Изнанка Истины (СИ)
Всех раненых снесли в одну просторную избу, вокруг которой, несмотря на поздний час, толпилось полно народу. Жгли смоляные факелы, бестолково топтались на месте, переговаривались, напоминая встревоженный пчелиный рой…
«Глянь! Ельфа… Ельфу привели…». — загудело вокруг.
Мои сопровождающие, не церемонясь, попросту растолкали тех, кто стоял на пути к высокому срубному крыльцу, давая мне возможность подняться на ступени. Я дёрнула дверь на себя…
Поток яркого света резанул глаза, заставив прищуриться — но я уже пробежала просторные сени, на ходу скидывая сумку, краем глаза заметив кровь, размазанную по соломенной подстилке…
… Они лежали на лавках, на столе и даже на полу. Четверо молодых мужчин с мертвенно-бледными лицами. Двое слабо шевелились и постанывали, двое лежали ничком. Кроме них в комнате тоже находилось множество людей. Какая-то дородная старуха сиплым голосом отдавала приказы группке женщин; те без конца бегали, суетились вокруг раненых, таская воду и тряпки. Воздух вокруг, казалось, трещал от магии, — у стола спиной ко мне над одним из несчастных склонился Брат Витин, бормоча свои Обращения…
Я на мгновение застыла на пороге, оглушённая близостью ненавистного мне агмарилла, но стиснула зубы и, пересилив себя, шагнула вовнутрь.
Отстранила, потянув за плечо, одну из женщин, заслоняющих лежащее на полу тело — та было возмутилась, но увидела меня и прикусила язык.
Нет, этот парень явно был не жилец… Это было ясно с первого взгляда. Шея, грудь, живот — ни единого живого места… Шансов не было. Никаких…
Однако я всё же присела на корточки, наклонилась. Быстро проверила дыхание, пульс, зрачки. Увы, всё только подтверждало то, что я и так уже поняла — душа покинет это тело ещё до утра…
Я поднялась с колен, поймав на себе взгляд, полный страдания и мольбы… Встретилась глазами с красивой молодой женщиной, держащей на коленях голову парня. Едва заметно покачала головой и, переступив через ворох рваных бинтов под ногами, шагнула к следующему, стараясь не слышать за спиной безудержных, исступлённых рыданий…
… Здесь было проще — всего лишь разодранное бедро. Охотник был в сознании, но держался молодцом — только закусил губу от натуги. Так… Потерял много крови, и сейчас, несмотря на то, что удалось пережать повреждённый сосуд, корпия, которой была прикрыта рана, уже насквозь пропиталась алым… Я поднесла к его губам флакончик с болеутоляющим эликсиром, принудила запрокинуть голову, чтобы выпил одним глотком. Не самое приятное на вкус зелье, знаю. Но так хотя бы будет возможность сделать вот это…
Я принялась аккуратно сдвигать набухшие кровью бинты, щедро посыпая рану серым порошком из другого флакона, попутно проговаривая себе под нос обычную в таком случае кровезатворяющую формулу… Мужчина вскрикнул и почти тут же обмяк на руках кинувшегося к нему товарища. Полностью заглушить всю боль от этой процедуры травяной эликсир был не в силах, однако гибель от болевого шока теперь охотнику не грозила. Убедившись, что кровь больше не идёт, я обработала рану обеззараживающим настоем и, вставая, достала из бокового кармана сумки кусочек побега ядучки. Бросила в руки друга охотника — он на лету поймал и, следуя моему жесту, разломил его и поднёс к носу раненого. Тот закашлялся, приходя в себя — а я уже спешила к следующей лавке, на которой лежал невысокий коренастый мужичок с рваной раной в плече.
Впрочем, здесь ситуация уже была взята под контроль. Имевший место вывих к этому моменту вправили, и та самая толстая старуха, что, видимо, была здесь за главную, сноровисто зашивала бывшую не такой уж глубокой рану прокипяченной суровой ниткой… Судя по осоловелым глазам мужика, неподвижно глядящего в одну точку где-то на потолке, от боли его избавили с помощью магического транса. Грубо, но эффективно…
Здесь мне делать было нечего. Но оставался ещё четвёртый раненый. Я повернулась… и в этот миг жуткий, нечеловеческий вопль, донесшийся от стола, заставил буквально подскочить всех, кто сейчас находился в доме.
