Всё началось с поцелуя (СИ)
В Манисе они остановились на короткое время посмотреть город, а затем вновь отправились в Стамбул и приехали уже поздно вечером, Даниэль подвёз их до самого дома и помог выгрузить гостинцы, переданные Тюркан заботливой свояченицей. Мать и сын с интересом оглядывались, опустевшие улицы не предлагали никаких ночных развлечений, жители вставали рано и сейчас готовились к ночному отдыху. Прогулка по этому кварталу была запланирована на следующий день, перед отъездом Дефне договорилась с Исо, и тот пообещал дать французам возможность посмотреть кахвехане и свою мастерскую. Войдя в дом, она с удивлением обнаружила его на кухне вместе с Тюркан, ждавшей Пчёлку, девочка повисла у бабушки на шее, она очень соскучилась по родным и ей не терпелось поделиться новостями и впечатлениями от пребывания в гостях у родственницы. Услышав шум и голоса, Сердар вышел к ним.
— Ну, как съездили? — спросил он, обнимая младшую сестру.
— Думаю, всё сложилось удачно. — ответила Дефне. — Гости оценили гостеприимство тётушки. — взглянув на брата, она широко улыбнулась. — Знаешь, им очень приглянулась дедушкина мебель, та, что он делал своими руками, и которая тебя так пугала.
— Этот кошмарный шкаф ещё жив? — с притворным ужасом спросил он. — Он же просто чудовищный, я думал, его жучки давно источили.
— Ещё чего придумаешь. — возразила Тюркан, спешившая накормить внучек. — Какие жучки у Ёзге? Она прекрасная хозяйка, никаких насекомых в доме не водится. Слышала бы она тебя ‒ обиделась бы не на шутку.
— Ну, я же просто так, между своими. — пошёл на попятную мужчина. — Там хоть перемены какие-то есть?
Дефне пожала плечами.
— А каких перемен ты ждёшь? Время там течёт по-другому. Но посёлок производит хорошее впечатление, запущенности и разрухи не заметила, а в дома к людям я не заходила.
Она и сестра порядком устали от дороги, Пчёлка так вообще смотрела на всех совершенно осоловелым взглядом, поэтому бабушка повела её укладывать, Сердар вернулся к себе, а она осталась наедине с Исо. Решив, что ей предоставляется удобный случай расспросить его о свидании с Бельгин, возвращавшейся через пару дней, она задала первый вопрос.
— Исо, а как прошло твоё свидание с моей подругой? Вы оба молчите, а мне хотелось бы знать, куда вы ходили и о чём говорили.
Не глядя на девушку, он ответил.
— Всё прошло лучше, чем я ожидал. Вот только, думаю, это первое свидание оказалось и последним. — и вздохнув, замолчал.
— Постой, что ты имеешь ввиду? Она тебе что-то сказала? — Дефне нахмурилась и дотронулась до руки друга, чтобы он повернулся к ней, ей хотелось видеть его лицо.
— Ничего, что могло бы обидеть, Бельгин очень воспитанная девушка. Но знаешь, именно её сдержанность и определенный холодок сказали мне о её настрое. Девушка не ведет себя подобным образом, если заинтересована в отношениях. — он повернулся к ней и она видела по глазам, как больно ему произносить это.
— Должна заметить, друг, что Бельгин всегда спокойна, её трудно вывести из себя, даже в критических ситуациях она умеет сохранять хладнокровие и очень редко повышает голос. Воспитание, знаешь ли… — возразила девушка и добавила со вздохом. — Это не я…
— Если так, то вы друг друга уравновешиваете. — усмехнулся Исо.
— Так, где вы были? — она от нетерпения потрясла его за плечо. — Почему я должна из тебя всё клещами вытягивать? Как звонить Дефне среди ночи, так это всегда пожалуйста, а как поделиться чем-то, так не допросишься.
— Дефо, тебе не приходит в голову, что есть вещи, которыми мужчина не хочет делиться даже с лучшими друзьями. — он нахмурился. — Может, для меня это очень личная тема. Ведь ты же не рассказываешь мне о своём начальнике.
— А он-то тут каким боком? — теперь нахмурилась и она и обиженно отвернулась. — Я с ним на свидания не хожу.
Мужчина взглянул в её сторону, и лёгкая улыбка появилась на губах.
— Ну, я пригласил её в кафе на Французской улице. Знаешь такую?
