Карим. Против воли (СИ)

Когда всё закончилось Карим молча натянул свою одежду и, пошарив в кармане, достал несколько купюр. Кинул на кровать и, не говоря ни слова, пошёл к выходу. Светка хотела его окликнуть и спросить, что это только что было, но заметив на постели целую штуку баксов, забыла о своём вопросе.
Карим вернулся домой через час. Пока ехал в машине, хлестал Чивас прямо из горлышка фирменной бутылки. Горько и противно, но помогает. Ни так щемит в сердце, ни так давит в груди, даже настроение улучшается, что ли. Оказавшись в своём коттедже, Карим первым делом принял душ. Надел чистое нижнее бельё и перед сном решил заглянуть к Зарецкой. Живая она там хоть? Тихо открыл дверь, окинул взглядом кровать и, убедившись, что всё в порядке, собирался уходить. Но тут девушка издала душе трепещущий крик. Карим взял резкий старт в сторону Зарецкой и, поняв, что той снится кошмар, принялся будить.
Любе действительно снился кошмар. Такое бывало не часто и в большинстве случаев происходило, когда в жизни девушки случался какой-нибудь стресс. И, конечно же, Карим был в курсе об этих кошмарах. Девочке снова снились родители, а точнее, то злосчастное ДТП шестнадцатилетней давности.
— Просыпайся, маленькая… — шептал мужской голос.
Одной рукой он гладил по её голове, а второй — тряс за плечо. Что тогда сработало, он не знает, но Зарецкая проснулась. Распахнув свои заплаканные глаза, девушка оторвалась от подушки и бросилась к Кариму прямо на грудь. А затем его вообще сковал ступор, когда неожиданно женские пальчики зарылись в волосах на его затылке, а полные губы принялись целовать изгиб его шеи.
  
