Осколки воспоминаний (СИ)

— Виноват. — ответил я на замечание, после чего, с интересом внимательно осмотрел данные сканеров, выведенные на экран.
Сигналы были странными. В том плане, что на залежи руды и ресурсов они никогда так не реагировали. Понятно, обычно сказывалась определенная неточность, глубина залежей, сама структура породы и прочие вводные, но не до такой степени. Хм. Я задумался.
— Так…интересно. Большая площадь, более двухсот метров. И сильные помехи, будто сканер просто не видит большую часть. Не могу сказать точно, но это определённо не природное явление… — высказал я свое мнение на счет увиденного. — Мое предположение, что там что-то спрятано. Может, база какая? Пиратская. Я бы проверил, командир. Виктор, а ты что думаешь? — повернувшись, я посмотрел на него заинтересованным взглядом.
— Да мне как-то без разницы. Можно и глянуть, всё равно на планету спускаться. — хмыкнул он. — Куда вы, туда и я, знаете же.
— Окей. — согласился наш командир, потирая подбородок. — Тогда решено. Идем в сектор Б4, потом занимаемся основной задачей. Серега, — обратился он к сидящему недалеко высокому парню, — доложи наверх, ты слышал. Макс, ты готовь челнок. Вылетаем через пол часа! Бегом марш! Ах, да, Глеб. Собери взвод. С нами полетят.
— Хорошо. Всех берем? — спросил я.
— М… — он задумался на пару секунд. — Бери три пятерки.
— Понял. — сказал я и пошел выполнять задачу. Краем уха я услышал, что дали добро на высадку.
Пятерка состояла из четырех бойцов и оператора разведывательных дронов. Военизированные подразделения Имперской пехоты, работающие на земле и в космосе. Все десантные, штурмовые и отряды прикрытия и обороны в основном состояли из этих людей. Современная экипировка, что из года в год обновлялась, позволяла выполнять самые различные задачи, не зависимо от сложности.
Дроны же, работали по системе «роя». Эти творения были созданы еще сотни лет назад, но по сей день так и не потеряли своей актуальности. Благодаря использованию новейшего искусственного интеллекта, их использовали во всех сферах военной и научной деятельности, начиная от изучения и разведки особо опасных мест и заканчивая диверсиями в тылу врага. Маленькие машинки на атмосферной тяге, размером с аптечку, залетали почти в любые доступные места, а специальное покрытие и угловатая форма позволяла не светиться на многих стареньких радарах.
У меня невольно возникла мысль, не многовато ли народу выйдет в группе? Если прибавить к пехотинцам командира, связиста, меня, Виктора, а также целый набор оборудования и техники… В итоге то получается полноценный рейд. Хм. Ну да ладно, командиру виднее.
***
Группа собралась, а техники заканчивали погрузку оборудования.
Я, пройдя следом за Виктором в оружейную, получил свой автомат, калибра 8 мм и пошел к челноку. Стандартное имперское оружие, принятое… уже даже не помню, когда. Являло собой стрелково-пушечный комплекс с целым набором разнообразных модернизаций и калибров под любые нужны и задачи. Хорошая пушка, больше нечего сказать. Тяжеловата только была, зараза.
Через тридцать минут, как и было оговорено, наш главный механик и по совместительству — пилот Макс запустил двигатели челнока и отстыковался от материнского корабля.
Я глянул в небольшое прямоугольное окно позади меня. «Вильям Биб»… Белоснежно белый, как, впрочем, и основная часть флота. Центральная застекленная шахта с каютами и прочими помещениями для обеспечения жизни на судне с прекрасным видом на космос. По одну сторону шахты, в носовой части находился капитанский мостик. Под мостиком располагался ангар, где недавно покоился наш челнок, а также складская зона. По другую сторону шахты, в корме, то есть, своё место занял термоядерный реактор и пара прыжковых двигателей.
Мои размышления о прекрасном прервала начавшаяся тряска, заставившая меня схватиться за поручни. Челнок стрелой вошел в атмосферу Галоцерона. Наша цель была в трехстах двадцати километрах впереди, потому для экономии топлива это был самый эффективный маневр. Планируя на широких крыльях, наше небольшое судно неслось к точке высадке.
Датчики показывали повышенную температуру поверхности планеты в районе пятидесяти градусов. Довольно холмистая местность, местами переходящая в отвесные скалы.
