Тот ещё подарочек (СИ)

Вернули меня в спальню вымытую, вылизанную в полном смысле этого слова и женщиной, довольной всем. Уснула, стоило лишь голове коснуться подушки. Кошмар! Даже не оделась, так обнажённая и уплыла в мир грёз в объятиях Гри на лепестках роз, аромат которых вплетался в тихие ноты музыки.
Утром я проснулась и поняла одну интересную вещь. Взрослой женщиной ты становишься не когда тебе исполняется восемнадцать, а когда у тебя появляется мужчина. Всё просто и сложно одновременно.
Моё пробуждение напугало меня до икоты. Я не привыкла спать с кем-то, и тяжесть чужого тела для меня стала неприятным сюрпризом. Затем приятным, потому что, обернувшись, увидела Гри, который сразу начал приставать ко мне с поцелуями и расспросами, как я себя чувствую, не болит ли у меня где, и понравилась ли мне ночь. В общем, довёл меня до состояния крайнего смущения, а потом и вовсе навалился всем телом, коленями заставляя открыться ему. Облизнув пальцы, он игриво провёл по складкам, тихо шепнул:
— Я должен проверить не навредил ли.
Соблазнитель! Я же до сих не верила, что решилась на это, сказала ему «да». Даже больше, сама чуть не оседлала его как жеребца!
— Регенерация у манауканок такая же, как у мужчин, — напомнила наставительно, не желая поддаваться его уловкам.
— Тогда стоит проверить, не заросло ли, — выдал этот шутник, за что получил кулаком от меня по плечу. Но я тут же расслабленно застонала, так как искуситель что-то задевал в потаённом местечке, и я готова прощать ему что угодно.
Ничего точно у меня там внутри не болело, зато всё проснулось, запело, сжалось в клубочек, взмолилось не останавливаться.
— Гри! — выдохнула я полустоном.
Мужчине другого приглашения и не потребовалось. Он просто навалился всем телом, даря тепло и наслаждение, осторожными толчками заполнял меня. Неспешно двигался. Его губы успокаивали, окрыляли.
Бабушка Желиана права, манаукцы созданы из страсти. Я растворялась в неистовстве, которым Гри нещадно меня одаривал, пару раз укусила его руку, оцарапала плечи. Бурель перевернул меня на живот и, поставив на колени, стал вторгаться в таком темпе, что я улетела в считанные секунды, ведомая его рукой, ласкающей мою промежность. Вся влажная, утомлённая, я с трудом восстанавливала дыхание, любуясь на развалившегося возле меня мужчину. К его вспотевшему телу прилипли алые лепестки, потерявшие за ночь свою свежесть. Я ревниво сняла этих прилипал с моего мужчины, бросила на пол, теперь он только мой и точка. Это было так здорово. Купалась в ласкающем, нежном взгляде, прижимала его ладонь к своей щеке. И были мы во всём мире лишь одни, пока не позвонила мама.
— Заюшка, ты на завтрак не придёшь? — удивлённо спросила она, рассматривая меня, прячущую под подушкой лицо Буреля.
Наглец какой, нет бы предупредить кто звонит! Без спроса взял мой коммуникатор и принял вызов, благо успела среагировать.
— Ой! Я, кажется, проспала! Скоро буду!
— А ты где? — нерешительно спросила мама, вглядываясь в экран.
— Да так, — отмахнулась от вопроса и выключила коммуникатор.
— Гри! — возмущённо закричала, откидывая подушку от смеющегося нахала. Его рука поглаживала мою обнажённую ягодицу, сильно возбуждая и не давая сосредоточиться. — Мы проспали!
— Я проснулся рано, — стал спорить этот самодовольный искуситель, — и наслаждался дивным видением. Любовался спящей любимой в своей кровати после самой прекрасной ночи, что она мне благосклонно подарила. Так что у меня есть веская причина.
Я бы вспыхнула от смущения, умей я краснеть как земляне. Поцеловала в ответ этого несносного мужчину и стала выбираться из кровати.
— Как теперь объяснять, почему не ночевала у себя в спальне, — проворчала, направляясь в ванную комнату. Бурель догнал меня, притягивая к себе, тихо шепнул:
— Завтра на светском рауте всё объясним.
— Какой еще светский раут? — замерла, удивлённая до невозможности, ни о каких раутах меня никто не предупреждал.
