Кровавый вкус победы (СИ)

- Я бы ожидал услышать такой план от разведки, но от тебя - в последнюю очередь, - честно признался я.
- Война учит нас мыслить нестандартно, - парировал Дель Котль. - Кому, как не тебе, это знать.
- Генерал, пожалуйста, - одними губами прошептала Алия.
Я внимательно посмотрел на провидицу, перевёл взгляд на Анжелику, жмущуюся к благостно улыбающемуся демону. Кажется, мне следует согласиться лишь только потому, чтобы эти двое никогда не превратились в чудовищ, наводящих ужас на мирные земли. А сколько ещё душ можно спасти от нечестивой участи ночного охотника?
Я медленно кивнул :
- Быть посему.
========== Эпилог ==========
Я небрежным жестом заправил за ухо упавшую на глаза прядь, отложил перо и быстрым оценивающим взглядом пробежался по ровным рядам строчек на листе бумаги, по стопке листов, покоящихся на краю стола….
Поднял голову и полюбовался на полную луну, освещающую лес, пробуждающийся от зимней спячки, и положил в стопку последнюю страницу.
«Смерть — это только начало»
Что заставило меня написать эту историю? Вряд ли я взялся за перо ради того, чтобы когда-нибудь потомки рода Дель Аркуа смогли понять и оправдать своего родича, оказавшегося по ту сторону света. Более того, я надеялся, что они никогда не увидят этих строк. Они запомнили меня героем освободителем — путь так будет и впредь, ради доброго имени благородного графского дома.
Считал ли я сам себя героем? Нет — я просто делал свою работу. И буду делать ее во веки веков — блистательным ли генералом на белом коне, невидимым ли стражем, что хранит королевство от неутолимой жажды детей ночи.
Принятие последнего далось мне с большим трудом — но больше я ни о чем не жалею.
Первое время мне несколько претило изображать из себя барона рэдмутского, но вскоре, когда вся старая прислуга была либо уволена, либо завербована, я, наконец, смог заняться главной задачей.
У Антинаэля, надо признать, довольно забавное чувство юмора — с его легкой руки наш клан стал называться Эр’хант Со’льем, что на языке Низвергнутых означает «Странствующие под Солнцем». В частности, надежда обрести способность противостоять губительным лучам привлекала в Рэдмут все больше как одиноких вампиров, так и целые группировки. Кто-то, конечно, предпочел остаться вольным охотником, но все равно нехотя признавал правомерность власти «древнего». И спустя не более полутора лет я был единогласно избран Князем всех вампиров.
Алия отказалась возвращаться в Кальшехран и осталась со мной, за что я испытывал к оракулу величайшую благодарность. Пожалуй, только ее кроткая поддержка и позволяла мне сохранять спокойствие, когда в замок заявлялись очередные наглые и самоуверенные молодцы, мечтающие доказать мне, что политика клана Эр’хант Со’льем слишком мягкая по отношению к людям, а потому никуда не годится…
Антинаэль, конечно, ничуть не изменился. Несмотря на свой многовековой опыт, он добровольно передал мне (хотя первое время казалось, просто-напросто свалил на меня) управление кланом. Сам демон предпочитал давать советы, следить за порядком и, явно издеваясь, величать меня на тарнедорский манер: «мой лорд». Но именно благодаря ему наше убежище избавилось от бестолкового убранства, приобретя вид немного мрачноватый, но изысканный и загадочный. Несмотря на то, что я охотно критиковал вкус барона, на то, чтобы все гармонично переделать у меня бы просто не хватило терпения.
А вот Анжеликой я, пожалуй, мог бы гордиться. С годами она растеряла большую часть своей спеси и колючести, из взбалмошной и высокомерной скандалистки превратившись в опытную и рассудительную наставницу для новых членов клана. Я долго раздумывал, прежде чем поручить ей эту задачу, но бывает же такое, что ответственность заставляет стать серьезнее, неважно человек ты или вампир. Лишь одно осталось неизменным: мне до сих пор временами хочется ее убить…
Из задумчивости меня вывели приглушенные голоса из коридора:
— Нашли?
— Никаких зацепок.
Я бесшумно отодвинул стул, прошелся до двери и прислонился к ней правым ухом.
— А если он наткнется на него первым?
— Не волнуйся, дядя, все идет по плану.
Голоса смолкли — демоны опять меня заметили. Всегда замечают. Я открыл дверь и в который раз залюбовался безупречной фигурой Тари, которую сегодня она предпочла подчеркнуть пышным вэлифарским платьем, с каркасной юбкой и глубоким декольте.
— Ты восхитительна, — я улыбнулся и поцеловал ей руку — демоницу веселили людские церемонии, а мне было только приятно ей подыграть. Спросил, как будто невзначай: — Ты кого-то ищешь? Я могу помочь?
— Не стоит беспокойства, — глаза Тари блеснули так лукаво и маняще. — Ищу дядину старую рукопись, до которой еще не добрался Ниграмотеп. Знаешь, твой подход к организации вампиров идет вразрез со всеми его расчетами, знакомые и причастные начинают посмеиваться, а наш горе-изобретатель так забавно бесится, что приятно посмотреть.
Мне почему-то казалось, что она что-то недоговаривает, но проще сдвинуть гору, чем «расколоть» советника по работе с мертвыми душами. А Тари уже перехватила инициативу:
— Ты ведь угостишь меня вином, мой дорогой генерал?
— Непременно, бесценная советница.
Еще раз точно. Как всегда.