Вампиры не обязаны... просить? (ЛП)

— Боги, я люблю тебя, — сказал он, скользнув в её тело.
Иш Таб закрыла глаза, наслаждаясь ощущением того, как он двигается в ней. Только на этот раз, он знал, что у них всё время мира. Она чувствовала его спокойствие и ничем не сдерживаемую страсть.
Небеса.
  
ГЛАВА 35
 
Первое февраля
Иш Таб надела своё любимое пастельно-жёлтое платье с белыми ромашками на тонких бретельках, и впервые за очень долгое время вошла в покои саммита с великолепной улыбкой на лице. Возможно, потому, что Антонио держал её за руку и не отпускал уже несколько часов, даже когда она направилась на утреннюю прогулку за душами. На самом деле, он, казалось, наслаждался прогулкой больше, чем она.
Женщина, которая волонтёрила в приюте для женщин, подвергшихся насилию, в последнее время переживала тяжёлые времена после смерти мужа. И Иш Таб впервые в жизни совершила очищающий ритуал как богиня счастья, что сделало её ещё радостнее. Конечно же, и Антонио перекусил. Просто удивительно, как он превращал тёмную энергию в пищу. Это означало, что Иш Таб теперь сможет помочь стольким людям, и не придётся тратить время на поиски членов загородного клуба. Они действительно идеальная команда и в любви, и в работе и в игре.
Антонио и Иш Таб направились к столу, но от увиденного она замерла.
— Кто это сделал?
Пенелопа и Кинич улыбнулись.
— Мы подумали, что ты заслужила новое кресло.
На каменной спинке было высечено несколько символов: перец чили, подсолнух и гигантское счастливое лицо. Иш Таб вздохнула.
— Спасибо. Это самый лучший подарок. — Она с гордостью заняла новый трон, а Антонио встал позади, когда Пенелопа начала собрание.
— Ладно, ребята. Призываю всех богов к порядку.
Пенелопа устроила перекличку. Помимо Иш Таб присутствовали Кьёк, Фейт, Бах, Бизз, Акна и Богиня Забвения. Не хватало Симил — она ещё находилась в тюрьме для богов — Зака, Маакса, Чаама и, к сожалению, Гая. На сердце Иш Таб стало тяжело. Она подавила порыв склониться к Антонио в поиске утешения. Есть боль, которую просто нужно чувствовать. Поэтому она подняла руку.
— Пенелопа. Прежде чем начнём, кто-нибудь слышал о Чааме и Мэгги?
Пенелопа посмотрела на руки.
— Нет.
Проклятье. Прошло больше недели.
— А Гай?
— Меня кто-то звал?
Боги все, как один, повернулись к входу. Гай стоял во всей своей Божественной красе, одетый в рваную, грязную одежду, но улыбаясь, как ребёнок, который только что нашёл десятидолларовую купюру.
Кинич тут же подошёл к нему и обнял.
— Твою мать, самое время. Где тебя черти носили?
— Сегодня утром нас освободили, — ответил Гай, — где-то к северу от пирамиды… нас просто выплюнуло в джунгли, и пришлось добираться до телефона, чтобы Учбены нас забрали. — Гай окинул его беглым взглядом. — Братец, это что, чёртовы клыки?
— Я тоже рад тебя видеть, — парировал Кинич. — А где Никколо и остальные?
— Никколо сейчас с Хеленой и своей дочерью — ему не терпелось их увидеть. Остальные сразу же отправились в Диснейленд в Европе, чтобы присоединиться к остальным вампирам — чертовски странно, на мой взгляд, но в последнее время странно для меня норма, — ответил Гай. — Что касается меня, я здесь, потому что не могу найти Эмму, её нет в её комнате.
Иш Таб улыбнулась.
— Она в тюрьме.
На лице Гая читался ужас.
— Что? Какого чёрта? Кто виноват?
— Она, — быстро добавила Иш Таб, — навещает бабушку.
Гай посмотрел на неё со слезами на глазах. Слёзы! У Вотана, Бога Смерти и войны, по лицу текли слёзы! Ад просто засыпало снегом.
— Х-х-хочешь сказать… — Он всхлипнул. — Бабушка Эммы не умерла? Я ведь не убил её?
Без сомнения, столкнувшись с бабушкой Эммы в битве, Гай верил, что убил её, и это могло привести к проблемам в их отношениях. Ирония заключалась в том, что никто никогда не выживал в драке с Гаем и не мог рассказать об этом. Кроме бабушки! О! С этим так будет весело!
