Изнанка Истины (СИ)

Я знала протокол и хорошо представляла, что за всем этим последует. После положенных речей и церемоний, напыщенных и пустых, Evangerreill напомнит о Праве Благодарности, формально испрашивая одобрения Совета на ответный дар. Посовещавшись, Старейшие милостиво позволят преподнести принцессе какой-либо из принадлежащих Тёмному Пламени артефактов Малой Судьбы — за частичку Наследия Предтеч они не моргнув выложили бы и в десять раз больше. Ну, а далее по канону все должны разойтись весьма довольными друг другом, и через пару дней Тиру со всеми почестями сопроводят к границе.
Впрочем, не исключаю, что канон придётся перекроить. Хотя в отношении принцессы и артефакта это уже ничего не изменит. Только довольных резко поубавится… 
Топот копыт, звучно галопирующих по камню, заставил всех нас одновременно повернуть головы. Van в синем дублете, отделанном серебром, вылетел на подъездную аллею, мощёную белым мрамором, легко осадил жёлто-рыжего, точно сполох пламени, жеребца.
— Стражи и почётный эскорт ожидают в парке, — возвестил он. — Где принцесса?
— Уже здесь.
Тира выпорхнула из-за спины Альтара, точно только и ждала, пока о ней спросят, мгновенно приковав к себе взгляды. Я, не сдержавшись, одобрительно кивнула — молодец!… 
В отличии от многих других ролей, принцессу она не играла — это и была её настоящая суть, напротив, умело скрываемая до поры…  Сейчас она была собой — Тирой Рожерией, дочерью Императора самой влиятельной страны обитаемого Мира, пусть даже в силу обстоятельств путешествующей без свиты и налегке.
Лёгкий макияж подчёркивал пронзительную синеву глаз, совершенство черт, белизну кожи. Горделивый фамильный профиль так и представлялся на аверсе монеты…  Изящная подвеска с бриллиантами, украсившая простой с виду, но баснословно дорогой костюм, и пара таких же перстней на изящных пальцах отлично сочетались с холодным блеском светской улыбки.
— Ваше Высочество…  — Evangerreill стремительным гибким движением соскочил с коня, однако Альтар опередил его, подав принцессе руку, на которую та оперлась, и помог ей подняться в седло серебристой кобылы.
Рожерия сжала поводья, дожидаясь, пока рыжий и вороной тоже обретут своих седоков. Её взгляд нашёл меня, на мгновение остановился, едва уловимо теплея.
— Пожелайте нам удачи, — негромко попросила принцесса.
— Удачи, — лёгким эхом повторила я.
— Theidda Tearr, — глухо произнёс A'Kariaell за моей спиной.
Я обернулась — в тот миг, когда трое всадников стремительной вереницей пронеслись по двору и вылетели в увитую зеленью арку, заставив испуганно зашелестеть раскидистые кроны невысоких далл и цемерий.
— Странное чувство, — проронил Kar, не мигая глядя им вслед.
Я вопросительно приподняла бровь, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.
— Когда знаешь, что должен ехать, — словно через силу проговорил Страж. — Но при этом понимаешь, что придётся остаться.
Я не ответила, внимательно вслушиваясь в топот конских ног, плавно угасающий вдали. Для верности выждала ещё немного после того, как перестала слышать что-либо ещё кроме лёгкого шума молодой листвы под вешним ветерком.
— «Должен», говоришь?
Я обернулась к Стражу. В упор взглянула в его глаза, слегка расширившиеся от неожиданности:
— Тогда надевай маску и идём.
— Куда?
— Прежде всего на конюшню, ибо нам тоже нужны лошади. Пришла наша пора отдавать долги.
Пару мгновений A'Kariaell молчал. Затем, медленно склонив голову, произнёс:
— Ты всё же решила помочь Sirreajado. Что ж…  Уважаю твой выбор.
— Мой выбор продиктован отсутствием выбора, Seidannhe. - Kar понял меня совершенно превратно — но, Ночь мне свидетель, сейчас именно так было лучше. — Во имя памяти наших погибших братьев хочу верить, что ты не осудишь меня за него.
— Твой путь — мой путь, — мгновенно отозвался Страж, но за традиционно звучащей фразой мне почудилась настороженность: A'Kariaell знал и чувствовал меня как никто другой… 
Однако я не собиралась давать ему пищу для ненужных раздумий:
 
— Тогда — вперёд. Нам следует поспешить.