— Ага. — девушка оживилась и закивала головой. — Мы там с Бельгин десерт вкусный пробовали. — выдала она тайну подруги.
Лицо Исо беспомощно обмякло.
— Что значит пробовали? Она сказала, что не была там.
Дефне закусила нижнюю губу и, мысленно обозвав себя последними словами, лихорадочно думала, как выйти из положения.
— Э-э-э… — осторожно начала она. — Полагаю, Бельгин оценила то, какое место ты выбрал для вашего первого свидания и приняла мудрое решение не разочаровывать кавалера. На это место тебя вдохновил язык, который мы изучаем?
— Я выглядел просто идиотом… — задумчиво произнес мужчина, оставив без внимания её последний вопрос. — Ещё что-то ей рассказывал…
— О чём вы говорили? — девушка уцепилась за последние слова, желая сгладить неприятное открытие.
— Какая теперь разница о чём? — он встал и махнул рукой.
— Ты куда? — Дефне соскочила со стула и схватила его за рукав рубашки, не желая, чтобы Исо уходил к себе таким расстроенным.
— Домой, Дефо… Куда же ещё? — он смотрел с такой печалью, что её лицо непроизвольно сморщилось в сострадательной гримасе, она чувствовала себя виноватой и, по-прежнему удерживая его, преградила путь, став спиной к дверям.
— Исо, ну, прости меня… Не принимай всё так близко к сердцу. С чего ты делаешь такие решительные выводы, да ещё обзываешь себя… Хочешь, обзови меня, я не обижусь. — зачастила девушка и тут же удивилась нелепости своей фразы, вот уж точно, от бабушки она недалеко ушла.
— Тебя-то за что? — искренне удивился друг. — Не считай себя виноватой, Дефо. Это я откусил больше, чем смог проглотить.
— Послушай, Бельгин через день будет в Стамбуле, я позвоню ей и все узнаю. Ладно? «Если смогу из неё что-то вытащить», — подумала она про себя.
Мужчина поколебался.
— Как хочешь… Так завтра ты подъедешь с французами к мастерской около одиннадцати? — и, получив, утвердительный ответ, вышел.
Из окна кухни Дефне видела, как, сунув руки в карманы, он стоял у дома, подняв голову к небу.
Когда после своей «веселой» вылазки в Стамбул Гюпсе вернулась на работу, её ждал неприятный сюрприз, весь день Одри Дюмон избегала общения с ней, а если приходилось контактировать по делу, разговаривала сухо и настолько официально, что у Гюпсе от нехорошего предчувствия пробегал холодок по телу. Она прекрасно знала, о чём шепчутся люди за её спиной и почему лишний раз боятся вывести её из равновесия, да, вспыльчивость и бурная, необдуманная реакция были чертами её характера, однако, почти никто не догадывался, что она утрировала их, извлекая пользу из часто наигранных вспышек и получая, таким образом, многое из того, что не имела бы в обычных обстоятельствах. Когда это произошло в первый раз, женщина почувствовала себя неловко, но, увидев жалость на лицах людей и их предупредительное поведение, внезапно поняла, что подобные приступы создают почву для особого отношения к ней, ведь сочувствуя её болезненному состоянию, люди проявляли снисхождение и старались избегать конфликтов, даже если Гюпсе оказывалась неправа. Она пыталась практиковать те же приёмы и в отношениях с мужчинами, но там они не срабатывали, вернее, имели противоположный эффект ‒ мужчины тихо исчезали из её поля зрения. Женщина так сжилась со своей ролью, что теперь и сама не могла разобрать, что служило причиной внезапных взрывов отчаяния: болезнь ли вынуждала её прибегать к хитрости, или она была хитрой и притворялась больной, чтобы, играя на чувствах жалости или страха, манипулировать людьми.
Только один человек понимал причину такого поведения ‒ мать, последний раз, когда Гюпсе навещала её, женщина попыталась предупредить дочь.
— Мы редко видимся, и ты почти ничего не рассказываешь о себе, вернее, ты говоришь только то, что тебе на данный момент выгодно сказать. — заметив, как дочь усмехнулась, она удовлетворённо кивнула в ответ. — Да, Гюпсе, я хорошо тебя знаю. Может, спросишь почему? Мы похожи. Мне видно, как умело ты манипулируешь людьми, но я не осуждаю тебя за это, каждый пытается устроиться в этой жизни, как может.