Апгрейд от Купидона (СИ)

— А Алина?
— Понятия не имею. Ее родители забрали из школы. Боялись, что она не выдержит насмешек и покончит с собой.
— Из-за душа?
— Из-за дури! Одна у нас так повесилась. Напилась с парнями и отключилась. Они ее не насиловали, не подумай. Просто раздели и разрисовали фломастерами. Весь процесс засняли на видео и выложили потом в интернет. Родители ее заставляли ходить в школу. Не знаю уж, что они при этом думали — типа, ты должна показать, что выше этого. Вполне, возможно. И вот через несколько дней она повесилась в школьном душе. Что? — это он спросил меня, когда я с минуты буравила его замолчавшего взглядом. — Я не был в их числе. Ладно, был, но ушел до того, как они начали снимать видео, и позвонил родителям этой девочки, чтобы они ее забрали. Но потом меня привлекли вместе со всеми, а влетело мне вообще больше других, потому что мои родители не взяли частного адвоката. Сказали: сделал, отвечай. И плевать им было на мои уверения, что я не знал, что парни собираются снимать ее. В итоге я бросил школу, хотя меня и восстановили после того, как дело закрыли, не сумев вменить нам доведение до самоубийства. У парней были самые дорогие адвокаты в городе. Я честно не знаю, что было в их голове, когда они уже трезвыми утром опубликовали видео. Откровения закончились?
— Да…
Я хотела схватить стакан. У меня внутри все горело. Но Крэг опередил мою руку на долю секунды и пригубил горячительного. Нет, даже губ не замочил. Просто снова начал его крутить. Только на этот раз перед самым лицом. Нервничает? Какого фига он мне это рассказал? Теперь я уж точно никуда с ним не пойду. Может, он до сих пор снимает порно для своего ютуб-канала. Одно дело позировать ню Руслану, а другое — богатому извращенцу! Хорошо, что я не выпила второй стакан.
— Портланд вырос на лесопилках, — заговорил вдруг Крэг абсолютно спокойным голосом. — И хозяин самой крупной из них заметил, что летом рабочие больше травмируются, чем зимой. Выяснилось, что они пилят доски после пива. Лето, жара, а воду пить, только травиться. Тогда хозяин поставил возле каждого паба фонтан с очищенной питьевой водой. Пинта пива стоила двадцать пять центов, а вода была бесплатной. За месяц доходы пабов упали в четыре раза. Жадность и здоровье в этот раз шли рука за руку. В этих фонтанах три струи с достаточно большим напором, чтобы легче было пить. А если зажать две струи, но из третьей вода будет бить как из брандспойта, вот так…
Я не успела отстраниться — так быстро Крэг плеснул мне в лицо содержимым стакана.
— Идиот! — заорала я и вскочила.
Он запрокинул голову и улыбнулся, но на сей раз без дикого смеха.
— Нет, не идиот! Я просто хочу с тобой подружиться. Это чисто портландский прием. После такой шутки тебя обзывают нехорошими словами, с тобой даже дерутся, а потом, когда вместе размазываешь по лицу сопли, спрашивают имя и становятся закадычными друзьями…
Я вырвала у него стакан и, даже не посмотрев, осталось в нем что-то или все давно на мне, перевернула над головой идиота! И плевать я в тот момент хотела на его реакцию и реакцию окружающих!
  
Глава 11. "Идите вы, девушка…"
 