Глава 5
 
Шероховатый язык юркнул за ухо, опаляя кожу жаром. Тоненькие пальчики пробежались по мужской спине и несколько раз к ряду провели затейливые восьмёрки. Карим шумно выдохнул, приходя в себя. Желанная девушка сидит на его коленях, обвивает руками его плечи и так плотно прижимается твёрдыми сосками, как бы тут не спустить в боксёры. Она шептала чужое имя, но он не слушал. Лишь громкий стук сердца и сбитое дыхание — это всё, что ему хотелось слышать. Карим сдался. К черту последствия, он же так долго этого ждал!
Резко поддался вперёд и, обхватив точеную талию ладонями, повалил девушку на кровать. Удерживая свой вес на руках, согнутые в локтях, Карим устроился сверху. Когда его колено развело в стороны женские бёдра, Зарецкая издала какой-то странный писк. Возмутилась? Нет. Просто зацепил длинный локон её волос. В голову ударил градус похлеще Чиваса, который он пил в машине, когда возвращался после Светки. Возможно, всему виной именно Чивас, а не какой-то там градус, ведь в здравом уме он бы в жизни не позволил себе распластать на своей пастели любимую девочку. Он же не дышал на неё последний год, боялся словом обидеть не то, чтобы каким-то там касанием. А тут… С ума сошел, точно слетел с катушек, раз вытворяет подобное против её воли.
Но ведь и она не сопротивлялась. В эту минуту двое людей были на одной волне, имя которой — алкоголь. В спальне становилось всё жарче и жарче, когда Карим жадно целовал полные губы, ловко орудуя языком внутри рта. Он смаковал её каждый выдох, выпивал каждый стон. Царапал колючей щетиной нежную кожу и опалял её горячим дыханием. Его руки блуждали по всему женскому телу. Невыносимо сладко, но и мучительно больно трогать её, ласкать.
Карим оторвался от поцелуя и переместил свой рот на женскую грудь. Влажные губы опустились на сосок и сомкнулись. Пока его язык обводил контур вершинки, ладонь не переставала сжимать второе полушарие. Она гладила, а затем раскатывала упругую грудь, заставляя девушку извиваться. А затем его пальцы пробежались по стройному животику и остановились на линии трусиков. Указательным пальцем Карим очертил круг. Один, второй, третий. Спустился ниже и замер, наблюдая за реакцией Зарецкой. А та даже звука не издала, лишь закусила губу и слегка приподняла таз вверх, призывно качнув бёдрами.
К чёрту прелюдии, к чёрту все эти предварительные лобзания, он хочет её и больше не имеет сил играть в эту увертюру. Не говоря ни слова, Карим ухватился за женские ноги и сомкнул их в коленях. Взгромоздился сверху и, подстроив Зарецкую под себя, вошёл в её лоно мощным толчком. Девушка издала громкий стон и, нащупав мужские губы, продолжила вскрикивать в рот Кариму. Они целовались. Много, жадно, до покалывания в самих лёгких от недостатка кислорода. Кожа горела и саднила от пылкости и страсти, которыми награждал мужчина, но она всё равно продолжала гладить язычком уголки рта и иногда прикусывать зубами нижнюю губу.
Он таранил её дырочку снова и снова, несмотря на усталость в мышцах и липкий пот, покрывающий всю спину. Да, если бы не Зарецкая, Карим давно бы кончил, но удовольствие любимой девочки — превыше всего, ведь это их первый секс. Не важно, что он пьян, что сердце скачет галопом по всей грудной клетке. Какие его годы? В самом расцвете, а потому, снова сдержался и немного сбавил темп, чтобы продлить бурное соитие.
Длинные ногти царапали его лапотки, а иногда — ягодицы. Девушка дышала ему в шею и прижималась плоским животом к его торсу. Рваное дыхание Зарецкой оказалось самым мощным афродизиаком, наверное, таким же сильным, как и запах её кожи. Поэтому, втянув ноздрями знакомый аромат, Карим едва не кончил, расслабившись раньше времени. Давно он так не старался. Уже и не помнит, когда в последний раз усердно кого-нибудь трахал. Обычно женщины проявляли активность. Но сейчас всё было иначе. Сейчас была она, а значит и трахать он будет её сколько угодно, да хоть в порошок сотрётся, но доставит своей любимой девочке крышесносное удовольствие.
И доставил. В скором времени Зарецкая начала под ним извиваться и протяжно вздыхать, кусая его за плечо. Карим усилил толчки и последовал за ней через несколько фрикций. Даже успел вытащить член из дырочки, и сжать его рукой, чтобы не кончить на свою девочку. Было бы неплохо принять душ и выпить стакан прохладной воды, но на эти движения сил совсем не осталось. Так и заснули в объятиях друг друга, будто по привычке.
Об обнимал её за тонкую талию, прижимаясь тазом к упругим ягодицам. Пока засыпал, всё время гладил затылок, пропуская между пальцев одинокие пряди волосы. Он дышал её запахом, прислушиваясь к размеренному стуку сердца. Боялся закрывать глаза, до последнего не веря, что любимая девочка рядом: лежит под боком, позволяет себя трогать и ласкать. А ещё он может её целовать, выводя узоры своим языком на хрупком плече.
А потом наступило утро. Лучше бы не наступало. Голову проткнула резкая боль от похмелья, а к горлу подкатил тошнотворный спазм. Девушка распахнула глаза и уставилась на Карима шокированным взглядом. Деталь за деталью в подкорке начали всплывать картинки. Он и она этой ночью? Быть такого не может!
— Проснулась? — прохрипел его голос спросонья.
Карим поднялся с подушки и, подперев подбородок ладонью, игриво подмигнул Зарецкой.
— Иди сюда. Что-то скажу.
Он ждал, но девушка не торопилась. Неподдельный испуг сковал всё её тело вместе с языком. И только когда Карим протянул в её сторону руку, из груди вырвался протяжный крик.
— Не прикасайся ко мне, старый извращенец.
  
Глава 6
 
Я до жути испугалась Карима, когда утром проснулась в его постели. Смазанные картинки начали всплывать в подкорке, нагоняя страха ещё больше. Помнится, был ресторан, балкон, танец. Помнится, как убивалась шампанским, опрокидывая в себя бокал один за другим. Я побоялась ехать домой и показаться вусмерть пьяном состоянии перед Арсом. Застать в гневе старшего брата — равносильно пороховой бочке. Выбрала Карима. Зачем? Дура, какая же я дура!
— Иди сюда. Что-то скажу, — прохрипел низкий голос.
Карим поднялся с подушки и, подперев подбородок ладонью, недвусмысленно подмигнул. Я не знала, что нужно ответить и как правильно себя вести, поэтому закуталась в простыню по самую шею и отодвинулась на другой конец кровати, подальше от него. А он продолжал на меня смотреть, щуря глаза и поджимая губы. Небрежная поза, в которой застыл Карим, накаляла атмосферу всё больше и больше.