Трактирщица 2. Бизнес Леди Клана Смерти

“Значит, не было упрёка?”
Кеннет вздохнул, проведя тыльной стороной ладони по шраму на щеке.
— Все ошибаются, Хельда. И я тоже. Когда влюбился двадцать лет назад, когда принёс клятву меча, когда позволил отцу передать мне клан и оставил его в магическом плену. Я ошибся, спихнув ответственность за твою жизнь на Сокола. Это я должен был попасть в ту ловушку и без магии отбиваться от головорезов Паучихи, потому что ты — моя жена. А я сидел во дворце Верховной и выслушивал жалобы Веданы. Мне тошно от того, как клятва портит мою жизнь, но я и сам справляюсь ничуть не хуже. Переложил на тебя заботы по добыче денег. Ждал, что хрупкая женщина залатает дыры в бюджете. “Хельда такая сильная, она справится”. Извини, я был не прав. Не заметил вовремя, что твоя ноша стала непосильной. Нам нужно остановиться. Золота от Тёмного императора хватит на всё. Больше никаких бизнес-планов, прошу тебя. Иначе от нашей семьи совсем ничего не останется.
— Мы снимем клятву, — пообещала она, шагнув ближе. Обняла ладонями лицо мужа. — Но Стана будет в ярости. Не даст нам больше ни медяка. Нельзя отказываться от того, что мы уже запланировали. Иначе от клана — ничего не останется. Я обещаю, что не буду больше слепо гнаться за прибылью. Не стану взваливать на себя столько всего. Распределю работу между помощниками, а сама буду заниматься семьёй.
Хельда посмотрела на своё запястье и улыбнулась.
Сердце снова сжалось. Кеннет торопливо дёрнул ткань рукава вверх и увидел красный камень в браслете. Предки сегодня как никогда щедры на подарки. Вернули жизнь Сокола и позволили зародиться новой. У него будет сын. Или дочь, сейчас это не имело значения. Ребёнок. Отражение своих родителей.
— Когда ты узнала? — тихо спросил он. — До поездки в Бессалию или после?
— Сегодня утром, — она недовольно поджала губы. —  Хотела зайти к лекарю, удостовериться, что всё в порядке. А вечером устроить ужин и рассказать тебе. Видимо, вместо этого стоило написать объяснительную, подробно указав, как, когда и где узнала про беременность?
— Ты в ловушку полезла уже с ребёнком, — ярость заклокотала в горле, но ещё не вырывалась рычанием. — Бездна, Хельда, ты в который раз твердишь “мне жаль”, а я не верю. Слишком легко относишься к угрозам Паучихи. Видимо это — корень всех бед, а не моя задержка с ответом на обращение по зеркалу. Ты планировала ужин? С вином, цветами и при свечах? А ничего, что если бы Сокол не вывернулся из-под глушилки, я сейчас разводил бы погребальный костёр под твоим саркофагом?
Жена молчала. Зелёные глаза пылали недовольством, а на щеках проступил злой румянец. Она медленно выдохнула.
— Мне действительно жаль, что так получилось. Я недостаточно серьёзно отнеслась к тому, насколько опасные у нас враги, ты прав. Но не это корень наших бед. А взаимное недоверие. Я ревную к Стане, злюсь, что ты не отвечаешь мне. Ты думаешь, что я способна на убийство собственного ребёнка, и не веришь, когда признаю ошибки. Я люблю тебя. Люблю ещё не рождённого малыша. Ужином хотела показать, что считаю беременность поводом для праздника. — Хельда всплеснула руками, выдавая эмоций, бурлящие внутри. — Я не знаю, как тебя убедить в своей искренности. Позови Амелию, пусть разложит мои чувства на запахи, или напои меня зельем, развязывающим язык! Делай, что пожелаешь. Только прекрати цепляться за каждое моё слово и искать подвох там, где его нет.
