась вверх и сняла очки. Джоуи тихо засмеялся, разглядывая мое лицо, а после, его взгляд скользнул к моим губам, и, наклонившись, парень поцеловал меня. Я, конечно, смутилась, но мне стало так хорошо, так приятно. Не могло быть и речи о том, чтобы оттолкнуть Темпеста. Его мягкие губы прижимались к моим, легко покалывала щетина, а теплое дыхание опаляло кожу. Джоуи был нежен до умопомрачения. Как он прижимал меня к своему стройному телу, как не желал реагировать на реплики друзей, которые слышала и я, как не хотел отпускать, когда Мик буквально потащил его за плечи — все это вселяло в мою душу надежду, что Кати ошиблась, и Джоуи действительно дорожит мной. Быть может, моя подруга просто боится за меня, потому и сомневается в чувствах Темпеста…
— Привет, малышка, — пробормотал Джоуи мне на ухо, когда умудрился увернуться от Микаэли.
— Привет… — выдохнула и я, а после взглянула на Мика, говоря: — Ты, смотрю, сегодня не в духе.
— Да в духе, в духе, — почему-то рассмеялся клавишник, — просто договорились ведь, что при мне тискаться никто не будет. Я-то без пары, так что…
— Ну только не плачь, — пробасил Левен и, поглядывая на Мика, приблизился ко мне, коротко обнял и, отодвинувшись, спросил: — Ты как?
Я почему-то подумала, что Джон спрашивает о прошедшей ночи, и опустила глаза, теряясь с ответом, но, к счастью, Джоуи верно расценил мое смущение. Он приобнял меня за талию, притягивая к себе, и сказал:
— Да нормально все. Не напоминай об этом. — Речь, конечно, шла о драке в клубе, а чуточку припухший уголок губ Темпеста свидетельствовал о случившемся лучше любых слов.
Левен кивнул, но все равно добавил:
— Надеюсь, ты не станешь общаться с тем придурком?
— Джо-о-он, — вступила в разговор Кати, отводя Левена от нас.
В этот момент из отеля вышли Хогланд и Норум. Они сбежали к нам по ступенькам, немного поболтали, договорились с Джоуи о вечере, и я узнала время, в которое парни отправятся в Германию. Вновь на сердце повис камень. Как можно веселиться, когда Джоуи уедет и…
— Эй, — тихо окликнул Мик, и я, подняв на него глаза, улыбнулась. — Иди сюда, поговорим, пока ребята заняты, — подозвал меня приятель.
Я охотно приблизилась к машине, но присесть мне Микаэли не дал.
— Погоди, — качнул он головой и стянул со своих плеч легкую рубашку, оставшись в майке, — вот теперь залезай. А то кожу обожжешь, — добавил в довершение Микаэли, и я устроилась рядом с ним.
Капот действительно сильно нагрелся, и постеленная рубашка пришлась очень кстати. Я посмотрела на зеленоглазого парня, улыбнулась ему еще искреннее, а тот спросил, почти фыркая:
— Что такое?
— Ничего особенного, — хохотнула я, закинув ногу на ногу, уж слишком коротенькой была выбранная Катаржиной юбка, не говоря о том, каким оказался розовый топ. Я едва уговорила Кати дать мне накинуть джуд. — Просто ты как всегда заботишься обо мне. Ты такой добрый, Мик, наверняка поэтому все еще один.
«Язык мой — враг мой» — это вовсе не обо мне. Однако в моменты сильного смущения или волнения я могла жутко глупить и наговорить лишнего. Вот именно это и случилось, потому что Микаэли сразу отвернулся, и я уже намеревалась попросить прощения, когда он вдруг проговорил, тихо и неуверенно:
— Ну… да… была одна девушка… — Он посмотрел на меня. — Не срослось, — это прозвучало уже веселее. — Ее звали Амалия, и она из мусульманской семьи. Сама понимаешь, каких мне «наваляли» ее родственники.
Я честно держалась, пока не поняла, что и самого Мика веселит эта история, потому в следующий миг мы оба разразились громким смехом, привлекая всеобщее внимание.