— Завтра я официально сделаю вам предложение руки и сердца, моя янара. Вы же этого желали.
Я опешила.
— Да, но я не готова ещё дать ответ!
— Вам не понравилось? — удивился Гри, насильно заводя в душ. — У вас есть ещё сомнения в том, что мы просто созданы друг для друга?
— Вообще-то есть! — возмутилась и прижалась спиной к прохладной стене душевой.
— Готов их развеять, — обнимая за талию, прошептал Бурель, но я отклонилась, недовольно хмурясь.
— А если я скажу «нет»? Вы готовы к этому? — грозно спросила, потому что терпеть не могла когда на меня давили.
— Да, — кивнул Гри. — Я же сказал, что одно ваше слово решает всё.
Я ничего не понимала. Он созвал раут, чтобы сделать мне официальное предложение! Не объявить о помолвке, как у землян, нет! Просто сделать предложение руки и сердца, как я хотела.
— Гри, давай поговорим, — попросила я, выставив руки, попыталась оттолкнуть от себя мужчину. — Я еще не готова дать ответ.
— У меня есть этот день и ночь, потом ещё день. Не думаю, что вам требуется больше времени для того чтобы принять решение, моя янара. Если я не достоин быть вашим мужем, на том и расстанемся. Завтра всё решится, а пока позвольте мне насладиться вами, возможно, в последний раз.
Он был очень нежным, я не смогла отказать. Отвечала ему с тем же пылом, каким одаривал он меня. В общем, на завтрак я опоздала окончательно, но родители меня дождались, им явно было любопытно, что у меня происходит.
Отец вообще так прямо и спросил, строго сдвинув брови:
— Вы переспали?
У меня язык к нёбу прилип от испуга.
— Кош! — возмущённо ахнула мама.
— Бурель, ты что же, соблазнил мою дочь? — обратился тогда папа к Гри, который от меня ни на шаг не отставал. Просто преследовал, словно боялся, что я сбегу.
— С её позволения соблазнил, — не стал отпираться самодовольный предатель, не мог промолчать, я бы сама всё родителям объяснила. — И завтра буду делать ей предложение.
— Господи! — выдохнула мама, взмахнув рукой. — Что вы не по-людски-то! Сначала же предложение надо делать, а потом соблазнять!
— Бесстыдник! — поддержал отец маму. — Маша, а ты что скажешь? Наказать мне его? Вызвать на поединок?
Я вздрогнула, схватилась за спинку стула, чтобы не упасть. Вот уж чего точно я не желала, так это видеть, как отец и Гри схватятся из-за меня в поединке чести. Этого просто нельзя допустить. Мама была со мной полностью согласна и запричитала, что никакой драки не будет. Я тоже высказалась негативно по поводу этой идеи. А Гри приобнял меня за плечи, словно успокаивая.
— Я приму любое наказание, какое решит назначить моя янара, — заявил, ласково целуя в макушку.
Я же закатила глаза.
— Да что за театр одного актёра! — возмутилась в ответ. — Папа, и ты туда же. Ты же знал, что так всё и будет!
— Кошир! — возмутилась мамуля, готовая встать на мою защиту даже против отца.
— Томочка, ты же тоже знала, что эти двое поженятся. Сама же мне говорила об этом на днях.
— Кош! — ахнула мама, бросив испуганный взгляд на меня.
Я очередной раз подавила желание застонать в голос. Конспираторы! Ну и семейка. Все всё знали и делали вид, что сюрприз удался. Я ведь тоже хороша. Тоже знала, что не устою перед соблазном. Как узнала об идее бабули свести меня с Бурелем, так и преследовала его, приглядывалась и радовалась, потому что сразу в него влюбилась, просто из упрямства не хотела подчиняться чужим решениям.
Села за стол, Гри придержал для меня стул и сел рядом. Впервые за пару лет он сидел со мной за одним столом как равный по положению, и это не могло не смущать, ведь ни мама, ни отец не одёрнули его.
— Шиямата уже вылетела, — отчитался Бурель отцу, затем маме: — Ваша матушка тоже вылетела, я проследил, чтобы она добралась максимально комфортно.
— Ой, Гри, это так мило с твоей стороны, — расчувствовалась мамуля, и я, если честно, тоже. Бабушка Оксана не любила перелёты, поэтому особенное внимание к ней Буреля импонировало.