— И не только, брат, — гордо сказала Иш Таб. — У Эммы есть для тебя маленький сюрприз.
Гай утёр слёзы.
— Какой же?
— Думаю, тебе лучше спросить у неё. А ещё будешь рад узнать, что я уже не Богиня Самоу… — Гай быстро ушёл, и Иш Таб не успела закончить. — Ну, и ладно. — Иш Таб улыбнулась Антонио. — Мне бы очень хотелось оказаться там и увидеть выражение лица Гая, когда Эмма скажет о беременности, — закончила Иш Таб.
— И что бабушка Эммы вылечилась, — добавил Антонио.
— Что? — спросила Пенелопа.
— Сегодня к нам приходила Эмма и умоляла Антонио высосать из неё эту гадость, — ответила Иш Таб.
— Не боялся, что убьёшь её? — поинтересовалась Пенелопа.
— Я пил медленно, и в её душе ещё оставалось много хорошего. — Он скривился. — У хорошего сока ужасный вкус.
— Эмма, должно быть, очень счастлива. Она вернула свою бабушку и мужчину. Боги, я обожаю хэппи энды. — Пенелопа вздохнула. — Окей. На чём мы остановились? — Она обвела взглядом сидящих за столом.
Иш Таб медленно подняла руку. Она не хотела этого делать, но стояла острая необходимость. Симил причинила столько вреда, в том числе тем, кем дорожила.
— Мы должны обсудить судьбу Симил.
Пенелопа торжественно кивнула и записала. Божества единодушно согласились.
— Я бы хотел вынести на обсуждение тему нашего брата Зака, — проворчал Кинич. Все подняли руки, и Пенелопа записала голоса.
— А ещё Маакс, который нарушил священный закон против путешествий во времени, — произнесла Фейт.
— Нет, не согласна, — прорычала Иш Таб. — Маакс сделал это ради спасения меня, чтобы я спасла Чаама, а за ним Гая и остальных.
Фейт посмотрела на Иш Таб.
— Он путешествовал во времени или нет?
— Да, но…
— Мы ставили на пересмотр этот вопрос? — спросила Фейт.
— Нет, но… — вставила Иш Таб
— Он находился под влиянием злой силы, заставившей его нарушить законы?
— Хватит, Фейт, — рявкнула Пенелопа. — Милый? — Она посмотрела на Кинича.
Он кивнул.
— Да. Мы должны обсудить факты — священный закон был нарушен, а это правило.
— Чёртово безумие! — Иш Таб всплеснула руками. — Его уже изгнали и сделали невидимым, лишили любого комфорта и общения на вечность. Его больше нечем наказывать.
— Вовсе нет, — возразила Фейт. — Можем похоронить его навечно.
— Фейт, ненавижу тебя.
Фейт улыбнулась.
— Это чувство взаимно.
Иш Таб посмотрела на Кинича и Пенелопу, но те покачали головой.
— Извини. Мы должны следовать правилам и, по крайней мере, обсуждать этот вопрос в соответствии с нашими законами.
Следующий час Иш Таб сидела, склонив голову, а дебаты продолжались, и завершалось голосование. К сожалению, возможности обойти то, что будет дальше, нет. Законы, которые они создали для поддержания баланса сил и защиты человечества от самих себя, теперь играли против Маакса. По иронии судьбы, эти же самые законы применяют для правосудия Симил и Зака.
Иш Таб почувствовала, как Антонио положил руку ей на плечо в успокаивающем жесте, когда озвучивали вердикты, и больше всего, за всё своё существование, она была благодарна, что не придётся столкнуться со следующей главой истории в одиночку.
Как же боги оказались в таком печальном положении? Да, много хорошего тоже случилось — все свободны и, конечно же, Иш Таб исполнила два своих сокровенных желания. Через семьдесят тысяч лет она уже не Богиня Самоубийц. И теперь у неё самый совершенный мужчина на планете, с которым можно разделить жизнь. Да, Вселенная к ней добра. Точно. И всё же наступали тёмные времена. Очень тёмные. Что бы там ни говорили, Симил предсказала конец света, и она никогда не ошибалась. Вообще. Что ещё хуже, богам придётся принять вызов, и их преданность разделиться. Потому что в комнате не было божества, которое не отдало бы свою бессмертную душу, чтобы сражаться за одного из богов, стоящих перед правосудием, и Иш Таб тоже.
Она пойдёт на всё, чтобы Маакса не наказали.