Без штриха (СИ)

Отпускаю вырывающегося омегу. Кики отступает от меня, смотрит враждебно, сжимает руки в кулаки.
— Уж этому точно никогда не бывать.
Омега будто выплёвывает эти слова. Словно удар в грудь для меня. От этих слов сначала стало жутко больно, а потом пришла злость, затмевающая глаза. В один шаг преодолеваю расстояние между нами и хватаю Кики за волосы, дёргаю за них вниз. Омега шипит, он хватается за мою руку, его глаза наполняются слезами. Понимаю, что в очередной раз делаю больно. Отпускаю Кики, хотя злость никуда не уходит. Подхожу к двери и запираю её на ключ, прячу его в карман. Пару минут стою у стены — я слишком зол, чтобы сейчас говорить с омегой. Мне нужно время, чтобы успокоиться. Подхожу к столику, наливаю себе вина, залпом его выпиваю, наливаю ещё раз и с бутылкой направляюсь к Кики. Подаю ему бокал. Омега смотрит на меня враждебно и вино из моих рук не берёт.
— Пей. Не зли меня ещё больше.
Кики вырывает бокал из моих рук и немного отпивает. Закатываю глаза. Он явно надо мной издевается!
— Ты сейчас серьёзно или хочешь меня ещё больше разозлить? — спрашиваю, не жалея злости в голосе. — Пей до дна.
Омега послушно выпивает и отдаёт мне бокал. Смотрит на меня, глаза мокрые от слёз. Наливаю в бокал ещё вина и отдаю его Кики. Сам же делаю глоток прямо из бутылки, внимательно наблюдая за мальчишкой. Он неуверенно подносит бокал к губам и делает большой глоток, немного при этом морщась. Виски он бы точно не осилил. Отворачиваюсь от него и направляюсь к креслу. Я устал. Так хочется спокойно и приятно провести вечер. Опускаюсь в кресло и потираю глаза. Омега так и стоит посередине комнаты с бокалом в руке и смотрит на меня. Лучше бы я никогда его не встречал.
Я не особо мечтал об Истинном, в общем, как и все альфы в юности, и всегда думал, что это произойдёт не скоро и что он будет из хорошей семьи, но судьба решила иначе и преподнесла мне большой сюрприз. Ещё раз делаю большой глоток и вновь смотрю на Кики. Стоит как истукан.
— Пей и иди сюда, — указываю на соседнее кресло.
— Ты хочешь меня напоить?
— Да.
  
