Сладкое обладание (ЛП)

В кровати поднимаются три головы. На меня смотрят три очень испуганных выражения лица. И одно из этих выражений становится очень встревоженным, осознавая, что зажато между двумя телами.
— Брук! Какого черта ты здесь делаешь? — Джои хватает одеяла и тянет их себе на колени, прикрывая себя и Билли.
— Расслабься, детка. Ты сам пригасил ее, — говорит Билли, прежде чем обратно прилечь на подушку.
Джои нависает над ним.
— Ни хрена я этого не делал. Это ты?
Билли гримасничает, прежде чем перевернуться и натянуть одеяло на голову.
Брук трет глаза и улыбается.
— Ты пригласил меня, Джои. Ты также назвал меня потрясающей, и думаю, ты сказал, что я могу присоединиться к вам, ребята, в любое время, когда вы пойдете тусить, — она выскальзывает из постели, обнажая себя в мужской футболке, которая едва прикрывает край ее трусиков. Она прижимает ладонь ко лбу и хмурится. — О, привет, похмелье.
— Я бы никогда не предложил тебе разделить с нами постель. И сними к черту мою футболку. Это одна из моих любимых.
— Успокойся, ДжоДжо. Ты, определенно, попросил ее разделить с вами постель. Пьяный Джои является главным фанатом Брук, — раздается голос Джулс позади меня. Я слишком быстро оборачиваюсь и держусь рукой за стену. А потом смотрю на нее. Она одета в узкие джинсы и блузку, волосы собраны в пучок, макияж выглядит свежим. Даже если ее тошнило с трех утра, она не выглядит так. Джулианна Томас никогда в жизни не выглядела менее чем шикарно. Подруга улыбается мне. — Сладкая, можно с тобой поговорить?
Я киваю и оборачиваюсь.
— Такси будет здесь через тридцать минут. Вам лучше поторопиться.
Все вылезают из постели и начинают собираться, пока Джои тихо ворчит, выражая свое неодобрение над ситуацией. Я следую за Джулс из спальни, вниз по коридору и вниз по лестнице.
— Что случилось? И почему ты не выглядишь, как дерьмо? Посмотри на меня, — говорю я, когда мы пробираемся на кухню. Она протягивает мне чашку кофе, и я принимаю ее с благодарным стоном.
— Мне кажется, я беременна.
Я выпиваю самый большой, самый горячий глоток кофе, известный человечеству, когда слышу ее заявление. Обжигающий напиток скользит вниз по моему горлу, обжигая, когда я кашляю и наклоняюсь над раковиной. Открыв рот, я позволяю жидкости вытечь изо рта по подбородку и в раковину.
— Ох-х.
Подруга рукой касается моего плеча.
— О, черт. Ты в порядке? Хочешь воды, молока или еще чего-нибудь?
Я отмахиваюсь от нее, вытирая подбородок полотенцем.
— Нет. Но, может быть, в следующий раз подождешь, пока я проглочу кофе, прежде чем ты скажешь что-нибудь подобное, — я открываю рот, вдыхая прохладный воздух, наполняющий кухню, в то время как мой разум обрабатывает ее слова. Я изгибаю в улыбке свои пересохшие и побаливающие губы. — Думаешь, ты беременна? Я даже не знала, что вы, ребята, уже думали о детях.
Она немного колеблется, прежде чем быстро кивнуть.
— Ну, Йен хотел ребенка еще вчера. Я всегда думала, что подожду, пока мне не стукнет тридцать, но он только об этом и говорит. И чем больше он об этом говорит, тем больше я об этом думаю, — Джулс играет с пуговицами на блузке и смотрит через мое плечо в сторону лестницы. Я оборачиваюсь и вижу, что Йен с Ризом спускаются по лестнице с нашими чемоданами, оба улыбаются, смотря в нашу сторону, прежде чем выйти за дверь. Я возвращаю свое внимание к Джулс, когда она начинает крутить бриллиантовой сережкой в ухе. — Мой врач сказал, что иногда может потребоваться некоторое время для того, чтобы концентрация противозачаточных полностью покинула тело. Годы у некоторых женщин. Поэтому я перестала принимать таблетки несколько месяцев назад и не сказала Йену.
Я подхожу ближе к ней, волнение нарастает внутри.
— У тебя задержка?
