Однажды я умер (СИ)

Вновь его серые глаза поднимаются на меня, ведь я готовлюсь задать очередной вопрос. Однако в который раз ночной не перебивает меня заранее подобранным ответом, сжимая подтаявший снег в своей ладони. Интересно, он так себя ведёт по настроению? Не первый раз ведь он забывает о своей «прекрасной и ничуть не раздражающей» способности. Или же это такой необходимый эффект якобы уважения?
— Зачем? — выдыхаю я, затем поняв, что это звучит слишком уж просто, а посему я спешу несколько расширить и пояснить свой вопрос, пока провидец мне это милостиво позволяет. Или он думает, что я сама сейчас выдам ему возможные ответы? — Ты же сам говорил, что нельзя посвящать в твоё пророчество взрослых, а теперь готов потянуть с нами целого принца! Которого мы видели до этого лишь один раз и даже не знаем, можно ли ему вообще верить! Не в обиду, ваше высочество.
— Но-но-но, я хорошо знаю Холода! Ему можно верить, — вмешивается Каракурт, перестав наконец глазеть на снежную равнину.
Поравнявшись справа, песчаный осторожно пихнул меня в бок своим тёплым крылом, к которому я невольно подаюсь навстречу, стараясь как можно дольше греться о тёплую чешую дракончика. Хм, а может, вместо отдыха в болотной грязи стоит обзавестись парочкой песчаных, которые будут меня согревать в случае необходимости? Ээээ, это как-то не так звучит, Водомерка… И вообще, сейчас не время думать о столь странных вещах, в природе которых мне нужно разбираться в более спокойной обстановке.
— Каракурт, — обозначает своё знакомство с песчаным Холод.
— Давайте оставим семейные разборки на потом. — Несильно тыкаю я в живот кончиком своего хвоста песчаного, дождавшись, пока он неуверенно кивнёт мне в ответ. Надеюсь, я его не слишком расстроила и он понимает, что у нас сейчас несколько иные приоритеты. Мой взгляд возвращается к пророку. — Ну так что, Предвестник?
Пятнистый ночной ещё какое-то время молчит, видимо выискивая наиболее походящий ответ, который поможет ему выпутаться из сложившейся ситуации. Главное, чтобы он не начал затирать что-нибудь о «непостоянстве судьбы», иначе я приложу все силы, чтобы натравить на него мрачную Фирн. Да чего уж там, я даже следом за ней брошусь на ночного!
— Его вмешательство не вызовет серьёзных изменений, способных повлиять на мир в будущем. Более того, его судьба уже давно сплетена с нашей — мы бы всё равно встретились, пусть и при других обстоятельствах. — Это не совсем тот ответ, который я бы хотела услышать от ночного.
Нет бы сразу бы признался, что водил нас за нос и просто не хотел потерять возможность быть главным, которую у него бы обязательно забрали Драконята Судьбы в случае их вмешательства. Или какой у него может быть ещё мотив для подобного? «Построение светлого будущего, которому потребовалось это действие»?
Я тяжело вздыхаю и осторожно протираю глаза мокрой от снега лапой, чувствуя, как подтаявшие снежинки остаются на чешуйках, уже после срываясь вниз каплями холодной воды.
— Принц Холод, там, куда вы летели, вам бы рассказали о том, что Луновзору последний раз видели спешащей в сторону Ледяного Королевства. Вы бы отправились её искать, даже несмотря на опасность столкнуться с сородичами. — начинает тем временем ночной, переводя свой взгляд на помрачневшего от упоминания знакомого имени Холода. — И уже в Ледяном Королевстве мы бы столкнулись с вами. Примерно через пол дня скитаний.
Я вовремя замечаю, как Фирн нервно дёргает хвостом после слов Предвестника – шипы на его конце чуть было не въехали мне в плечо, но я успела отшатнуться в сторону, прижавшись к удивлённо мурлыкнувшему Каракурту. И тут же, не придав особого значения вопросительной интонации в его урчании, я от него отпрянула, раздражённо фыркнув в сторону боевой сосульки, не разбирающей в своей злости ни друзей, ни врагов… Ну, или, по крайней мере, своих невольных товарищей, с которыми она оказалась в одной тарелке.
