Истинная для древних (СИ)

Кто же знал, что рожают так долго! Прошло уже девять часов, а стоны малышки становились чаще и громче, а на её личике отражалась такая боль, что я сам готов лезть на стену. Нам объяснили, что рожать она будет быстро минут двадцать, но надо дождаться какого-то раскрытия, и вот пока оно не будет полным, мы будем наблюдать агонию Лены, по-другому это не назовешь.
Попытались дать обезболивающее, не помогло. А стоны и крики становились всё чаще. Как тяжело наблюдать за любимой и знать, что ничем не помочь. Самое интересное, что ее это не пугало, покричит и успокоится, а мы вот как звери в клетке, не знали куда себя деть. За то это забавляло малышку.
— Вы сами захотели остаться, вот и получайте, — посмеивалась она.
Когда я готов был выть, как и мой волк, Рейчел сказала пора, можно рожать! Малышку сразу отвезли в другую комнату, где помогли залезть на странное кресло. Сюда же хлынули и врачи.
— Где хирург и анестезиолог, — закричала Лена.
— Мы тут, — хором ответили два врача в сторонке.
— Вы зачем тут? — удивился я.
— Луна так приказала, — сказали врачи, а к ним подошла медсестра, со столиком, на котором лежали инструменты.
— Лена! — закричал я.
— Это страховка, дети будут жить! А вы и не вздумайте, если что, уходить вслед за мной, детям нужны отцы и любовь. Если я не смогу, у них будете только вы, — тихо сказала она с нежностью смотря на нас.
Она предусмотрела всё, и даже самый печальный исход взяла в свои нежные руки. Родная, как же так, ты же сама говорила верить!
На нас с Кристианом накинули белые халаты и разрешили подойти к нашему сокровищу.
— Ну что, Лена, пора поработать, — сказала Рейчел, садясь в ногах Лены. Наталья стояла рядом готовая в любой момент помочь.
— Я говорю тужиться, и ты выполняешь, как раз будет схватка, — объяснила врач, смотря на нашу малышку, та кивала.
Рейчел смотрела на монитор, где что-то пиликало, так же был подключен аппарат, где другие врачи следили за сердцем Лены.
— Давай! — крикнула врач.
— А-а-а, — малышка мертвой хваткой вцепилась в наши руки, думал, сломает. Но моя боль никчемна по сравнению с ее.
— Ещё! — кричала врач, и малышка послушно слушалась.
— Молодец! Один есть, осталось два, — сказала Рейчел, а я наблюдал, как Натали уносит маленький комочек.
— Тужься! — кричит врач, и малышка воет. По лицу течет пот, а руки намертво держат нас.
— Еще раз! — и вот слышен плачь, — Мальчик! — Наталья уже наготове и уносит нашего сына. Мы остаемся с Леной.
— Луна давай, ещё немного осталось, хочу увидеть твою дочку, — старается шутить Рейчел.
— Я так устала, — шепчет Лена.
— Не время отдыхать, давай!
— Хорошо, я готова, — увереннее сказала Лена. Умница моя!
Ещё несколько минут, и на свет появилась наша дочь.
— Молодчина! — гордо сказала она, показывая нам малютку.
— Все живы! Дайте их мне! — Лена отпустила наши руки, и теперь тянула их в сторону детей.
— Минутку, сейчас врачи их осмотрят и отдадут вам, — мягко сказала медсестра. — А отцы могут подойти к столикам, взглянуть.
— Лена, мы ещё не закончили. Осталось совсем немного. Должен выйти послед, — сказала Рейчел.
— Идите, я сама справлюсь, — радостно сказала она.
Когда подошел к столикам, мне протянули маленький сверток.
— Первый мальчик, — заботливо сказал врач, а я смотрел в желтые глазки сына. Мой малыш, Альфа! Я чувствую силу, теперь не удивительно, что Лена всеми командовала.
— Вот второй, — другой сверток, но такой же маленький протянули Кристиану.
— Сокровище моё, сынок, — гордо сказал он, целуя малыша в лобик.
— А вот и принцесса! — радостно сказала Наталья, показывая малышку, она была еще меньше братьев, но с такими же желтыми глазками. Волчата мои!
— Можно мне? — неожиданно спросил Маркус, и когда успел переодеться.
— Можно, но аккуратно, не раздави, — усмехнулся Кристиан, но его, похоже, не слышали.
