Разящий клинок

Том бросился на него.
— Лакланы за Э! — проревел он и побежал со всей скоростью, какую позволяли израненные бедра.
Однако сэр Хартмут дал ему сделать всего два шага и тронул коня. Булава Черного Рыцаря опустилась — меч Тома взлетел.
Оба попались на крючок, а потому и ударили оба.
Том принял удар левым наплечником и грянулся оземь.
Сэр Хартмут принял выпад Тома на нагрудную пластину и вылетел из седла. Разница была в том, что сэр Хартмут поднялся целый и невредимый — пострадало только его достоинство.
Плохиш Том заработал серьезнейшее ранение в жизни.
Ранальд въехал в лес прогулочным шагом, его лучники сбились в кучу позади. Теперь он слышал шум битвы с трех сторон. Но деревья мешали обзору даже голые по зиме, и Ранальд не понимал, что происходит.
Он услышал боевой клич Тома и двинулся на него, однако и тут не отбросил осторожность. Подняв забрало и посматривая по сторонам, он перешел на рысцу.
Сперва он увидел арбалетчиков, а следом — Тома, одинокого, опустившегося на одно колено.
Ранальд крикнул Длинной Лапище:
— Прикрой меня!
Большинство лучников уже посыпалось из седел. Слуги хватали коней под уздцы, а лучники вскидывали и натягивали луки.
Ранальд выхватил копье из гнезда у правого стремени и пришпорил скакуна.
Он заметил, как справа сверкнул на зимнем солнце металл.
Там было три рыцаря — навскидку он понял, что все они не из наемной дружины. Они стояли между ним и его кузеном.
Он устремился к ним, опустив забрало на скаку, и вся четверка сорвалась в галоп — без всяких каверз в снежном лесу.
В шести скачках от преследуемых Ранальд сменил мишень. Его конь грациозно перешел на скрестный шаг, отклонившись на ярд от прямой, а Ранальд подался вперед, как на харндонском ристалище, и его противник отправился в полет. В нагрудную пластину ударило копье, но не ужалило — острие проехалось по V-образной выпуклости и улетело за правое плечо, сорвав наплечник, но в остальном не причинило вреда.
Ранальд не повернулся.
В десяти ярдах позади него Крис Фолиак вышиб из седла второго всадника, но после этого его конь поскользнулся и рухнул, подняв фонтан из снега и палой листвы.
Ранальд мчался к кузену.
Том стоял на колене, не в силах подняться и защищаясь обеими руками. Дюжий рыцарь — не меньше, во всяком случае, самого Тома — снова и снова бил булавой; затем он помедлил и метнул ее, как молнию.
Том пропустил удар, и оружие врезалось в забрало, сминая его.
Огромный рыцарь обнажил меч, и тот взорвался пламенем, а арбалетчики выдали себя воплем.
«Господи, сколько же их», — успел подумать Ранальд.
Длинная Лапища оказался на расстоянии выстрела, и первая стрела впилась в арбалетчика.
Ранальд слышал, как позади него рубится на мечах Фолиак.
Теперь бои завязались по всему лесу: вардариоты нахлынули с флангов, и он вдруг понял, что победа будет за ним. Но сперва ему предстояло избавить кузена от великана.
Ранальд сделал выпад копьем, метя в спину большого рыцаря, но тот в последний миг изогнулся змеей. Удар попал в цель, но противник непонятно как остался цел.
Зато огромный пылающий меч не коснулся Тома, и тот кое-как встал, а Ранальд пролетел мимо, что было силы осаживая скакуна.
Том ударил снизу, и Черный Рыцарь презрительно снес половину его клинка.
Том шагнул в сторону и метнул, как топор, оставшийся обломок в Черного Рыцаря, которому пришлось попятиться и парировать. Обломок со звоном ударился о навершие меча.
Том обнажил кинжал.
Наемное войско извергло лавину стрел. Враг устоял и ответил залпом из арбалетов.
Черный Рыцарь воздел свой горящий меч...
— С дороги, кретин! — взревел Ранальд и оттолкнул кузена бедром.
Он нес огромный топор — на длинной рукояти и с бородкой настолько длинной, что у нее была собственная головка; гигантская штуковина, стальной полумесяц на пятифутовом древке. Этот топор изготовил ему мастер Пиэл.
Том рухнул на колено.