Глава 20
 
— И разуйся, наконец, — альфа берёт второй бокал и наливает себе вина.
Смотрю на свои ноги. Ричард разулся сразу, как вошёл в комнату. Мне сразу стало неудобно, что я топчу в чужой спальне. Сбрасываю свои мягкие домашние туфли и остаюсь босиком.
— Хватит там стоять. Садись, — Ричард вновь указывает мне на кресло.
Иду к нему. Давно пора было отойти от кровати. Я только сейчас обратил на это внимание, просто старался держаться подальше от альфы. Немного покачиваюсь, дохожу до кресла и усаживаюсь в него, отпиваю из бокала, в сторону мужчины стараюсь не смотреть, хотя боковым зрением замечаю, что он за мной наблюдает. Устало вздыхаю. Стараюсь не думать, для чего он меня сюда привёл, хотя это и так понятно. Может, и правда стоит напиться?
— Давай поговорим, — альфа облокачивается на ручку кресла. — Откуда ты родом? — Ричард поднимает палец вверх. — Я это и так знаю. Что любишь делать в свободное время, где бывать? Всё это я уже знаю. Никакой тайны. Даже не интересно.
— Тогда помолчим, — я притворно улыбаюсь мужчине и вновь отворачиваюсь от него. — Разговаривать с тобой у меня совершенно нет желания, к тому же мы не на свидании, чтобы общаться друг с другом.
— А ты часто бывал на свиданиях? — альфа покачивает бокал в своих руках. — С какими-нибудь мерзкими старикашками, которые платили деньги твоим родителям, чтобы провести с тобой время?
Резко поднимаюсь. Как он может такое говорить? Гнев и негодование бурлят во мне. От переполняющих эмоций я не сразу смог нормально говорить.
— Ничего подобного! Я ничем таким не занимался! — крепко сжимаю руки в кулаках, так и хочется ударить этому наглому альфе по лицу. — Я даже ни с кем не целовался… До недавнего времени, — последнюю часть фразы я произношу совсем тихо и подавленно.
— Так я тебе и поверил.
— Я ничего доказывать не собираюсь, — гордо выпрямляюсь. — И родители меня любят.
— Да, поэтому и продали тебя.
— Они были вынуждены это сделать, — делаю шаг к Ричарду. — Иначе твой отец приказал бы выкрасть меня, и они бы остались без сына и без денег.
— Они даже не попытались спрятать тебя, — альфа подаётся корпусом вперёд, приближаясь ко мне. — Им было удобно продать тебя и устроить жизнь двум другим детям.
— У них не было выбора, — твёрдо повторяю фразу, пытаясь донести мысль до Ричарда. — Моя семья не обладает ни властью, ни деньгами. Этот мир принадлежит сильным альфам, а остальные вынуждены им подчиняться.
— Моя мать — омега и она совсем не беспомощна и не слаба, — альфа поднимается с кресла и сейчас смотрит на меня сверху вниз. — И родилась в одной из самых влиятельных семей нашей страны.
Отступаю на шаг. Хочется бежать от этого человека куда подальше.
— Если это всё, о чём ты хотел со мной поговорить, то открой дверь. Я хочу вернуться в свою комнату, — смотрю альфе прямо в глаза.
Ричард хрипло смеётся и притягивает меня к себе. Отворачиваюсь, смотрю на входную дверь. Упираюсь руками в его грудь, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние.
— Ты же понимаешь, что так просто отсюда не уйдёшь? — альфа заглядывает мне в лицо. — А, Кики, ты ведь понимаешь это?
— Понимаю, — поворачиваюсь лицом к мужчине. — Но никак не могу взять в толк — почему именно я?
— Мы это уже обсуждали. Я хочу тебя.
— Я не самый красивый. Вокруг полно омег куда красивее меня.
— Ты очень красивый, — Ричард наклоняется и целует меня в шею, — и очень сексуальный.
Скажи он мне это раньше и при других обстоятельствах, я бы, наверное, растаял от таких слов. О том, что я красивый, мне говорил только папа-омега и больше никто. С альфами у меня никогда не было романов, мне не дарили цветов, только родные и по какому-то событию, а теперь я и по праздникам их не вижу. Мистер Джозеф был внимательным человеком и поздравлял меня с днём рождения, от Ричарда такого ждать точно не стоит. С ним меня ожидают только грубые мужские руки, дёргающие за волосы, жаркие поцелуи и клыки, больно царапающие кожу. Ричард сильнее прижимает меня к себе, водит ладонями по спине, хватает за край футболки и тянет её вверх, я не сопротивляюсь. Смотрю альфе в глаза. Он не спеша расстёгивает пуговицы на рубашке и наблюдает за мной, скидывает её. Приступает к моим джинсам. Грубо хватает за пояс, ремень я ношу редко, и притягивает к себе, расстёгивает пуговицу и молнию. Медленно снимает с меня джинсы, опускаясь вниз вместе с ними, оставляет при этом нижнее бельё на мне. Замирает у самого пола, поднимает на меня взгляд. Переступаю через штаны, окончательно их снимая. Поднимает. Смотрит мне в глаза. Проводит руками по моим бокам, рукам, груди. Нежно гладит кожу, задевает большими пальцами соски, начинает их ласкать, потом наклоняется и целует. Кусает поочерёдно. Вскрикиваю и невольно подаюсь назад, он тут же отстраняется, но удерживает меня одной рукой за талию, дует на укусы, принося лёгкое облегчение.
Альфа вновь целует мою грудь, плечи, поднимается выше и переходит на шею, лицо, губы, больно царапает кожу щетиной. Крепко прижимает к себе. Беспрерывно блуждает руками по моему телу. А я так и стою, опустив руки вдоль тела, и не реагирую на его ласку, лишь иногда шиплю от боли, если Ричард сильнее прикусит кожу, забывшись в своих играх. Парень отстраняется от меня и смотрит в глаза, в ответ не отвожу взгляда — смотрю на него. Он берёт меня за руки и подводит к кровати, поворачивает лицом к постели, а сам остаётся стоять за спиной.
— Расслабься.
Альфа шепчет мне на ухо и начинает выцеловывать дорожку на шее, щекоча щетиной, вызывая волну мурашек по всему телу. Проводит ладонью по моей руке, покрытой гусиной кожей, от чего я невольно передёргиваюсь, а альфа вновь возвращается к моей шее, поглаживает грудь и живот. Медленно опускает свою руку к моим трусам. Нервно сглатываю. Перехватываю его руку, хватаю за запястье. Он наклоняется к моей шее и проводит носом по коже, шумно вдыхая воздух.