Огромные руки Маркуса аккуратно взяли сверток, и он нежно прижал её к груди, и со счастливой улыбкой смотря в золотистые глазки. Потом, очень довольно вздохнул её запах.
— Здравствуй, моё сокровище, моя Луна, — нежно сказал он, целуя малышку в щечку.
Мы с Кристианом удивленно переглянулись. Неужели пара?
Тут комнату огласил пищащий звук, Лена! Мы бросились к малышке. Монитор показывал, что сердце остановилась. Как же так? Нет!
— Дефибриллятор срочно, — кричал врач. На малышку одели кислородную маску, и делали массаж сердца. Лена лежала с улыбкой на лице и не дышала, кажется, что просто спит, вот только это совсем не так.
Всех лишних выгнали из палаты, в том числе и нас. Прижав сына крепче к груди, я взглянул на спящую Лену, и вышел. Кругом суета, все бегают, кричат, что-то требуют принести. Дети чувствуют, что что-то не так, и тоже стали плакать. Не сберег!
К нам подошла медсестра и забрала ребенка, как и у Кристиана. Маркус отказался отдавать малышку и ушел следом за врачом. А мы остались у палаты, и наблюдали через стекло, как врачи пытаются вернуть нам наше солнышко. Ведь если она умрет, то вслед отправятся ещё две души.
Сколько мы сидим у палаты, не знаю. Мир становился серым, звуки стихали. Зверь стонет в груди, как и я. Лена, так ведь нельзя. Ты нам так нужна, ты обещала выжить. Ты нужна своим детям, и нам, вернись.
Одинокая луна светила ярче обычного. Она слышала, как молятся пять душ, за одну очень дорогую для каждого. Они просят её вернуться, и не оставлять их.
Я сидел в детской с Дерриком на руках и пытался накормить. Имена мы выбрали давно, ещё с Леной.
— Что, не нравится? А это? — ребенок крутился в руках и отворачивался. Мы перепробовали уже с десяток смесей, но дети отвергали всё.
Вальтер тоже отказывался есть, и теперь крутился на руках Кристиана.
— Малыш, надо поесть, а то не вырастишь, — вещал ему друг. В принципе я мог понять малышей, случайно как-то попробовал эту молочку и сам скривился.
— Берите пример с нас, мы уже закончили! — улыбался Маркус, неся на руках Софью. Он вообще не спускал её с рук, для нас она принцесса, для него королева. Иногда приходилось буквально выгрызать собственную дочь, чтобы подержать её на руках.
Дети растут очень быстро, несмотря на то, что прошло всего две недели, с виду им дашь почти полтора месяца.
— Опять не подходит, — устало сказал я, стараясь укачать малыша. Можно было бы отдать их няньке, которую мы нашли, но они истерили у неё на руках, и засыпали только у нас. Как и принимали еду. От кормилицы отказались сразу, как только они чуть не искусали её.
— Может принести? — тихо спросил Маркус, укачивая свое сокровище.
— Неси, — сказал тихо.
Детям не хватало материнского запаха и тепла, так сказали врачи после того, как дети отказывались спать пару дней подряд. Выход нашла Наталья. Взяли вещи Лены и укутывали в них детей. Сразу сработало. Теперь малыши засыпают в малышкиных футболках и платьях, которые ещё сохранили её запах. Вот и сейчас, стоило принести Ленину футболку и накрыть волчонка, как он сразу засыпал.
Как же нам её не хватает. Она бы смогла решить любую проблему.
На шейках каждого волчонка весит кулон с крылышками, и такой знакомый камень поблескивает, напоминая о ней.
— Ты поедешь? — тихо спросил Кристина, укачивая сына.
— Да, ты справишься? — взглянул на него. Кто бы мог подумать, что в таком суровом волке проснется заботливый и нежный отец.
— Если что, мне поможет Маркус, — улыбнулся он.
— Хорошо, — кивнул ему, и переложил Деррика в кроватку. Он так похож на меня. А вот Вальтер вылитая копия Кристиана, то же лицо и волосы. Даже взгляд вроде ещё детский, но такой проникновенный и жесткий. Наша принцесса очень похожа на Лену. Её золотистые волосы и очаровательная улыбка не оставили никого равнодушным, может поэтому мне тяжело на неё смотреть.
Быстро собрался и пошел к машине. Пора прокатиться. Туда мы ездим каждый день, хоть нам и говорят не надо, но я просто не могу по-другому.