Сияние Хаоса

– Доброй дороги, отче. – улыбалась я во след поспешно укатывающемуся к выходу толстячку.
Едва за церковником закрылись двери замка, в зал высыпала вся прислуга. Люди смеялись, хлопали в ладоши и залихватски свистели, будто то был не отец-настоятель, а опростоволосившийся актер уличного балагана. Ну просто изгнание Проклятого из Града Всех Святых. Отца Ульфина здесь, похоже, и правда не любили. Интересно, а много кто к нему на службу приходит? Учитывая его нежную любовь к золоту, вряд ли. Может, и правда сходить к ним с проверкой? Я, конечно, только в теории с этим знакома и то поверхностно, но что-то же ведь знаю. Где-то даже угадала со своими предположениями, потому что отче очень настоятельно просил меня молиться дома.
– Ай да герцогинюшка! Ай да госпожа! Лихо пса плешивого со двора погнала! Слыхали, как она его?! – веселились слуги, очень радуясь произошедшему.
– Тише вы! – вклинилась я в народное гулянье, усмиряя слуг. – Он же услышать может. Так, мне нужны четыре служанки. Берите воду и идите в библиотеку, надо там все хорошенько вымыть. Еще принесите туда писчий набор: чернила, кисти, песок и линейки. И бумаги. И купальню подготовьте, а то у меня все волосы в благословении настоятеля. И, наконец, почему ему дали плюшки, а мне нет?!
***
После купальни, в которой мне прислуживала Оленка, я ощутила прилив новых сил и тяги к знаниям. Граф все еще не вернулся с верфей, так что это время я решила потратить на древние карты. Даже в библиотеке герцога я таких не видела, а ведь была там очень частым гостем. Может, он их прятал? Скорее всего так. Углубившись в свои размышления о картографии и истории королевств, я прошествовала в библиотеку, где шла полным ходом уборка. Письменный стол и пол под ним были уже чисто вымыты, а на столе лежало все, что я просила принести. Даже грифели принесли, о которых я забыла напрочь. И, что меня порадовало еще больше, рядом со стопкой бумаг стояло блюдо с плюшками, щедро сдобренными патокой, и исходящая паром чашка отвара.
Пока я счастливо их ела, краем глаза наблюдала за тихо переговаривающимися служанками. Временами слышались взрывы тихого смеха. Кажется, сегодняшний инцидент был излишним. В отличие от них, я считаю, что переусердствовала в разговоре с настоятелем. Можно было более дипломатично решить эту проблему. Но с тех пор как я стала колдуньей, очень боюсь, что такой вот церковник меня уличит в темной магии. Поэтому, когда в наш замок заявился настоятель храма, нервы были, как натянутая тетива. Даже узоры проявляться начали. А если бы я причинила ему вред? Даже мне не справиться с последствиями тогда.
Но все закончилось хорошо: никто не пострадал, церковник от двора отважен, плюшки опять-таки... Хороший день. Закончив с трапезой и отерев руки влажным полотенцем, поданным слугами, я обратила свой взор на корзину со старыми картами. Кончики пальцев зудели, предчувствуя новую загадку древности, и я начала раскладывать на столе обрывки полуторатысячелетней карты.
Многие названия и города сохранились и по сей день, но были и такие, о которых я никогда не слышала. Конечно, это не показательно, ведь преподавали нам в основном новую историю, не углубляясь в такие дебри, о которых даже легенд не осталось. Это одна из причин, по которой мне мало что известно о Священной Войне.
Положив поверх старой карты чистый рулон плотной бумаги, я приступила к черчению. Наметив грифелем меридианы, я столкнулась с первой проблемой: полное несоответствие исчисления широты и долготы в старой и новой картах. Запустив пальцы в волосы, я напряженно думала, склонившись над обрывками старой бумаги. Почему так? Что все это значит? Цифры с тех времен сохранились и в нашей письменности, но тогда получается, что... На новой карте явно была изображена полная карта мира. Этому свидетельствуют и нулевые широты на полюсах, и ровная линия меридиана в центре. Но на старой карте меридиан пролегает там, где нынче принято видеть южный полюс. Получается, что старая карта – не карта мира, а только северной его части? Получается, южнее есть еще ровно столько же земли? Получается... Ничего не получается. Как так вообще? А может, я просто бездарный картограф, который ничего не понимает?
