Инструкция к сексу (не) прилагается (СИ)

— Ну, не в МГУ точно, — отшучивается, утыкаясь носиком мне в грудь. Слышу, как втягивает мой аромат духов, наслаждается им. Я тоже наклоняю голову и вбираю запах цветочного шампуня, того самого, которым Василиса намыливала меня в душе после секса. Довольный, широко растягиваю губы в улыбке, пряча ее в макушке у девушки. Ведь и там не обошлось без продолжения. Мы, будто ненормальные, не могли оторваться, боясь, что каждый порыв оставит в душах только голод. Более мощный и с бешеной силой, сводящий с ума. — Образование родители дали достойное, Артём Борисович, — острый язычок у Прекрасной наталкивает на мысли воспользоваться им в более уединенной обстановке. Чуть отстраняюсь от неё, убирая пару прядок за ушко, открывая личико девушки для себя. Пытаюсь каждую черточку запомнить – выгроировать в памяти, чтобы по утру мне было легко пробуждаться. Знаю, это не самый лучший способ, ведь условились на обычный перепихон без чувств.
— Непременно, — нахмурившись, отвечаю, слегка охрипшим вдруг голосом. Где-то на бессознательном уровне даю пинок под зад, потому что таким не играют с девушками вроде Васи. Надеюсь, она гораздо умнее меня и сможет оградить себя от временного помутнения рассудка в виде любви. Прекрасная почувствовала смену настроения, и поспешала высвободиться из объятий. Черт возьми, утерян момент игривого расположения. Беру ее за руку, чтобы восстановить утерянную связь. — Когда в последний раз уходила в отпуск?
— Что? — с удивлением уставилась на меня, а потом сообразила. — Уже давно.
— Поехали со мной в Лондон? — вопрос слетел с уст прежде, чем я подготовил для него почву. Василиса раскрыла рот, шокированная предложением.
— Ты шутишь? — осмелившись, она прячет улыбку, но все-таки задает вопрос, проверяя меня. Я киваю, и смотрю в ее глаза. Василиса разволновалась, покрываясь легким румянцем на щеках и шее, где с двойной скоростью запульсировала артерия. — Нет, — протягивает отрицание, будто сейчас разыгрываю ее.
— Да или нет? — снова в ход пускаю ускоренное решение проблемы.
— Нет, — категорично заявляет, принимая самое строгое выражение лица.
— Но, почему, — вновь притягиваю к себе, стараясь понять ее. — Отпуск за мой счет, — уточняю, ведь возможно девушка посчитала, что ей самой придется оплачивать поездку. Зарплата секретаря не такая уж и великая.
— Не надо так со мной, — взмолилась Прекрасная, пряча от меня лицо. Смотрит куда угодно, но только не на меня. Нежно прикасаюсь к ее подбородку и приподнимаю, встречаясь с испуганным взглядом. Как же меняется цвет ее глаз в зависимости от настроения. И наблюдать за каждый этапом мне хочется бесконечно. — Я не могу с тобой вот так взять и поехать, Артём. Никто не поймет нас. После твоего замечания, не «сватать» нас, — она берет это слово в кавычки, показывая жестом рук. — Вдруг оба срываемся в общую поездку. Как-то не логично.
— Не обязательно об этом им знать. Все пройдет как по маслу, доверься мне, — целую в губы, оставляя едва уловимое касание. Нежное и легкое. Как настоящая пара, когда дарит частичку себя, потому что непринужденное действие более значимое, чем показное и напускное. Василиса подозрительно глядит на меня, отрицательно покачивая головой.
— Сначала секс, теперь поездка. А завтра ты меня замуж позовешь? — на последнем предложении девушка уже не сдержала своих эмоций и пискнула, прикрывая ладонью рот. Я рассмеялся. Логика у Прекрасной отменная, просчитала все до последнего вероятностного события.