Брат Витин уже не бормотал — он почти выкрикивал непонятные большинству его соплеменников слова на чужой, Церковной Речи, высоко над головой держа агмарилловую звезду, которая стремительно наливалась белым светом. А лежавший на столе человек, раненый в живот, кричал дико, кричал бешено, не приходя в сознание, и извивался словно червяк, попавший на рыболовный крючок…
Отторжение!… Зубы предательски заскрежетали. Я слишком хорошо знала, что это, для того, чтобы поверить, что этого не может быть…
Раньше, чем успела понять, что делаю, я одним прыжком оказалась рядом со Светлым Жрецом и что было силы толкнула его в бок. Не ожидавший подобного Витин отлетел на несколько шагов в сторону. Светоч выпал из его рук. Глухо застучал по полу, покатился под стол, угасая на ходу…
— Ты… Да как ты смеешь, мерзавка!!!
В мгновенно воцарившейся гнетущей тишине толстый церковник ринулся ко мне, замахиваясь кулаком… Я без особого труда блокировала удар предплечьем, увернулась с траектории, оказавшись за правым плечом жреца, и крикнула ему прямо в ухо:
— Он умирает!!! Ты почти убил его, неужели не видишь?!
— Ты!… Маленькая… Паршивая… Дрянь!!!
Второй удар Брата Витина также не достиг цели. Борясь с отчаянным желанием ударить его в ответ, я отскочила к дальнему концу стола.
— Агмарилл! Ты пытаешься исцелить его, но для него это — смерть! Как… как для эльфа, для любого не-человека… Ещё немного — и он умрёт, умрёт страшно! Забери подальше свою звезду…
— Я… Тебя!…
И тут случилось то, чего я меньше всего ожидала. У меня… внезапно появился союзник.
— … Брат Витин! — Хриплый бас принадлежал дюжему мужчине, чья широкая спина в этот самый миг загородила меня от разъярённого церковника. — А может, ельфа-то… пусть её, а?
— Что-о-о?! — этот визг, похоже, должен был означать рёв… — Да ты! С-с-святотатец!!! Да ты… Ты знаешь, что я с тобой сделаю?!
— Пущай попробует, Светлый Брат… — мужчина вроде бы просил, но звучала просьба весьма решительно. — Я подумал… Ведь то, что на нас там, в лесу, напало… Мож-быть, то такая дрянь, что самой магии Пресветлого… ну, отвратна? И так отвратна, что и раненого этой гадиной она за неё принимает? И изничтожить хочет… А ельфа… ну, что она? Травки там муравки всякие… худа от этого уж точно не будет. Куда уж оно, хуже-то…
Говоря, он аккуратно, но уверенно оттеснял пышущего ненавистью жреца подальше от стола. Видя такое дело, второй человек уже поднял с пола агмарилловую звезду, аккуратно оттряхнул от пыли… Тем временем кто-то сзади осторожно постучал меня по плечу, а когда я обернулась, легонько кивнул головой — иди мол, смотри…
Я приблизилась к столу с противоположной от жреца стороны. Раненый был без сознания, весь в крови и поту. Я с трудом узнала Варду, который лишь недавно в добром здравии наведывался в мою избушку…
При ближайшем рассмотрении оказалось, что задет даже не столько живот, сколько бок. Рана была очень нехорошей… но ещё можно было побороться. Я глубоко вздохнула, задержав дыхание — от остаточных следов агмарилловой волшбы, словно от ледяной воды, сводило скулы и зубы — и замерла оттого, что поняла:
— А ведь ты, похоже, прав, охотник…
Придуманная широкоплечим селянином на ходу небылица оказалась до невозможного близка к истине. Дело было вовсе не в том, что организм раненого по какой-то причине вдруг отверг целительную магию агмарилла, как мне это показалось вначале…
Проклятый агмарилл не лечил — он убивал человека! Убивал жестоко и быстро.
Но почему?!
Я подалась вперёд, фокусируя на раненом иное — внутреннее — зрение… Мне нужна была его аура.
Перед глазами понемногу начали проступать радужные переливы, и я, не мешкая, сосредоточила внимание на том, что могло мне помочь…
Так… А ведь Брат Витин на самом деле пытался его спасти! Вот следы формул, которые он применял — снятие боли, заговор крови, попытка срастить рассечённые ткани… Простая и грубая магия людей, к тому же исполненная весьма «кустарно»- определённо, Старший Жрец не особо знался на целительстве. Но при обычных условиях, да ещё и опираясь на агмарилл, он справился бы неплохо…