Скорее всего так и есть. Смирившись с собственной глупостью, я занялась тем, чем и собиралась – перечерчиванием старой карты на новую бумагу. Линии мягко ложились на положенное им место; я чутко следовала всем изгибам материков и островов; краем глаза поглядывала на новую карту десятилетней давности, чтобы во время работы видеть, как изменились очертания суши за полторы тысячи лет. Конечно, разница в меридианах немного сбивала с толку, но я просто приняла ее как данность, решив попробовать еще раз разобраться с этим позже. Возможно, когда карта будет восстановлена, я что-то пойму?
Это дело заняло у меня весь остаток дня. Перепачкавшись в грифеле и чернилах по локоть, я была больше похожа на трубочиста, чем на герцогиню, но почему-то никто не обращал на это внимание. Несколько раз заходила экономка, сетуя, что "лучше бы с детишками побегала, чем над этой пылюкой чахнуть", но, стабильно не получая ответа, вздыхала и ставила рядом со мной поднос с отваром и закусками. Сладкие лепешки были очень вкусными. И вот, когда работа была окончена, я окинула получившуюся карту новым взглядом. Нет, совершенно точно, это не карта мира. Точнее, не всего мира, а только его половины. Вопрос: где еще половина? Бережно свернув новую карту и вложив в нее обрывки старой, я потянулась, разминая затекшие плечи.
Который час? За окном уже темнеет. Интересно, Его Сиятельство вернулся? Сложив писчий набор на краю стола, я покинула библиотеку. Коридоры замка были пусты, заставляя меня недоумевать. А где все? Побродив так немного в потемках, я услышала голоса в людской. Не то чтобы я собиралась подслушивать, просто мой путь в покои пролегал как раз мимо этой комнаты, поэтому я невольно услышала обрывок разговора и решила задержаться, услышав знакомую историю
– Тетушка Ирмина, ну пожалуйста! Расскажите еще раз историю дочери морей! – умильно упрашивали нашу экономку девушки-служанки, рассевшись на полу вокруг женщины. Ирмина же восседала на лавке, сматывая из корзинки пряжу, и хитро поглядывала на проказниц.
Я не из тех, кто в детстве заслушивался сказками о прекрасных принцах, но эту историю я знаю. Когда-то давно нянюшка рассказывала ее Теяре, но от нее я услышала только начало, потому что ее тогда прервали, а Тея вообще быстро все забывала и уже через несколько минут была в моем шкафу, выискивая платье, которое бы могло ей понравиться. Полную историю дочери морей мне рассказал Дорин, когда я вскользь упомянула о том случае. И я бы не сказала, что это история для вечерних посиделок. Но волей-неволей заслушалась, вспоминая тот день из детства. Служанки меня не видели, я стояла рядом с дверным проемом в коридоре, так что...
– Однажды, в далекой-далекой стране, на далеком-далеком острове жила-была девушка красоты неземной. Она была умна, добра и полна добродетели, а также она была дочерью старого адмирала, что служил островному князю. И как дочь адмирала она имела свой корабль и свою команду матросов, с которой часто выходила в море, чтобы попытать свою удачу в ловле жемчуга. Так было и в тот день. Морея плавала среди лазурных вод и заметила терпящий крушение корабль неподалеку. Имея доброе сердце, она поспешила на помощь тонущим людям. Среди спасенных моряков был один парень - молодой и дерзкий, его звали Эдваром. Жил он на большой земле, но между ними случилась любовь. И тогда он сказал, что должен уехать, но через год обязательно вернется и возьмет Морею в жены.