Ранальд прикрыл кузена, и Черный Рыцарь обрушил на него мощный рубящий удар — обычный, с правого плеча, но с силой боевой лошади. Ранальд отбил его, держа топор ближе к телу. Звон стали разнесся по всему лесу.
— Итак! — произнес из-под шлема Черный Рыцарь.
Ранальд шагнул мимо кузена, держа топор за собой, как длинный хвост. Черный Рыцарь не моргнул и глазом, и Ранальд нанес удар.
Клинок Черного Рыцаря метнулся навстречу топору с проворством лосося...
Ранальд крутанул огромным лезвием — его удар был обманкой. Он поразил кисть Черного Рыцаря торцовым шипом и рукоятью блокировал ему левое запястье.
Затем шагнул вперед и превратил топор в рычаг, чтобы повергнуть здоровяка наземь.
Лежа навзничь, Черный Рыцарь ударил по-кошачьи стремительно, и пылающий меч глубоко погрузился в левый наголенник Ранальда.
Тогда Черный Рыцарь уподобился акробату, выполнил задний кувырок через голову и оказался на ногах.
От боли все мысли у Ранальда спутались.
Черный Рыцарь наспех отсалютовал.
— Похоже, что ваши лучники превзошли моих, — сказал он, пятясь. — А мои союзнички, бесполезные псы, сбежали домой. Мы еще встретимся, сэр рыцарь.
Он сделал еще шаг, другой.
Ранальд хотел пуститься в погоню, но земля была залита кровью, и не только Тома.
Арбалетчики не выдержали.
Командир, человек в добротных доспехах, пытался сплотить их, пока не увидел, что приближается сэр Майкл с дюжиной тяжеловооруженных всадников и столько же вардариотов. Тогда он перебросил ногу через седло и понесся прочь.
Ранальд попытался перевязать свою рану, и к нему присоединился Фрэнсис Эткорт.
— Что с тобой стряслось? — спросил Ранальд.
— По голове ударил кто-то, — улыбнулся Эткорт. — К счастью, он не задержался, чтобы взять меня в плен. — Он посмотрел вслед галлейцам. — Кто это был? Очень, очень хороши.
— Лучше меня, — буркнул Том. — Христос воскресший, что это был за урод?
В пяти лигах к западу и двумя днями позже Плохиш Том стоял на главной башне фортификаций Осавы. Падал снежок, и Том вглядывался в озеро, словно призывая галлейцев вернуться и исполнить свой долг. Внизу, во дворе, крупнейший за двадцать лет меховой караван Мореи разгрузился и тронулся в путь, направляясь в холмы под зорким присмотром костяка имперской армии.
Плохиш Том притопнул и нахмурился.
— Выше голову, Том, — сказал герцог. — Мы найдем для драки кого-нибудь еще.
Том выругался и бросился по ступеням вниз, к коню. Герцог последовал за ним.
— Что, маневренная война? Я не дурак, ты перехитрил галлейцев, а бой им дали только в засаде. Но... — Он пожал плечами. — Война без боев? — Том буквально выплевывал слова. — И Ранальду вчера досталось все, а я проиграл. — Он потупился. — И потерял Филиппа.
Ранальда опутали чарами, перебинтовали, и он был все еще бледен. Плохиш Том приободрился. Но Ранальд стал героем дня, и Том прилюдно выразил ему благодарность.
— Ты спас меня, кузен, а этим похвастаются немногие.
Вид у Ранальда был сконфуженный.
— Я хочу еще раз встретиться с этим Черным Рыцарем. Фракейцев хитроумными маневрами не возьмешь.
Красный Рыцарь со смехом положил руку товарищу на плечо.
— Весной будет много битв, Том. Поэтому отправляйся домой и поднимай свою пехоту. Приведи всех танов и мужиков, каких соберешь, и гони все стадо в гостиницу, в Дормлинг, когда дороги замерзнут. А всю оставшуюся зиму лечись. Ты ранен.
— Так оно и есть.
Том мог ходить, но бедра ныли; мог двигать правой рукой, но левая — даже после мощной ворожбы — казалась ледяной.
— Ты мне приказываешь? — набычился Том.
— Нет, — покачал головой герцог. — Вовсе нет. Я прошу: как Мегас Дукас — гуртовщика.
— Видит око, да зуб неймет, — кивнул Том. — Но я пойду. Без гуртовщика не обойтись. И я буду там, если смогу.
— Змей поможет, — сказал герцог.
— Надеюсь, пособит мой кузен. — Том повернулся к Ранальду.