— У меня нерегулярные месячные. И с тех пор, как перестала пить таблетки, у меня их не было, но мои сиськи очень чувствительны. И еще нет никакого шанса, чтобы меня так тошнило от количества шампанского выпитого вчера. Обычно я могу справиться с чем-то большим и покрепче и не молиться потом над унитазом.
Мои мысли начинают метаться, когда я прислоняюсь к стойке и смотрю в пол. Обычно я тоже могу справиться с большим количеством выпитого. Прошлой ночью я была пьяна, но не настолько. Не до такой степени, чтобы меня так сильно тошнило, по крайней мере, я так думаю. И мои месячные такие нерегулярные, что я никогда не знаю, когда их ожидать. Но я получила свой укол несколько месяцев назад, так что я должна быть в безопасности. Не может быть, чтобы я была...
— Сладкая, ты в порядке?
Голос Джулс врывается в мои мысли. Я закручиваю полотенце вокруг одной руки, словно боксер, обвязывающий ее.
— А? О, да. Я просто... — я смотрю на нее, — ты собираешься рассказать Йену?
Подруга качает головой.
— Нет, сначала я сделаю тест. Ты же знаешь, какой он. Йен скажет всем на этом чертовом самолете, что станет папочкой, если я ему сейчас что-нибудь скажу. И мне бы не хотелось, чтобы его надежды не оправдались.
Я хихикаю. Йен точно сделал бы что-то подобное. Этот мужчина сумасшедший, когда дело доходит до Джулс. Я улыбаюсь при мысли о моей самой лучшей подруге, за рулем маленького минивэна, полного маленьких черноволосых копий Йена. У нее не будет проблем с балансированием ее свадебного бизнеса с футбольными тренировками и родительскими собраниями. Она удивительна во всем и делает это без усилий. И тут меня наполняет другой образ: я работаю на кухне своей пекарни, а крошечные ножки бегают вокруг моего рабочего стола. Я могу видеть дикий беспорядок каштановых волос, выглядывающий прямо из-за прилавка, и маленькие грязные ручки, тянущиеся за чем-то вкусным из того, что я делаю. И этот образ заставляет мое видение внезапно затуманиться.
Джулс берет меня за руку, нежно ее сжимая.
— Эй, что случилось? Никаких слез за неделю до свадьбы.
Я протягиваю руку и вытираю под глазами, после чего поворачиваюсь к ней.
— Я тоже хочу сделать тест. Думаешь, мы могли бы сделать это вместе?
Ее глаза становятся дикими от возбуждения, а затем мгновенно слезятся. Подруга обнимает меня.
— О, Боже мой! Да, конечно. Ты уже говорила с Ризом о том, чтобы завести детей?
— Нет, пока нет. Но это странно. Меня тоже так никогда обычно не тошнит.
Она отстраняется от меня и хмурится.
— Это очень странно. Хотя, это могут быть просто нервы. В последнее время ты была напряжена до предела, — она смотрит мне за спину и быстро стряхивает с себя все эмоции о возможности своей беременности. — Это останется между нами, пока мы не узнаем наверняка, — шепчет Джулс.
Я киваю, оборачиваюсь и вижу, как Брук тащит свой багаж вниз по лестнице, а за ней спорящих Джои и Билли. Как только они достигают первого этажа, Джои вручает Билли свой чемодан и пробирается к нам с явным раздражением. Билли и Брук выходят на улицу, оставляя нас троих одних на кухне.
— А твоя сестра может полететь в отсеке для багажа? Я не в том настроении, чтобы сидеть рядом с ней.
Джулс подходит к нему и тычет пальцем ему в грудь.
— Взбодрись, ДжоДжо. И отбрось свое дерьмовое отношение. Бедный Билли не заслуживает мириться с твоими капризами, потому что у тебя твои мужские критические дни, — она отходит от него, как будто только что нанесла эпический удар, покачивая бедрами и позволяя каблукам громко цокать по мраморному полу.
Джои драматически вздыхает.
— Мои «критические дни»? Что, черт возьми, в нее вселилось?
Гормоны.
Риз входит в парадную дверь, хватает последний чемодан, который Брук, по-видимому, оставила для того, чтобы его кто-нибудь за нее забрал. Я сосредотачиваю взгляд на его совершенно растрепанных волосах, и не могу скрыть улыбку, которая, скорее всего, ослепит любого, кто на нее посмотрит.
Мини-Ризы бегают по моему магазину. Как безумно мило это было бы? 
Он поднимает голову и смотрит мне в глаза, перекладывая ручку чемодана в левую руку, а правую протягивая мне.