— То есть встреча с принцем была неизбежна? — на всякий случай уточняет Циркон, опустивший свою ладонь на запястье Фирн, всё также придерживая и будто бы успокаивая ледяную.
 
— Именно, — подтверждает прикрывая глаза ночной дракон. — Я лишь немного ускорил эту встречу, посчитав, что нам будет полезно объединить силы… Хоть и цели у нас немного разные. Он ищет свою подругу, а мы исполняем пророчество.
— Я бы хотел узнать больше об этом самом пророчестве, — буркает недовольно Холод, в этот момент слишком уж напоминая Фирн. Интересно, может, они родственники?
Предвестник чуть заметно кивнул ледяному.
— Конечно. Только чуть позже. Сейчас несколько неподходящая обстановка.
Мне показалось, или на морде Предвестника — до этого лишённой каких–либо сильных эмоций — промелькнула пусть и грустная, но всё-таки улыбка, которую он тут же поспешил спрятать за маской «сострадания» к куда менее одарённым драконятам, не способным понять всю глубину его стараний? Надо будет обязательно послушать, что именно расскажет ночной дракон нашему «попутчику». А заодно и освежить память — я как-то и забыла все строки этого пророчества, восприняв их скорее как неудачную попытку ночного дракона прочитать какой-нибудь пугающий стишок.
На минутку отвлёкшись на забирающуюся под моё крылышко Тростинку, протискивающуюся между мной и песчаным, я оглядываюсь по сторонам.
Каракурт, на которого видимо свалилось слишком много событий и потрясений, пытается разобраться в происходящем, смотря по очереди на ночного, ледяного, заснеженную пустыню и меня, будто в надежде, что я сейчас всё брошу и примусь объяснять ему суть происходящего. Ога, вот мне больше нечем заняться. Выглянувшая из под моего крыла Тростинка с подозрением смотрит на ночного дракона, словно наконец-то начав его в чём–то подозревать. Циркон и Фирн стоят слева от меня, не спуская пристальных взглядов с Предвестника. Небесный хоть и сжимает сильно челюсти, но выглядит относительно спокойным, пока ледяная лишь начинает успокаиваться, всё чаще и чаще зыркая в сторону Холода. Ну а где–то за моей спиной недовольно сопит уснувший Лонган. Удивительно, что во время разгорающегося допытывания до истины, этот шумный дракон нашёл в себе силы покемарить. Ещё и на снегу, который он примял своими лапами. Возле него ошивается Сайда, видимо не решающая слишком уж близко подходить к пышущей злобой Фирн.
Ну и конечно же Звёздочка, которой предназначалось несколько особо грустных и обречённых взглядов со стороны Предвестника. Словно он просил у неё прощения за всё, не в силах отказаться от содеянного. В глазах сжимающей свой кулон в ладони драконицы застыло смятение. Будто она не знала, что ей думать и как поступать: стоит ли ей снять кулон и попытаться залезть в голову Предвестника, в отчаянной попытке разобраться, или же продолжать верить ночному дракону несмотря ни на что. Какая же ты всё-таки нерешительная, столько вопросов могла бы решить одним волевым выбором…
— То есть ты нам врал с самого начала, что взрослым лучше не участвовать в исполнении пророчества? — Возвращаю я свой взгляд к Предвестнику, на морде которого тут же застывает маска сосредоточённого спокойствия.
— Я надеялся на это, — отвечает мне провидец, крылом указывая на стоящего возле него принца. — Однако случай Холода уникальный. Его судьба связана с нами, хотим мы того или нет.
— Это с твоих слов он якобы с нами связан! А я вот проверить, врёшь ты нам сейчас или нет, не могу! Да и теперь он точно связан, после такого-то! — вспылчиво воскликнула я, тут же ощутив осторожный тычок носом в свою шею.
— Сестрица… — с лёгким укором в голосе бубнит Тростинка, выступая для меня своеобразным эмоциональным ограничителем. Всё–таки злоба и гнев не очень сочетаются с холодной логикой, которой я стараюсь следовать.
Предвестник в ответ лишь тяжело вздыхает, потирая передними лапами свои виски.
— Повторю: мы рано или поздно, но всё равно столкнулись бы с ним. Наши пути переплетены.
— Вы ведь не искали нас? — перебивает пророка Циркон, повернув свою морду к ледяному принцу. — И ничего не знаете о произошедшем в Яшмовой Горе?