— Нет, — а самого смех пробирает, но я беру себя в руки. Василиса смотрит на меня, как на умалишенного, и тут сама же подхватывает смешинку, заливаясь хохотом. Люди, проходящие мимо нас, оглядываются, не понимая от чего вдруг нас так развеселило. Кто-то улыбается, а кто-то хмыкает и ворчит себе под нос. Только нам с Прекрасной абсолютно все равно, ведь всем известно: смех продлевает жизнь. Наконец, остановившись, я предпринимаю еще раз попытку, уговорить на поездку. Моя цель – это прибыть на свадебное торжество не одному, а в компании с девушкой. Показать Линде, от кого отказалась и пусть покусает локти. Вдруг одумается. Но нужна ли мне такая? А сам смотрю на Василису, отмечая, какой юной она становится, когда не прикрывается занавесью повседневного рабочего дня, где нам приходится быть всегда на чеку. Протягиваю ладонь, и накрываю ею розовую щечку девушки, и та сама льнет к моей руке, желая ласки. С закрытыми глазами, она мило улыбается, а потом вновь жмурит веки, будто лучи пробрались сквозь преграду.
— Не знаю, что тебе ответить, — честно признается. — Слишком всё быстро, понимаешь? За сутки, и такой поворот. Нас просто не поймут.
— Ладно, — делаю вид, что отступаю. — Мое предложение в силе до конца следующей недели. Если решишь положительно, скажи, и я забронирую билет. Не обращай внимание на чужое мнение, главное то, что бы ты сама хотела, понимаешь?
— Да. Спасибо, — искренне отвечает, даря моему взору легкую улыбку. — Я обязательно дам тебе ответ, Тём. — Затем оборачивается, огибая себя моими руками, и мы продолжаем наслаждаться просмотром.
Из мыслей вырывает стук в дверь. Оказывается, я замер с ручкой в кисте над договором. Василиса совсем сбивает меня с толку. Расписываюсь и убираю обратно в отсек этот экземпляр.
— Можно? — так официально вопрошает Прекрасная, с самым серьезным видом. Сначала хотел оборвать ее, а затем следом входит мой отец.
— Здравствуй, Артём, — проходит в кабинет, пропуская Васю вперед. В руках у девушки еще одна кипа бумаг на подпись. Она аккуратно и быстро раскладывает их по местам. — Василиса Андреевна, — теперь мужчина обращается к ней, лучезарно улыбаясь, будто соскучился и рад видеть своего помощника. Червячок ревности внутри взыграл во мне, а потому ненароком рыкнул на подчинённую, чтобы она удалилась из кабинета. Знаю, что идиот, но не смог совладать сам с собой. Василиса удивилась и напряглась, а потом просто кивнула, но послала улыбку моему отцу. Мне же – презренный, обжигающий взгляд, от которого готов был воспламениться и показать, что девушка теперь принадлежит мне. Только она захлопнула за собой дверь, как тут же отец набросился на меня со словами упрека.
— Артём, ну разве так можно?! — разводит руками и зло глядит.
— Не специально, — вдруг начал оправдываться, а прочистив горло, смог взять себя в руки и перевести разговор в другое русло. Конечно, этот прием отцу известен до скелета, но, спасибо, что не стал акцентировать внимания. — Как давно ты знал, что компания катится ко дну?
Брови отца взлетели на лбу, он был не на шутку удивлен, или попытался таким показаться.
— И каковы твои прогнозы? — мгновенно отвечает, задав вопрос в упор.
— Уже не грозит, — улыбаюсь, затем оба присаживаемся напротив друг друга, только теперь в другом порядке. — Надо было сразу начать с этого, пап. Даже твоя секретарша и та поняла, что происходит.
— Василиса не из болтливых, — тут же встает на защиту девушки, а мне вдруг становится тепло в груди, что она нашла отклик в моем сердце. Только разум говорит об обратном, не позволяя мне думать в другом направлении. Мои мысли отравлены, я обижен и зол на женщину, ради которой был готов бросить всё и стать нужным ей.
— Да, ты прав, — согласно киваю.
— Не надо обижать девушку, Артём. Она в компании на хорошем счету. К тому же, я только что был в отделе кадров, — он уставился на меня, скрепив руки в замок. Нога на ногу. Все поведение Бориса Артёмовича кричит, что мне сейчас не поздоровится. — Ты почему не даешь добро на перевод Василисы в маркетинг? Вера Ивановна заявила, что приказ до сих пор при тебе.
Чёрт возьми, в голове происходит атомный взрыв. На днях ко мне заходила начальница кадров и просила подписать, вот только занят я был другим, а потом, взяв лист в руки – не смог. Кажется, я затаил дыхание, а ручка дернулась в кисте над графой «подпись». Потому, убрав подальше с глаз, просто решил забыть об этом распоряжении. Не хочу видеть никого, кроме Прекрасной. Так я буду спокоен, что девушка всегда рядом со мной.