Карта первого круга
Он повернулся ко мне, серьезно посмотрел и сказал:
— Я вызову тебя при первой возможности в своей комнате. Тихо себя веди, как появишься, я расскажу там, что и как. Запомни, я доверился тебе, но слежу за тобой. И если даже просто подумаешь меня предать, то поверь, я знаю, как тебя накажу.
— Конечно. Карта не даст ничего сделать, она следит за мной. И я ценю твое доверие, Аландор, ты нормальный парень, мы вместе сможем подняться высоко. С сильным призывателем одушевленная карта получает очень много. Поэтому можешь быть уверен во мне.
Это все сказал пацану с торжественным видом, периодически едва сдерживаясь, чтобы не выдать простреливающую боль. Вот мерзкая это оказывается штука. Новое тело ничуть не снижает ее, все ощущается превосходно, а еще она бьет не только по организму, но и по мозгам. Не испытывал раньше ничего подобного, но вещь хреновая, чувствуется, как будто сами мысли превращаются в осколки стекла от бутылки и любые размышления начинают их перемешивать, раздирая все внутри черепа.
Аландор выслушал меня, расслабился, заскочил на коня и двинулся домой. А я радовался последним секундам спокойствия, хорошей погоде и скорому избавлению от боли в полученных сегодня ранах.
* * *
Свое обещание парень сдержал, материализовав меня в собственной спальне. Окно было завешено легкой просвечивающей тканью, через которую можно было понять, что на улице уже стемнело. В комнате освещение давали несколько канделябров с восковыми свечами, заодно подогревая воздух. Обстановка была неплохой, мебель ручной работы, сделанная аккуратно и выглядящая дорого. Ковер на полу, гобелены на стенах, туалетный столик, пара тумбочек, небольшой диван и кровать с балдахином — это было все. Достаточно скромно, если брать по количеству предметов, но, благодаря этому, создавалось ощущение простора. А еще широкий шкаф стоял вдоль стены. Декор был подобран в кремовых цветах такого нежного оттенка, что не очень подходил мужчине, но, возможно, Аландору нравилось.
Сам призыватель сидел на диване, закинув ногу на ногу и держал в руках активатор. Настороженное лицо выдавало напряжение из-за запретного вызова карты и непроизвольного ожидания расплаты. Я сосредоточился, обострившийся слух разобрал далекие разговоры, которые вечерний ветер доносил через распахнутое окно. Вместе со словами он добавлял прохлады в нагретую спальню и освежал, рассеивая запах благовоний, стоявший внутри.
— Все хорошо? — негромко поинтересовался я у Аландора, осматриваясь.
— Да, — также тихо ответил он. — Я сказал, что собираюсь спать, поэтому сюда никто не войдет.
Я поднял ладонь, призывая его соблюдать тишину и бесшумно подошел к двери. Ковер и мягкие чешки отлично глушили звуки крадущихся шагов. Немного постояв возле входа, я тщательно прислушался к звукам с той стороны, но ничего не происходило. Вряд ли за парнем следили, но проверить стоило. Вернувшись на прежнее место, я ему сказал:
— У меня теперь хороший слух, с той стороны тихо. Там никто обычно не ходит или не ждет под дверью распоряжений?
— Нет, — немного запнувшись ответил Аландор. — Там мой кабинет, в который идет эта дверь, а затем уже выход в коридор. Но туда никто не зайдет без предупреждения, а ночью меня не тревожат.
Он продолжал выглядеть напряженным и надо было успокоить парня. Я вновь вернулся к двери, приоткрыл ее, бросив взгляд в другую комнату, оценил небольшую толщину створки и захлопнул.
— Все в порядке, если кто-то попробует туда зайти, я сразу услышу, дверь тонкая. Можно не беспокоиться. Тем более, Синдор же не шарахается ночами?
— Ни разу не видел в это время, — ответил пацан, начиная расслабляться.
Напряженные плечи опускались, пальцы прекратили теребить страницы активатора. Момент казался вполне подходящим, пора узнать все об этом мире и о картах.
— Расскажешь про себя? Я хочу знать, как тебе здесь живется, да и в целом, что происходит. Говорил, что с матушкой здесь вдвоем? — начал аккуратные расспросы, стараясь разговорить пацана и демонстрируя заинтересованность в собеседнике.
Мне повезло с этим призывом. Аландор явно хотел выговориться о своей судьбе, а сейчас находился в состоянии стресса и поисках поддержки. Несмотря на его отношение к существам из карт, как к предметам, моя человеческая внешность, осознанные, в отличие от неодушевленных образов, действия и эмоциональный контакт заставляли реагировать на меня, как на обычного собеседника. Ему не хватало внимания старшего по возрасту и в моем лице он нашел благодарного слушателя.
За час я узнал многое о нем, его жизни и чуть-чуть о структуре социума в этом мире. Он часто сбивался, перескакивал на другую мысль, ударялся в ненужные подробности или описания личных переживаний. Я не прерывал его, наводящими вопросами направляя в нужную сторону и терпеливо выслушивая все, что он говорил. Полученные сведения не только заполнили информационный вакуум, в котором я существовал с самого попадания в карту, но и добавили новых вопросов.
Аландор ар Говш был племянником Риндора ар Говша, человека, заключившего со мной контракт. Сам Риндор имел ранг призывателя четвертого круга и входил в управление клана Изумрудов. Сколько он уже живет племянник не знал, лет двадцать назад тот пришел в текущий мир и с помощью карт подчинил себе крупную область. На ее управление он поставил собственного брата, а сам с тех пор проживал в небольшом дворце, часто отлучаясь по делам клана или личным. Он служил постоянным напоминанием покоренным городам о положении вещей и поддерживал силой новое правительства при возникновении проблем.
Брат Риндора носил имя Владор, он объявил захваченные земли империей и правил ими от имени настоящего хозяина. Я не смог узнать об этом интересном моменте подробнее, в силу огромной неохоты Аландора обсуждать отца. И на это были причины. Единственное, он сказал, что Владор не является призывателем.
Парень родился от наложницы управителя империи. Его признали, что принесло пожизненный пансион на него и мать, весьма скромного размера, со слов Аландора. Таких бастардов было несколько десятков, Владор не стеснялся набирать наложниц и использовать их по назначению, а не только для коллекции или платонических отношений. Мать Аландора не удержалась при дворце и после рождения сына переехала в крупное поместье, где проживали девушки с такой же судьбой забеременевших наложниц. Пацан был никому не нужен, ни отцу, ни собственной матери, которая просто жила на всем готовом. Это я понял по некоторым моментам из жизни, которые он описал. С другой стороны, его положение было намного выше, чем у исконных жителей этих земель и его окружали раболепие и подхалимство.
Рос он среди таких же детей, но в восемнадцать вытянул золотой билет. В этом возрасте все в империи Говшан касались карты. С вероятностью один на миллион у счастливчика формировался активатор и отныне он становился призывателем. Событие чрезвычайно редкое и происходившее за время существования империи только дважды.
Сразу после этого на него обратил внимание дядя и имел с ним разговор. По итогу парень узнал, что теперь состоит в клане Изумрудов, он призыватель первого круга и его станут учить. В качестве наставника в этот мир прибыл Синдор, а самого Аландора с матерью переселили в отдельную усадьбу недалеко от второго по величине города в стране. Что интересно, с отцом он так и не увиделся.