Нет, он всё-таки смертельно устал. Сил не осталось даже на то, чтобы спорить. Искренность нельзя доказать. Когда возникают сомнения, разговоры верю-не верю теряют смысл. Им нужна пауза. Несколько дней полной тишины друг от друга. Или столько, сколько потребуется, чтобы боль от взаимных обид утихла.
— Да, я поступлю так, как решил, ты права. Традиции клана, наконец-то, помогут. Мне нельзя прикасаться к тебе как к женщине всю беременность. Это может спровоцировать выкидыш. Так что я съезжаю из нашей спальни в комнату для гостей. В новом особняке места ещё больше, чтобы жить рядом, соблюдая приличия, и не ругаться каждые пять минут. Разумеется. мне интересно всё, что будет происходить с тобой и с ребёнком. Речь о временной мере. Ты сама видишь, как всё сложно.
— Я не хочу просыпаться без тебя, — шёпотом ответила Хельда. — Хочу, чтобы всё было как раньше. До дурацкой ссоры и моей поездки в Бессалию.
— Когда-нибудь так и будет, — пообещал Кеннет.
До конца тяжёлого разговора оставался ещё один момент. Новость о том, что Иллая будет жить в новом особняке. Одни боги знали, как взвинченная и расстроенная Хельда к этому отнесётся. Но можно и перенести. Но новоселья всё равно ещё неделя. И то, если Гордей превзойдёт себя.
— Куда тебя отвезти?
— Домой, — попросила жена. — Кажется, пора начинать мучить твою матушку вопросами о младенцах. Надеюсь, она не сбежит от меня в гостевое крыло...
Скорее уж пыл Хельды быстро угаснет, и она сама начнёт прятаться.
— Тогда идём, — позвал он, открывая портал.
    
Глава 51. Новоселье
Я молилась о терпении, аккуратными кусочками нарезая мясо. Семейный обед, на котором настоял Ксанир представлялся мне пыткой. Хотела отговориться тошнотой и запереться в комнате, но свекровь разгадала обман. Сказала, что дурнота начинается на втором или даже третьем месяце, а я узнала о беременности всего шесть дней назад. Потом Иллая стала серьёзной и спросила, действительно ли мне плохо. Собиралась вызывать главного лекаря, с которым я вчера уже говорила, поэтому пришлось смущённо признаться, что недомогание прошло. Злость на мужскую половину семьи Делири — не в счёт. Оно скоро станет хронической болезнью. Кеннет выполнил угрозу и съехал на диван. Общался со мной подчёркнуто вежливо. Подарил цветы, поздравил с беременностью, но даже не попытался поцеловать. Худшего наказания и придумать невозможно. Верная дорога к безумию. Муж — уже не муж, а кто-то чужой и официальный. “Строчка в документе”, — как выговаривал он мне одним бесконечно проклятым утром. Я держалась из последних сил, чтобы не орать на него и не бить по лицу. До сих пор надеялась, что его желание держать позу пройдёт. Не может же он изводить меня вечно?
Итак, ровно в два часа пополудни я надела новое платье с завышенной талией и спустилась в столовую, чтобы разделить трапезу с людьми, от чьих постных выражений лиц аппетит будто ветром сдувало. Иллая выходить отказалась. Моя единственная заступница сама не могла выдержать общение с мужем. Давно сидела на сундуках с вещами и ждала, когда же сможет уехать в наш с Кеннетом новый особняк. Так что я оказалась в сугубо мужской компании.
Пока ничего страшного не происходило, но я знала, что разговоры начнутся, когда Ксанир поест. Так и получилось. Стоило свёкру положить приборы на стол, как его взгляд устремился на меня.
— И долго ты будешь мотаться по территории клана в повозке, рискуя от сильной тряски потерять ребёнка?
— Лекарь сказал, что это не опасно, — ровным тоном ответила я отцу Кеннета, продолжая кромсать мясо. — В отличие от порталов, если ими злоупотреблять. Так что буду мотаться в повозках, пока не скажут, что ребёнок достаточно окреп для магических переходов.