— Ты серьезно? И что было потом? — воскликнула я сквозь хохот.
— О, черт подери, меня едва не женили на ней, — рассказывал Мик, — я думал, не унесу ноги. Милая девчонка, знаешь ли, но все же… э-э-э… не мое, — поморщился Микаэли, а я засмеялась еще сильнее, ткнув друга кулаком в плечо и проговорила, переводя дух:
— Ты — ловелас! Господи, с ума сойти. А я решила, что ты страдаешь от одиночества!
— Нет, ну бывают ночи, когда я действительно один, — с серьезным видом признался Микаэли, но это лишь прибавило ситуации большей комичности, и мы снова рассмеялись.
Джоуи так внезапно встал передо мной, покосившись на Мика, что я подпрыгнула от неожиданности. Он стащил меня с капота, а я лишь успела поймать рубашку Микаэли, которая едва не упала на землю, и, протянув ее ему, сказала:
— Спасибо, Микки.
— О… Микки? — отозвалась Кати, и я оглянулась на нее, все еще удерживаемая рукой Темпеста. — Звучит так круто и современно! Все, будешь Микки, Мик.
Ребята принялись шутить об этом, когда мы двинулись прочь от большой открытой парковки отеля, и я уже спустя минут пятнадцать пути поняла, что мы идем в Гайд-парк. Все это время Джоуи сжимал мою ладонь, но сам говорил с Норумом, отправившимся нас проводить. Ян куда-то укатил. Видимо, у него была встреча. Джонни тоже собрался покинуть нас, так что уже у самого входа в парк Норум притормозил, спросил Темпеста насчет завтрашнего выступления, щелкнул меня по носу, назвав малявкой, и ушел.
Глава 16
Can't you see I'm on the edge, I can't look down
Is it me who's lost and never found
Разве ты не видишь, что я на грани, я не могу взглянуть вниз.
Разве это я, тот, кто был потерян и не был найден…
Europe «Lyin' eyes»
Теплый, едва уловимый ветер трепетал в верхушках деревьев. По озеру пробежалась рябь, но в большей степени от того, что, зайдя в воду по пояс, дурачились Кати и Джон. Микаэли курил, устроившись на траве в одних плавках. Мы отдыхали на месте для купания. Открывать сезон было рановато, но солнце грело достаточно горячо, так что даже я прошлась по воде у самого берега.
Я сидела перед Джоуи, устроившись между его ног, привалившись спиной к груди, и усмехалась, любуясь на свою стройную подругу. Она была, без сомнений, прекрасна.
— Как ты, малышка? — раздался над ухом тихий голос Джоуи. — Ничего не болит?
Сердце тут же налилось теплом от заботливого тона Темпеста, и я качнула головой, говоря этим, что со мной все хорошо.
— Я хочу, чтобы ты понимала… — Он сглотнул, я слышала это. — Ты нужна мне, Миа. Всегда будешь нужна. Но… ты же осознаешь, что я не могу остаться?
И вновь я лишь кивнула, с горечью принимая эту суровую реальность.
— Да, ты все понимаешь, моя умная девочка. Просто… то, что случилось в клубе…
— Джоуи, — возмутилась я, оборачиваясь к нему и садясь так, чтобы видеть его лицо, — ты же сам не хотел об этом говорить, почему тогда…
— Потому, Миа, — перебил Темпест, сверкнув глазами, — потому что я увидел… — Он облизнул губы, отводя взгляд от моего лица, помолчал немного и снова посмотрел на меня. — Я увидел этого твоего Итана… — Джоуи вновь умолк, подбирая слова, и после его тон стал резче. — Просто мне важно, чтобы ты оставалась… чтобы ты ни с кем не встречалась. Я не даю тебе надежду, но и отпускать не хочу. Это подло, знаю. Прости. Мы сможем видеться, я могу приезжать к тебе, буду звонить. Обещаю, Миа, я тебе это точно обещаю. И ты пообещай.