Слушая семиэтажные маты нашего пилота, мы приземлились в каньоне в полутора километрах от места, где был обнаружен сигнал. Как не пытался он найти место для посадки, без конца сканируя местность на предмет более-менее ровно площадки, таких не было.
Как только шлюзовые ворота открылись, вся наша компания дружно десантировалась на землю. Командир сразу начал отдавать команды по организации обороны и развертыванию полевого лагеря на основе челнока. Операторы активировали дронов, и те сразу же улетели на разведку. Один же завис над лагерем, работая передатчиком и главным узлом «роя».
Пока группа организовывала лагерь, я ходил вокруг, да осматривал местность. Взял в руку немного земли. Как же это знакомо…Камни были покрыты песком и землей с желтовато-ржавым оттенком. Сама почва, что когда-то давала жизнь, была мертва. Ни кустика, ни деревца, ни даже травинки. Вообще ничего. Прошелся огнем и мечем? Ну да, ну да.
Единственное, что мне было неясно, так это как тут выживали пираты? Если у них тут подземные базы с организованной системой…хотя стоп, а вода? Банально, даже воды нет. Сколько не сканировали планету с орбиты, никаких намеков на воду не было. Мертвая планета. А запасов комплексов надолго не хватит. Надо бы обсудить это с Виктором. Потом, на досуге.
Виктор, к слову, мой давний друг. Еще юнцами мы с ним мечтали попасть во флот. Военный флот. Ведь вот она, мечта любого имперского мальчика! Попасть во флот и улететь бороздить бесконечные просторы космоса…Но судьба распорядилась иначе. Один день, один обычный солнечный день на Земле закончился слезами, гневом и многими потерянными жизнями. Несколько взрывов, произошедших в филиале Государственной Академии орбитальных систем защиты и нападения, в которой я учился, унесли жизни многих курсантов и студентов. Будущих пилотов, механиков, канониров. Офицеров и рядовых. Отцов. У Виктора, находящегося в здании филиала в тот злосчастный день что-то сломалось внутри. Он закрылся в себе. А через полгода после тех событий бросил обучение и перевелся в Медицинский университет, который закончил несколько лет назад. Ну а потом, по чистой случайности, я его встретил на одном из кораблей. Я к тому времени уже дослужился до замкапитана. С тех пор я старался его поддерживать во всем, в чём мог.
— Все готовы? Внимание! Выдвигаемся, держим дистанцию, всё как было оговорено. Не отстаем, в случае обнаружения подозрительных предметов или движения — сразу доклад! Пошли! — скомандовал командир, после чего вся группа выдвинулась в сторону горы перед нами.
Пехотинцы шли впереди, разведывая обстановку, все время оглядываясь и поглядывая на сканеры. Я, Виктор и командир со связистом шли следом. В тылу так же шла пара бойцов. Макс остался в челноке и поддерживал связь с орбитальным кораблем, также передавая туда все данные, что видел «рой».
Через минут двадцать наша колонна подошла к подножию горы. Она была…обычной. Голая, высокая, скалистая. И без единого намека на то, что здесь была база. Никаких шахт, пещер или ворот мы не увидели. Сканы также молчали.
— Видно что? — спросил командир у одного из бойцов, что шел перед нами.
— М…примерно в двухстах метрах от нас самый сильный сигнал. Если судить по данным, то сигнатура, что мы обнаружили, находится прямо перед нами в основании горы. Рой также ничего не нашел.
— Ясно. Всем! — выкрикнул он, чтобы все услышали. — Прочесать территорию, идем парами. Быть на связи, через час сбор на этом самом месте. В случае происшествий или находки — доклад! Сверка часов! Раз, два, три! Всё, расходимся.
— Виктор, пойдем. — позвал я своего друга.
Все уже рассосались по территории, потому особого смысла выбирать, куда идти, не было. Поиски проходили в спокойной обстановке, и ничего не мешало мне обдумывать свои мысли. Виктор молчал и ходил следом, разглядывая неприглядные булыжники и ямки. Я делал тоже самое. Виктор вообще с того самого случая стал молчаливым. Я ни разу не видел, чтобы он искренне улыбался. Я пытался привести его в чувство, но всё заканчивалось неудачей. Я не мог ему помочь с его прошлым, как бы сам этого не хотел.