Идите вы, девушка, до Питера своим ходом — так можно было перевести неразборчивый лепет представительницы Аэрофлота, к стойке которого я примчалась с выпученными глазами: я выспалась, и теперь они открывались до размера луны. Вот именно, в сложившейся ситуации я могла бы с таким же успехом просить отправить меня на Луну, вместо Питера. Счастье еще, что мой рюкзак выгрузили из багажа. Проверив все варианты с Аэрофлотом, я поняла, что дешевле будет купить новый билет у немцев. Загвоздка была в том, что платить ни за обмен, ни за покупку мне было абсолютно нечем.
У меня имелась питерская симка, но в телефоне отсутствовала банковская апликуха, и я, конечно же, не помнила данных карты. Какие циферки, я даже не знала, где она лежит… Да если бы и знала, родители на даче. Не гнать же их в город! И вообще они не должны нервничать. И убеждаться в очередной раз, что родили дуру! Я им пошлю короткое сообщение, что решила задержаться в Сайгоне на лишний день. Мне б на него действительно не задержаться! Снять отель тоже не на что…
— Джонатан, — мой голос дрожал.
Как же у меня дрожал голос, когда я объяснила ему ситуацию и попросила купить мне билет и вычесть деньги из зарплаты. Это и была почти вся моя зарплата.
— Может, это знак? — После его слов у меня затряслись и коленки. — Давай я сейчас сорвусь в Сайгон и мы слетаем в Париж?
— Джонатан, оплати мой билет, — отрезала я. — Я не верю в знаки.
Хотелось бы не верить. Впрочем, знаков никаких и нет. Есть обычная жопа, которая случается со мной с завидной периодичностью. Или честнее будет сказать — с завидным постоянством!
— Наш месяц остается в силе? Кейт, не молчи!
И я ответила тихо:
— Да, — не особо понимая, зачем это делаю.
Я не вижу себя во Вьетнаме с или без Джонатана, какая разница! Мистер Розен хорош во всех отношениях, кроме одного — он привлекает меня визуально, но не тактильно. Наверное, поэтому я и не послала Руслана, когда заметила на себе странные взгляды молодого хозяина ресторана. Вот с чистым сердцем и списала их на интерес к русской культуре. Ну да, он для меня экзотика. Я для него — не меньшая.
— Купил. Теперь проверь свою почту и отзвонись мне, что все в порядке.
Я отзвонилась. Все было хорошо. Самолет не задержали, меня на него посадили. Я даже успела переложить в рюкзачок ручной клади сменную одежду из большого рюкзака. Один раз, после поезда и прогулки по Сайгону, я уже переоделась — в теплое!
В самолете я хотела уснуть, но не смогла — нервы расшатались. Я пока ничего не написала маме. Только с Майкой поговорила. На всякий случай. Теперь я звонила ей из Германии с сообщением о вынужденной задержке уже другого плана.
— Триста евро сейчас для меня целое состояние. Я могу месяц на них прожить, — объяснила я подруге свой выбор, хотя та ничего и не спрашивала. — И они дали мне пасс в бизнес-лаундж, раз в отель все равно не успеваю. Может, вздремну чуть-чуть.
— Ты там лучше подцепи кого-нибудь и работать до конца своих дней не придется, — не унималась Майя.
— Тебе мою рожу показать?
— А ты иди умойся!
Я и пошла умыться. И вот так вляпалась!
— Теперь мы друзья.
Крэг протянул руку явно для рукопожатия, но я вложила в нее пустой стакан, схватила рюкзачок и рванула от столика, еще не особо понимая, куда бегу. Главное, подальше от этого маньяка! Или просто полного придурка! Понимаю, повел бы он себя так с девочкой в пабе, которая пришла снять богатого мужика, но тут-то козел понятия не имеет, кто я и сколько стою. Мои попугайские шмотки даже плюс — их носят все любители бохо-стиля вне зависимости от пухлости кошелька. Это обычную майку аля Гуччи он в два счета отличит от настоящего Гуччи…
— Кейт, стой!
Он кричал на весь вестибюль. Идиот, полный! Но я сейчас выглядела такой же дурой. Надо остановиться и прилюдно осадить заигравшегося придурка. Что я убегаю, как малолетка какая-то! Он что, съест меня у всех на виду?
— Спасибо за компанию. До свидания.
Я не протянула руки. Мне стало неприятно даже от предыдущего рукопожатия.
— Извини, давай вернёмся в самое начало, — голос его дрожал, выдавая жуткую степень волнения. — Я не задам больше ни одного вопроса.
— А ты и не задавал…
Реально, ему пофигу, кто я. Он не желал меня напугать. Ему захотелось выговориться… Он действительно выглядит немного ку-ку… Все мои мужчины немного ку-ку, но этот, похоже, даже справку может предъявить вместе с билетом в бизнес-класс.
— Окей, — он продолжал протягивать мне руку. — Если вдруг я задам неприличный вопрос, веди себя как англичанка. Только англичане на вопрос отвечают вопросом. How are you? — и он немного изменил интонацию: — How are you?
Я вложила руку в его горячую ладонь, и он стиснул мои пальцы с такой силой, точно желал выжать из них всю влагу — нет, моя ладонь тоже оставалась сухой. А вот кофта была теперь мокрой.