Траун

— Сэр, высока вероятность того, что за вами всегда будет тянуться шлейф пошатнувшихся карьер. Фактически это уже происходит: командор Чино, адмирал Висковис, ректор Динларк — все они в разной степени стали неугодны системе.
— Это не входило в мои намерения.
— Я-то знаю, — уверил его Илай. — И причина не в ваших действиях. Просто такова политическая реакция... эм... на вашу персону.
— Когда я согласился служить Императору, у меня и в мыслях не было ничего подобного.
— Ваши мысли здесь роли не играют, — терпеливо пояснил адъютант. — Проблема в том, что вы не вписываетесь в аккуратную рамочку для офицеров флота. Вы не человек и, хуже того, вы не с Центральных планет.
— Вы, как и многие другие, — тоже.
— Но мы-то, провинциалы из Дикого космоса, не угрожаем всем этим ставленникам от политической элиты и их напыщенному самомнению. А вы изобличаете их недостатки, и за это вас ненавидят. А поскольку вы им не по зубам, начинается охота на тех, кто, по их мнению, помогает вам.
— На таких, как вы?
Илай отвел глаза. Да, на таких, как он. На тех, кто до сих пор ходит в том же звании, что и при выпуске из Академии, тогда как прочие усиленно карабкаются по карьерной лестнице.
Но речь-то сейчас не о нем. Он завел разговор только ради того, чтобы предостеречь чисса.
— Только если я в их глазах буду стоить потраченных усилий, — проговорил он, уходя от прямого ответа.
— Вы посоветуете мне сдерживать инициативу?
— Разумеется, нет, — отрезал Илай. — Если вы пойдете на попятный, погибнет больше народу и больше негодяев избегнут наказания. Я всего лишь хочу, чтобы вы не забывали, что постоянно находитесь под прицелом политического внимания.
— Понятно, — кивнул Траун. — Я тщательно изучу правила и приемы ведения боев на этом поле. На данный момент что можно сделать для командора Чино?
— Только с почетом проводить его, — предположил мичман. — Даже если вы сможете провести апелляцию по инстанциям, корабль ему уже не доверят. А так он хотя бы уйдет с высоко поднятой головой.
— Но нам известно, что победа была лишь частичной.
— Мы подозреваем это, — понизив голос, поправил его Илай. — Нет уверенности, что мы разгадали задумку Ночного Лебедя. — Он указал на видневшуюся впереди дверь с золотистой табличкой, на которой строгим шрифтом было нанесено: «Имперская служба безопасности», а чуть ниже: «Полковник Вульф Юл арен». — Может, здесь нас просветят.
Полковник Юларен поджидал их, сидя за рабочим столом.
— Капитан Траун, мичман Вэнто, рад вас видеть, — поприветствовал он офицеров. — Присаживайтесь.
— Благодарю, полковник, — принял его предложение Траун. — Я полагаю, у вас есть для нас новости?
— Да, но не те, на которые вы рассчитываете, — кисло протянул Юларен. — Кстати, о новостях: мне доложили, что командора Чино разнесли на трибунале в пух и прах. Сочувствую.
— Спасибо, полковник, — поблагодарил чисс. — Он был хорошим командиром.
— Да, мне говорили. Звезд с неба не хватал, но все равно не заслужил, чтобы его вот так поперли. — Полковник прищурился. — На вас это как-то отразилось? Я спрашиваю вас обоих, — добавил он, повернувшись к Илаю.
— Нет, сэр, явных выпадов не было, — сообщил мичман.
— Хорошо, — успокоился Юларен. — Верховное командование, может, и недолюбливает вас, Траун, но они не могут просто так отмахнуться от результатов вашей работы. — Он нахмурился. — К сожалению, наши результаты не чета вашим. Мы полностью проанализировали все доступные нам документы. Ночной Лебедь всплывает много где — от контрабанды металла и скупки старья до организации акций протеста и беспорядков. Но все равно нет ни малейшей зацепки, кто же он такой.
— Любопытно, — произнес Траун. — Вы говорите, что он организует протесты. Против кого?