Конюшни Тёмного Пламени, извечная гордость и предмет личной заботы отца, всегда славились только самыми лучшими скакунами — и Evangerreill, как я уже успела убедиться, старался нигде не отступать от заложенных им традиций. Пришлось изрядно постараться, отбирая пару поскромнее и незаметнее. Под растерянными взглядами конюхов мы со Стражем, наконец, справились и выехали из Цветущих Садов, направляясь вслед за покинувшей их пол-оры назад торжественной процессией.
«Худшие из лучших», ступая исключительно мягким и плавным шагом, потихоньку несли нас к Раскрытой Ладони — пространству у подножия Великого Холма. Я намеренно сдерживала коней, пытаясь рассчитать время, и у нас была возможность хорошо рассмотреть, во что превратилась столица за минувшие семь с изрядным лишком зим, на протяжении которых мы были с нею разлучены.
Хватило нескольких беглых взглядов, для того, чтобы понять — Долина не изменилась. Ни капли.
Обласканная солнцем, яркая и свежая, утопающая в зелени и цветах, она продолжала привычно спать безмятежным младенческим сном в заботливых объятиях Вечности… 
Испытания и невзгоды, выпадавшие на долю Aellthae, всякий раз лишь бесплотными тенями проносились мимо Долины, не имея никакой власти над истинным сердцем страны. Быть может, так пожелал сам Tearr-Созидатель, в первый раз окинув взглядом с Холма Судеб благословенный край, который желал отдать своим детям…  А возможно, Долину всё ещё хранила магия Первых из Rocca, Предтеч, заложивших величественные постройки Храма Звёзд, Резиденции Ночи, Амфитеатра…  Я всегда помнила их такими — монументальными, совершенными, безупречными — в точности теми, какими видели их глаза сотен поколений Rocca до меня.
Всё оставалось прежним, родным до щемящей боли в сердце…  Белокаменные дороги, проложенные прямо через редкий хвойный лес. Небольшие замки и замысловатые домики в окружении вечнозелёных деревьев — на землях Тёмного Пламени в Долине испокон веков царили ель, сосна и благородный кедр. Изумрудное травяное море, расчерченное широкими улицами, ровными, как стрела, устремляющимися к Холму: на Ладони никогда не строилось жильё, кроме магических башен и келий одиночек-мыслителей… 
Мраморные статуи. Каменные беседки в обрамлении многоярусных цветочных клумб. Фонтаны с лазорево-голубой водой, над струями которых трепетали полосы радуги… 
Быть может, на самом деле я никогда отсюда не уезжала?… 
А Война и всё, что происходило после, лишь привиделось мне, неосторожно задремавшей летней порой на солнцепёке у искусственного пруда… 
Вот ещё пара мгновений — и лёгкое прикосновение к плечу заставит меня встрепенуться, распахнуть глаза, встречая действительность, пахнущую гибридными розами, горячим камнем и пылинками водяных брызг… 
И Christaienn, убирая пальцы, как обычно, мягко улыбнётся, не говоря ни слова.
Deanorr и Lu'Avenn чуть поодаль не упустят случая тут же сложить забавную шутку: один начнёт — другой закончит.
А A'Kariaell, самый старший и серьёзный, лишь качнёт головой и коротко заметит… 
— … Они уже приступили.
Я вздрогнула.
— Знаю, — сон, виденный наяву, мгновенно истаял лёгкой туманной дымкой. — Пусть так.
И развернула коня.
Отсюда к Амфитеатру, где неизменно под открытым небом заседал Совет, можно было проехать напрямик мимо Рощи Священных Озёр и Школы Чар. Однако прямой дорогой чаще всего пользовалась старшая аристократия Созвездий, и наши со Стражем шансы быть узнанными случайно, невзирая даже на полумаски и плащи, на ней возрастали в разы.
Поэтому, влившись в нестройные ряды простых Rocca, кровь которых принадлежала разным Ветвям Звёздного Древа, я и A'Kariaell обогнули Великий Холм по кружному пути. Под присмотром возвышающейся над нами Резиденции Ночи мы пересекли Дорогу Дюжины Шагов, ведущую от врат торжественно-строгого Храма к гранитным ступеням постамента Гласа Судьбы. Почти сразу за ними начинался, белея мраморными боками, внешний, самый широкий ряд полукруглых скамей.