— Да против всех, — хмыкнул Юларен. — В основном против правительства — местного и центрального, — но также и против корпораций, горнодобывающих артелей и даже транспортных компаний. — Он пробежал глазами по строчкам на экране компьютера. — Мы не нашли общих признаков у объектов его нападок. Как будто ему просто нравится мутить воду.
— Я могу получить сводку всех эпизодов с его участием? — осведомился чисс.
— Конечно. — Взяв со стола инфокарту, полковник протянул ее собеседнику. — Что вы надеетесь там найти?
— Закономерность, — ответил Траун. — Вы сказали, что выбор объектов кажется случайным, но я убежден, что там присутствует некая общность времени, места или участников событий. Большинство его схем посвящены хищению дуния или других ценных металлов. Есть ли вероятность, что и эти акции он затевает ради кражи или... — Он взглянул на Илая. — «Губудалу»?
Мичман нахмурился. «Губудалу»? Это еще что такое? Он быстро перебрал в уме корни слов на сай-бисти и их вариации...
Ага!
— Неправомерное присвоение.
— Спасибо, — проговорил чисс. — Может он затевать эти акции протеста ради кражи или неправомерного присвоения какого-нибудь частного или семейного горнодобывающего предприятия?
— Интересная догадка, — одобрил полковник. — Обычно контрабандисты, пираты и воры стараются не привлекать внимания. Но Ночной Лебедь будто нарочно везде оставляет следы. — Он пожевал губу. — Возможно, он готовит какое-то крупное дело и хочет отвлечь наше внимание. Помнится, во времена Войн клонов мы вели группу контрабандистов, которые устраивали поджог в одном конце города, чтобы туда стянулась полиция и пожарные, а сами грабили оружейный склад на другом конце.
— Вот-вот, — подтвердил Траун. — Что насчет Корусанта? Здесь возможны беспорядки?
— Ну и вопрос! — фыркнул Юларен. — Спуститесь на две тысячи уровней — и вот вам беспорядки во всей красе. А на четыре тысячи уровней вниз — вообще как будто в Дикий космос слетаете.
— Значит, почва для антиимперских протестов благоприятная?
— Пожалуй, — подтвердил полковник. — Однако наверху сосредоточены все рычаги власти, и у нас здесь лучшие в Галактике полиция, армия и частные охранные структуры. Если на то пошло, у нас даже есть залы для единоборств, где тренируют исключительно телохранителей для сенаторов и министров. Ночной Лебедь может гнать волну хоть до нового фестиваля Восхождения и ничего не добьется.
— Раньше казалось, что Нубия тоже застрахована от подобных происшествий. — Траун указал на заметку в своем планшете. — Однако беспорядки в резиденции мэра Атоллового залива доставили нам немало хлопот.
— Там другой случай, — рыкнул Юларен. — Нарушители подстроили увольнение всего кухонного персонала и внедрили в новый коллектив своих агентов. С этой пятой колонной можно учудить что угодно.
— Вот именно, — заметил чисс. — Вы сказали, что телохранители сенаторов тренируются в специальных спортзалах?
— Да, — протянул полковник, понимающе морща лоб. — Да, я вижу, к чему вы клоните. Но большинство клиентов этих спортзалов уже давно трудоустроены. Не думаю, что сенаторы обращаются напрямую в спортзал, чтобы найти замену или пополнить штат телохранителей. Скорее всего, это делается через специализированное агентство.
Хозяин кабинета поднялся:
— Тем не менее ИСБ уже давно не удостаивала эти заведения своим вниманием. Возможно, экскурс в бойцовскую субкультуру Федерального округа принесет свои плоды. Не хотите присоединиться?
— Добро пожаловать в спортзал «Йинчом». — «Мальчик, сидящий со скрещенными ногами справа от двери, степенно встает. Голос звенит чистотой юности, под налетом церемонности проскальзывает озорство. Он кланяется полковнику Юларену и его спутникам». — Оставь скуку и заботы, всяк сюда входящий, и приготовь тело и душу к тяготам и радостям битвы.
— Непременно, — пообещал Юларен. «Голос спокойный и представительный, но со смешливой ноткой, словно он ждет продолжения выступления». — Я полковник Юларен. Хочу поговорить с хозяйкой спортзала. Можешь ее позвать?
— Конечно. — «Снова кланяется». — Прошу, входите.